Продолжение. Данное обещание, нарушенная клятва.

Глава 10. Продолжение разборок - честный разговор.

Вечером я получил неожиданный звонок от Трейси, – Привет, ты сейчас свободен?

Я ответил, – Да, а что стряслось?

Трейси взволнованным голосом продолжила, – Мне только что звонил Джексон из стрип-клуба, похоже уже набрался. Он предлагает мне подъехать к нему, ему скучно. Сказал, что он хочет угостить меня ужином, и мы можем друг другу скрасить вечер, а если я не буду торопиться домой, то и ночь. Он опять подкатывает. Я ему ответила уклончиво, что не приеду, пока не приму дома душ и не приведу себя в порядок. Он там меня ждёт. Можешь подъехать к нему, Бобби? Пожалуйста, поговори с ним, чтоб он отстал от меня наконец. Я не хочу с ним иметь дел помимо работы. Я всё же ещё твоя жена.

Я ответил, – Трейси, мне будет не сложно, тем более у меня появился к нему один вопрос. Я тебе при встрече расскажу, как прошло. Давай, пока. Погоди, ещё к тебе вопрос. Джексон продолжает с тобой личную переписку, кроме работы?

Я услышал, как Трейси на том конце засопела, словно собиралась расплакаться. Я поспешил её успокоить, – Не нужно переживать, я тебя не осуждаю, просто он мне кое-что обещал, и мне нужно знать правду.

– Кроме рабочего у нас был приватный чат, я с ним переписывалась с момента знакомства. Потом, после той ночи переписка стала редкой, а две недели назад он написал, что нам нужно прекратить. Но два дня назад он снова, как и раньше стал слать мне фривольные сообщения и свои обнажённые фото, которые я удаляла. Извини, что тебе не рассказала.

– Ладно. Я знал о переписке от него, но он говорил, что прекратит. Всё, дома увидимся.

Я подъехал, разыскал Джексона в клубе, он был уже навеселе, и предложил переговорить здесь в расслабленной обстановке. Он согласился с самоуверенной улыбкой, которая меня всегда доставала. Я не подал ему руки при приветствии, только кивнул головой.

– Джексон, а ты не держишь своего слова, вот я сдержал. Как и обещал, я разговариваю с Трейси, у нас начал налаживаться диалог. А ты снова зовёшь её, чтобы потрахаться с ней?

— Бобби, — сказал он, ухмыляясь, — Это она тебе сказала? Ладно, уже неважно. Я знаю, что ты чувствуешь. Но поверь, я не враг вам. Я просто я могу дать твоей жене, когда она стонет подо мной то, чего ты не сможешь. И тебе придётся немного потерпеть, но ты быстро привыкнешь.

Я глядел ему в глаза и видел в них наглость, иронию и превосходство. Очень хотелось его ударить по пьяной роже, но я сдержался, не здесь и не сейчас. Но скоро я это обязательно сделаю.

— Ты опасно играешь с огнём, Джексон. Я тебе советую оставить Трейси в покое и не говорить о ней в таком тоне. ..

Он меня перебил, — Ты об этой шлюхе? Подожди, Бобби, она сама по первому моему звонку сейчас сюда примчится. Поспорим?

У меня оставалось совсем немного терпения говорить с ним, и решил завершить поскорей этот пустой разговор,

— Спорить с тобой не хочу, но ты проиграешь. Запомни, что огонь может сжечь не только того, кто к нему прикоснётся, но и того, кто его разводит. Ты был бы осторожнее. И ещё, есть такая классная штука - бумеранг, неожиданная и коварная. Прилетит!

Он усмехнулся и сказал:

— Может быть. Но иногда стоит рискнуть, чтобы почувствовать вкус настоящей жизни.

Дальше с ним говорить было бесполезно, я развернулся и пошёл на выход не прощаясь. Из разговора я понял, это был вызов мне, и я его принял. Так что, возможно, моя борьба за Трейси только начинается. А я вовсе не собирался сдаваться. Мне предстояло окончательно решить — либо попытаться спасти то, что осталось от нашей семьи, либо отступить и позволить каждому идти своей дорогой, но Джексон тогда выходит победителем, и ко всему останется никем не наказанный. Мне это финал совсем не нравился.

Я вышел из клуба, чувствуя, как внутри меня всё кипит. Сел в машину, немного посидел, глядя в темноту, успокоился. В голове крутились мысли, одна мрачнее другой. Джексон был одновременно и подлецом, и хищником, который наслаждался своей властью и чужими страданиями. Его слова о «вкусе настоящей жизни» звучали как издевательство. Он не понимал, что такое честная жизнь, искренние чувства, настоящая любовь. Для него всё было коварной циничной игрой, в которой он всегда должен был выигрывать.

Трейси… Она была так наивна, так доверчива. Или просто так отчаянно нуждалась во внимании, что готова была поверить любому проходимцу, кто ей его давал? Я её не понимал.

Я завёл машину и поехал домой. По дороге я принял решение. Я не сдамся Джексону. Я буду бороться за семью, за Трейси. Но я буду бороться по-своему, не так, как он от меня ждёт. Я буду играть против него по своим правилам. Пора быть мужиком.

Когда я приехал домой, Трейси спала. Я тихонько прилёг рядом, обнявшись с ней, стараясь не разбудить. Я смотрел на её спящее красивое лицо, а в душе кипела обида не неё и гнев, и желание её защитить. Она во сне прижалась ко мне, обняла. А я понимал, что, несмотря ни на что, я всё ещё люблю её. И я был готов бороться.

Следующим утром я рано проснулся. Пока она ещё спала я принял душ и отправился на кухню готовить завтрак на двоих. Я уже ждал её на кухне с кофе и тостами, когда она проснулась,

— Доброе утро, — сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно.

Трейси удивлённо посмотрела на меня. Она совсем не ожидала увидеть меня таким.

— Доброе утро, — ответила она, немного растерянно.

Мы завтракали. Она ждала, когда я начну разговор, но я не торопился. Я хотел, чтобы она сама почувствовала, что пришло время для откровенности.

Когда мы закончили завтракать, она подняла на меня взгляд, и я увидел в её глазах тревогу.

— Ну что, поговорил? — спросила она.

Я присел рядом с ней и накрыл своей ладонью её руку.

— Поговорил. Он был пьян, и это не помешало ему снова подкатывать к тебе, - сказал я.

— Трейси, мне нужно тебе кое-что ещё сказать.

Она кивнула. В её глазах я снова увидел страх, но и готовность к любым обвинениям.

— Ты сильно переживаешь, — продолжил я. — Но я не собираюсь тебя снова обвинять. Мы той зимой как-то обыденно отдалились друг от друга, занимаясь своими делами. И ты искала внимания в другом месте, я не придал значения, глупо конечно, но так было. Это никак не оправдывает Джексона. Трейси, он манипулировал тобой, ловко играя на твоих слабостях.

Она кивнула, слёзы текли по её щекам.

— Я знаю, — прошептала она. — Я это позже сама поняла. Я почувствовала себя такой глупой, такой использованной. Я думала, что он другой, что он действительно видит во мне особенную девушку. Но я была для него просто очередной игрушкой, галочкой в его списке успехов.

— Он сам мне это сказал, — признался я. — Он хвастался, как он тебя добивался, как он вложил в тебя силы и время, чтобы ты сама захотела к нему в постель. Он даже сказал, что твоей вины в том, что ты спала с ним, почти нет. Что рано или поздно это бы с тобой случилось, пока ты работала в галерее.

Трейси вздрогнула.

— Он… он действительно так сказал? — её голос был полон боли и отвращения.

— Да. И ещё он сказал, что может дать тебе в постели то, чего я не могу дать. И что мне придётся к этому привыкнуть. И ты по первому его звонку прибежишь.

Она подняла на меня глаза, полные ужаса.

— Ты знаешь, не побегу. Он… он не оставит меня в покое?

— Я не простил тебе измену, Трейси, и не отозвал иск о разводе, но я не позволю ему больше причинить тебе боль, — сказал я, целуя её в макушку.

Трейси закрыла лицо руками и зарыдала. Я обнял её, прижимая к себе.

— Но я ему пригрозил, — продолжил я. — Сказал, что он играет с огнём, и что бумеранг может легко вернуться к нему. Я думаю, мы справимся с этим вместе, только мне всё равно нужно разобраться, что с тобой происходило.

Она подняла голову и посмотрела на меня. Глаза её были красными от слёз, но в них уже не было того отчаяния, что раньше. Была какая-то новая, хрупкая надежда.

— Бобби, — прошептала она, — я так виновата перед тобой. Я не знаю, как ты сможешь меня простить.

— Мы справимся, Трейси, — сказал я, нежно поглаживая её по волосам. — Мы будем работать над этим. Вместе. Прощение — это процесс. И я готов пройти его с тобой. Но ты должна быть честной со мной. Всегда.

Она кивнула, прижимаясь ко мне ещё крепче.

— Я буду, Бобби. Обещаю. Я больше никогда ничего не буду скрывать от тебя.

Она немного успокоилась и подняла на меня заплаканные глаза.

— Что нам делать, Бобби? Я не знаю, как мне теперь работать с ним. Я не могу на него смотреть.

— Я понимаю, — сказал я. — И я не хочу, чтобы ты страдала.

— А во-первых, — продолжил я, — мы должны подумать, как его наказать. Он не должен выйти сухим из воды. Он причинил нам обоим столько боли, и он должен за это ответить, сам почувствовать боль.

Её глаза загорелись.

— Наказать? Но как?

— Придумаем. Это нужно сделать красиво, чтобы никто из нашей семьи не пострадал.

— Во-вторых, — начал я, — Вот что я предлагаю по работе: ты должна полностью прекратить любое личное общение с Джексоном. Никаких сообщений, никаких фривольных шуток и звонков, кроме строго рабочих. И даже по работе — только по необходимости, и только в присутствии других сотрудников, если это возможно. Если он попытается снова что-то такое, сразу пресекай.

— Я это сделаю, — сказала Трейси. — Я удалила все его сообщения и заблокировала его в личных чатах.

— Отлично, — одобрил я. — В-третьих, мы должны быть готовы к тому, что он может попытаться тебя дискредитировать или навредить твоей репутации. Он не остановится ни перед чем.

— Я знаю, — вздохнула она. — Он уже пытался это сделать, когда я отказалась ехать к нему в стрип-клуб. Он намекал, что я лицемерка, и что я всё равно приеду.

— Мы должны быть на шаг впереди, — сказал я. — Мы должны собрать доказательства его манипуляций. Все его сообщения, все его звонки, всё, что может подтвердить его недобросовестность.

Трейси задумалась.

— У меня есть некоторые сообщения, которые я ещё не удалила, — сказала она. — Те, где он присылал свои фото. И те, где он пытался меня шантажировать.

— Это уже что-то, — сказал я. — Сохрани всё это. И если он снова начнёт, записывай разговоры, делай скриншоты. Всё, что может быть использовано против него. Мы также можем поговорить с другими женщинами, с которыми он так поступал. Возможно, они тоже захотят выступить против него. Миранда и Джоанна, например. Они же просили Джексона поговорить со мной. Может, они тоже пострадали от него? И захотят его проучить?

— Возможно, — задумчиво сказала Трейси. — Но разве стоит рассчитывать на Миранду? — спросила Трейси. — Она ведь его любовница, и это она меня во всё втянула. Я бы поговорила с Нэнси, она меня единственная предостерегала от романа с Джексоном.

— С Мирандой мы будем действовать осторожнее, — сказал я. — Да, по сути, она его сообщница. Но она также может быть и слабым звеном. Если её муж, Лу, действительно знает об их интрижке и закрывает на это глаза, это может быть рычагом давления. Но пока не будем торопиться. Главное сейчас подумать о наших действиях.

— У меня есть к тебе один вопрос. Ты слышала что-нибудь о помолвке Джексона?

Трейси нахмурилась.

— Джексона? Нет, ничего не слышала. А что?

— Просто слухи. Но если это правда, то у нас есть шанс достать Джексона с другой стороны. Его будущая невеста, она ведь не знает о его похождениях.

Трейси задумалась.

— Это может сработать. Но это подло.

— А то, что он делает, не подло? — спросил я. — Он разрушает семьи, играет с чувствами людей. Мы должны остановить его.

Трейси кивнула.

— Ты прав. А ещё, я хотела спросить тебя о нашей новенькой, Джулии. Она недавно пришла к нам в галерею.

— Джулия? — переспросил я. — А что с ней?

— Она замужем, — сказала Трейси. — И Джексон уже начал на неё заглядываться. Я видела, как он с ней флиртовал.

Моё сердце ёкнуло. Джексон не терял времени.

— Мы должны его опередить, — сказал я. — Ты должна поговорить с Джулией, предупредить её и попросить рассказывать тебе обо всём, что будет ей говорить Джексон.

Трейси кивнула.

— Я поговорю. Но это будет непросто. Она кажется очень наивной. Да и Миранда проводит много времени с ней.

— Ничего. Мы справимся, — сказал я, обнимая её. — Мы справимся со всем.

Впервые за долгое время я почувствовал, что мы с Трейси снова команда. Мы были вместе, и это давало мне силы. Борьба только начиналась, но я был готов к ней. Я был готов бороться за свою семью, за свою жену, за своё будущее. И Джексон, каким бы хищником он ни был, не сможет нас сломить.

Я посмотрел на неё, и она ответила мне взглядом, полным доверия.

— Я готова, Бобби, — сказала она. — Я готова бороться за нас.

Я улыбнулся. Впервые за долгое время я почувствовал, что мы снова становились командой.

— Дорогой, я прошу прощения, но сейчас мне нужно тебя оставить. У меня личная встреча с Синтией, продолжает разбираться с моими тараканами.

Личная консультация Трейси у Синтии. Рассказывает Трейси:

Синтия меня спросила, – Можешь вначале рассказать о том моменте, когда ты начала понимать, что ситуация заходит не по твоему сценарию.

И я начала рассказывать:

До момента нашего отъезда из дома Джексона все события происходили относительно нормально, включая ночь и утро. И начало поездки домой прошло в полной тишине. С самого утра я чувствовала странное напряжение внутри, моя киска болела, но в то же время была влажной от предвкушения. Никогда прежде я не испытывала такого смешанного чувства, и мысль о предстоящем наполняла меня нетерпением. Я никогда раньше не была шлюхой, но сегодня вечером я собиралась ей стать, самой крутой шлюхой. Я хотела получить всё, что смог бы дать мне Бобби, и хотела этого жестко и быстро.

Я ранее никогда в течении одного дня не ощущала внутри себя члены двух мужчин, и я с нетерпением ждала, что это произойдёт впервые. В глубине души я надеялась, что Бобби будет настойчив и проявит свою грубость, что завтрашнее утро напомнит мне о прошедшей ночи, и я едва смогу ходить от усталости и боли. Я никогда не позволяла себе быть такой, но сегодня я собиралась полностью отдаться своим желаниям, стать той, кем раньше не была. Я хотела всего, что мог предложить Бобби, и хотела получить это быстро и без компромиссов. Я была уверена, что эта ночь станет одной из самых ярких в моей жизни.

Внезапно резкий вопрос Бобби вырвал меня из моих мечтаний:

— Стоило ли оно того?

Я уловила в его голосе смесь подавленности и унижения, и увидела это в его глазах.

Мое тело отреагировало еще большим возбуждением. Моя киска стала еще более влажной, и я поняла, что этой ночью он будет сходить с ума, стремясь завладеть каждым сантиметром моего тела. Я мечтательно ответила, погруженная в свои мысли:

— Ага! Безусловно, да, это того стоило. Это было чудесно.

Хотя я и не говорила напрямую о сексе, не столько к физическим ощущениям, но мне было приятно думать, что всё это сделано было для него, и он отвечая на вызов, я надеялась, принесет нам обоим новый уровень страсти.

Но он неожиданно сказал:

— Сегодня этого не будет. Ты не сможешь меня возбудить. Тебе придется довольствоваться тем, что этот придурок тебе подарил прошлой ночью и этим утром.

Я была ошеломлена, расстроена и задета. Это было совсем не тем, чего я ожидала, точно полной противоположностью того, на что я надеялась.

— Но разве ты не хочешь вернуть мою киску себе? — спросила я. — Джексон говорил, что мужчины обычно так реагируют в подобных ситуациях почти автоматически.

Он ответил холодно: — Нет, желания у меня нет.

Синтия, этого по моим расчётам не должно было случиться. Дальше я забыла, что он мне говорил что-то обидное и я проплакала всю ночь. Лишь теперь, узнав всё, я понимаю как он был прав.

Эта ночь стала началом катастрофы.

Продолжение следует.