Тентакль проделал несколько змеиных движений и наживленная на него женщина содрогнулась в экстазе. Отросток пришельца входил ей во влагалище, проходил через кишки в живот и далее через пищевод и рот выходил на наружу, где его головка, подтекая белой густой жидкостью сновала туда сюда, как бы оглядываясь по сторонам. Другой отросток, пульсируя, двигался и залез глубоко в анус. Множество живых ответвлений пришельца внутри женщины проникли во все ее органы и наполнили тело белым жидким составом, который уже назвали малфой. Малфа, постоянной струей лилась изо рта и задницы, под тентаклем образовалась внушительная лужа, неуспевавшая впитываться в поверхность пола. По отростку в анусе непрерывным потоком шли шарикообразные сгустки исчезавшие в утробе, живот вздулся как на девятом месяце и отвисал, поддерживаемый еще одними отростком. Нагая, находившаяся в симбиозе все видела, все слышала и все осознавала. Кажется это все ее вполне устраивало, в вертикальном положении она, лениво шевелила конечностями в воздухе примерно в двух метрах от пола.

Рядом на таком же тентакле и в таком же состоянии жила еще одна женщина, живот ее раздулся еще больше и парочка отростков обвивала ее тело снаружи для поддержки и сохранения равновесия. Головка свисающая у нее изо рта, временами дотрагивалась до головки из первой женщины, они как-будто разговаривали между собой.

На третьем щупальце продетый в анус висел голый мужчина с уже известной головкой во рту. Его член набух и откровенно и твердо стоял. Мужчина качался рядом с женщинами, тентакль аккуратно подгонял его мужское достоинство к сочащейся норке первой женщины. В какой-то момент их торчащие головки убрались в горла и двое соединились в поцелуе. Отростки сделали так, что двое крепко обнялись, а член мужчины вошел в норку, где уже находилось одно из щупалец. Головки во рту обоих тоже встретились. Мужчина с женщиной и головки внутри их целовались. Член, влагалище и щупальце во влагалище быстро нашли удобный ритм и задвигались. Стенки влагалища обжимали обоих вторженцев, а те в свою очередь осуществляли понятные движения. Член упрямо тыкался в матку, а уходящий вглубь женского организма жгут просто елозил у нее в теле, одновременно немного надуваясь и сдуваясь.

Внезапно судороги кульминации накрыли обоих и тентакля. Они все вместе кончали довольно продолжительное время. Наконец отростки разъединили обнимающихся людей, но люди так и остались нанизанными на свои тентакли. Из киски лился нескрнчаемым потокам фантастический коктейль. Оба очнулись от бури эмоций и впечатлений и встретились через толстое бронированное стекло взглядами с Дрогом.

Дрог, губернатор планеты колонии, самой дальней в галактической империи, молча и безучастно наблюдал за процессом. В помещении отделенным от него, да и от всех нормальных, защитой максимального уровня находился пленный головоногий пришелец, на трех из его множественных тентаклей болталось в симбиозе с ним трое из взвода дальней разведки, неудачно угодившие под раздачу в самом начале экспансии. Затолкать сюда пришельца овладевшего тремя разведчиками стоило половину второго взвода. И что-то подсказывало губеру, что пришельцы специально пожертвовали своим. Типа смотрите, наблюдайте. Но контакт затягивался, вернее чужой не шел ни на какие контакты, предпочитая драть своих пленников в разных позах, не забывая спаривать их между собой по-всякому. Попытка освободить разведчиков привела к гибели четвертого и поэтому Дрог оставил безуспешные попытки, предоставив пришельцу возможность продолжать иметь его пленников. Так что, вопрос кто у кого в плену, оставался открытым.

На второй месяц экспансии за людьми в столице сохранилась только хорошо укрепленная база губернатора, где он и засел с двадцатью рейнджерами и семьей. Скажем так с расширенной семьей. Про остальные поселения планеты губернатор не знал ровным счетом ничего. Связь отсутствовала, то есть вся связь и дальная космическая тоже, а сама база находилась в плотном кольце чужих.

Между тем щупальце развернуло обконченную женщину в профиль к Доргу и намеренно притянуло ее к стеклу ближе к губернатору. С извивающейся чужеродной головкой в горле, та силилась, но не могла ничего сказать, да Дрог и не услышал бы. Изо всех трех дырок, наполненных шевелящимися инородными телами, лилось, течка прекратилась не сразу, сначала струйки резко сократились, затем перешли в капельки. Пока губернатор разглядывал подробности вспученного живота в котором клубилось и пузырилось, пришелец спарил мужчину со второй женщиной, на этот раз совокупив их, вставив член в женский анус и сжав тела, чтобы член вошел глубже. В таком состоянии он и зафиксировал пару щупальцами, соединив и в жарком поцелуе. Дрог постоял еще некоторое время, но женщина перед ним заснула, надетая на тентакль, поникнув головой и опустив руки, а совокупившаяся в зад пара, застыла, перевитая живыми жгутами в застывающей смазке, образовав вместе с двумя проникшими в них тентаклями статичную композицию. С омерзением плюнув под себя, Дрог вышел из медицинского отсека и направился в личные помещения.

Ужин Дрогу накрыли, как он и просил, в цветущей столовой. Зал украшали многочисленные растения с разных концов галактики, образуя синезеленые небольшие, культивируемые джунгли. По среди растительного разнообразия притаилась беседка, а в ней господствовал круглый деревянный стол. За столом сидели его жена и красавица Троггра, и две любовницы, секретарша и модель Евга и командир рейнджеров бодибилдерша Зангра. Лично преданную ему со всем ее отрядом Зангру он знал уже около десяти лет, на год больше чем жену. Именно Зангра, умело организовав оборону периметра, спасла жизнь ему, семье и еще некоторым случайным людям. Вместе они вытащили из разбитой машины Евгу и умудрились отбить ее от чужих, потеряв двоих сотрудников. Забаррикадировавшаяся на базе Троггра с личной губернаторской охраной впустила их всех чуть промедлив, за эти секунды под усиливающийся шорох сползающихся тентаклей, Дрог много чего передумал, но все обошлось. Троггра, Евга и даже Зангра плюс еще выжившие женщины приняли правила игры диктуемые Дрогом и обстановкой, что для губернатора оказалось приятной неожиданностью.

Вот и сейчас обольстительная Евга одела к ужину короткое, почти прозрачное платье с декольте до пупка, не скрывающее грудей без лифчика и стрингов в сеточку. Секретарша вовсе не стеснялась ни веселую Троггру, ни серьезную и насупленную Зангру, она вообще никого никогда не стеснялась и Дрог к этому тяжело, но привык. Евга выскочила из-за стола и прижалась к начальнику всем телом, обвив его шею руками. Они поцеловались в засос. Дрог обслюнявил ей всю шею и энергично поднял подол ее платья. Он попросил ее подержать подол повыше, что она, улыбаясь и сделала, обнажив плоский подкачанный животик и задорный пупок. А Дрог уже во всю залез ей обеими руками в трусы спереди и сзади, сомкнув руки во влажной промежности. Евга томно застонала, Зангра серьезно смотрела на них, а Троггра попивала чай, делая вид что так и надо, обычное дело.

Обстоятельно погладив половые губы, задний проход и все что рядом, губернатор не на шутку завелся, ему требовалась немедленная разрядка, представление данное чужим тоже давало о себе знать. Дрог подтолкнул модель к столу, она понимающе нагнулась и он стянул с нее трусы, кинув их под стул жене. Член из спущенных штанов выскочил в полной боевой готовности и зашел сначала в рот Зангры, окунувшись в ее слюни, но там не задержался. Дрог в пару приемов помассировал давно известную ему щелку Евгы и увлажненный Зангрой член с размаху вошел во внутренности секретарши. Девушка эффектно подыгрывала правильным вилянием попки, а Троггра поймала себя на мысли, что ее муж одинаков со всеми. Учитывая обстановку ей пришлось временно смириться с создавшейся ситуацией. Зная крутой и вспыльчивый нрав любимого мужа, она не стала рисковать оказаться выкинутой на улицу к тентаклям. Хотя, как она могла уже убедиться, пойманные чужими на здоровье не жаловались, а находились похоже, чуть ли не в постоянном оргазме.

Дрог с хеканием жарил секретаршу, та стонала в такт фрикциям, а он гордо поглядывал на двух других своих женщин, размашисто входя и выходя из Евгы в Евгу. Зангра подала ему бокал и он отпивал из него сок, предоставив партнерше самой одеваться на его агрегат. Они вместе задышали резче и быстрее. Троггра почти ощутила, как Евга кончает, а муж в экстазе наполняет девушку горячей спермой. Заключительная фаза немного затянулась, партнеры не хотели расставаться. Наконец опавший во влагалище член разделил их. Евга, чмокнув в щеку патрона ушла подмываться, а Дрог сев за стол, принялся за ужин. Зангра примостилась у него между ног и губками завладела его пенисом, любила она это дело, а Дрог любил за это и не только за это ее. В принципе Троггра была спокойна. Любвеобильный муж любил ее сильно, как жену и она могла всегда рассчитывать на него. Любовницам любовницево, а жене все и всегда.

Дрог мило беседовал с женой, посвещая ее в тонкости жизни плененного тентакля с плененными им людьми, время от времени направляя голову Зангры по особенно приятной траектории. Троггра внимательно слушала, задавая наводящие вопросы, удовлетворенная Евга не вмешивалась в разговор старших. Уличив момент, Троггра пылко впилась в губы мужа, а он ответил и они слились в энергичном поцелуе. Троггре очень хотелось почувствовать мужа, когда он кончает в рот Зангре и ей это удалось. Спонтанные толчки закончились, Зангра все выпила, сглотнула и облизала, а муж с женой все целовались.

После ужина, удовлетворив еще и Зангру, начав у нее в заднем проходе и наполнив ее киску, губернатор, попрощавшись с любовницами, прошествовал под ручку с женой в их покои для отхода ко сну. Троггра, вскинув голову, почти надменно краем глаза вела Зангру и Евгу, ей он муж и она его никому не отдаст.