Элли, Чарли, Урфин. Трудовыебудни

— Дядя Чарли, у меня появились классные идеи по рекламе нашего бизнеса, — объявила Элли.

— Ну и займись. Всё равно делать нечего. Тут даже телевизор чёрно-белый, и тот какие-то глупости показывает, — дядюшка одобрительно хлопнул девочку по голой попке. Да и сам он был без трусов, потому что чем ещё, кроме секса, занять вынужденный досуг, если нет интернета, а из достопримечательностей городок может похвастаться лишь сортиром, в котором по пьяни утонула старая владелица борделя Гингема.

— Как заняться? Был бы ноутбук или планшет...

— Придётся по-старинке, ручкой да фломастерами. На бумаге. Умеешь?

Племянница надула губки:

— Издеваешься? Этого тоже нет.

— Возьми деньги и сбегай в супермаркет,  — Чарли махнул рукой в сторону своей валяющейся на полу куртки. — Заодно своей любимой колы купишь.

— Ага, она здесь в сто раз вкуснее, чем у нас в Канзасе, — оживилась Элли. — Пойдёшь со мной?

— Нет, детка. Надо посмотреть, что с машиной. Когда колесили по Канзасу в поисках выхода из западни, с левой стороны что-то громко стукнуло, а потом при движении был слышен посторонний звук. Заметила?

— Не-а, — мотнула головой девчонка, натягивая трусики и виляя попкой. Она оделась, вытащила из бумажника Чарли двадцатку, показала ему язык и убежала.

«Вот егоза!» — с одобрением подумал дядюшка и тоже принялся одеваться.

...Причина беспокоящего стука выяснилась, когда Чарли, потерявший надежду её обнаружить, снял внутреннюю панель левой дверцы. Стучала туго обмотанная синей изолентой палочка длиной около четырёх дюймов и толщиной примерно дюйм с четвертью. Похоже, от тряски она выскочила из самодельного зажима на дверце и болталась внизу. Палочка была не по размерам тяжёлая, фунта два, не меньше. А что может быть такое тяжёлое, что нужно прятать от любопытных глаз? Уран? А на кой покойному Джону был нужен уран? Он что, на досуге ядерной физикой занимался? Чарли долго не раздумывал и, не опасаясь радиации, спрятал находку в карман.

Житейская логика подсказывала, что тут могут быть ещё какие-нибудь сюрпризы. Моряк сковырнул обивку правой двери и присвистнул, увидев два пакета характерной продолговатой формы, приклеенных скотчем к металлу.

Клад оказался существенным. Пришлось упрашивать Элли, чтобы не визжала от восторга так громко. Под изолентой обнаружился столбик золотых десяток разных лет выпуска — пятьдесят три штуки. На дюжине монет отчеканена женская голова с индейскими перьями*, на остальных — женская же голова, но без перьев, «Свобода»**. Это было целое состояние! Плюс две банковские упаковки сотенных купюр на двадцать тысяч долларов. Жить можно...

Порадовавшись находке, а заодно всплакнув по ушедшим в мир иной родителям, Элли рассказала, как папа с таинственным видом однажды признался, что у него кое-что припрятано на чёрный день. Вот и пригодилась твоя заначка, папочка...

Урфин, с трудом оклемавшийся после безумного секс-марафона, с головой погрузился в работу и за три дня сделал, используя заготовки скелетов, двух силиконовых красавцев.

К приходу партнёров он выставил накрытых непрозрачным полиэтиленом кукол в магазине. Презентацию мастер устроил простенькую, но впечатляющую.

Элли и Чарли уселись на стулья. Девицы — обе о’натюрель — встали рядом с новыми изделиями мастера и по его команде сдёрнули покрывала.

— Омайгод! Как живые! — охнула восхищённая девчонка.

— Поздравляю, Урфин, — сказал коммандер, — вот это работа! У тебя руки растут из правильного места.

Элли вскочила со стула, подошла вплотную и принялась рассматривать абсолютно живых по виду людей с эрегированными членами, но почему-то неподвижных и холодных! Оба красавца выполнены в аполлоновых пропорциях; один — кареглазый смуглый брюнет-латинос, другой, разумеется, светловолосый WASP*** с голубыми глазами. Мастер Урфин не мелочился и наделил изделия внушительными причиндалами, стоящими на полдвенадцатого.

Не скрывая интереса, девочка взялась руками за оба члена.

— Омайгод! У них всё по-настоящему! Даже отогнуть можно! — она повела зажатыми в кулачки членами вниз и навстречу один другому. — Фак... и шкурка движется!

Действительно, девчонке удалось натянуть обоим манекенам крайнюю плоть на головки. Когда она разжала кулачки, головки естественным образом обнажились, а фаллосы вернулись в исходное положение.

— Как тебе это удалось? — обратился к Джюсу удивлённый увиденным коммандер. — Понятно теперь, почему покупатели затрахиваются до полусмерти твоими игрушками.

Джюс с показной скромностью развёл руками, а на вопрос Чарли, почему не сделал чернокожего, вздохнул:

— Краски хватило только на смуглого... Остатки выскреб.

— Отныне можешь не беспокоиться о материалах. Обеспечим, — не вдаваясь в подробности, заверил его коммандер. — Запустим серийное производство.

Тем временем Элли обошла фигуры сзади, ощупала ягодицы.

— Омайгод, дядечка! У них и тут совсем естественные дырочки!

Урфин пояснил:

— Мало ли, вдруг кому-то захочется трахнуть их в жопу...

Компаньоны рассмеялись. Жизнь, она такая!

Следом настала многозначительная пауза. Мастер выразительно посмотрел на изделия, потом на Чарли и перевёл взор на девочку. Вопрос о том, кто вдохнёт жизнь в его творения, как говорится, повис в воздухе.

Дядюшка встретился взглядом с племянницей. Элли опустила глазки. Её терзали противоречивые желания. С одной стороны, очень — трусики у неё промокли насквозь — хотелось ощутить в письке эти натуральные члены искусственных людей, а с другой — не станешь же так запросто соглашаться на использование себя в качестве технологического оборудования, пусть и предназначенного для чудесного оживления. «Другое дело, настоящий мужчина Урфин Джюс!» — вспомнила она дрочку под душем и устыдилась развратных мыслей, что пришли в голову в присутствии любимого дяди Чарли. Потому и взгляда не выдержала.

Чарли Блэк тоже завис в раздумьях. Вроде бы и ничего такого. Если разобраться, силиконовые красавцы-парни есть не более чем... э-э-э... активные фаллоимитаторы с приделанными к ним человеческими фигурами в полный рост. Купил же он у Джюса для племянницы тот внушительный чёрный хуй, которым племянница ему напоказ с наслаждением трахала себя в дни вынужденного безделья! И это шоу жутко заводило: Чарли испытывал эрекцию как бы не сильнее той, что наступила, когда он намазался зелёным желе. Да и собственное участие в оживлении брюнетки Меланты никакой изменой он не считал.

Но одно дело мёртвый кусок силикона в форме хуя, торчащий из секс-куклы, и совсем другое — ожившее существо! Чарли навсегда запомнил потрясение от того, как эта Меланта, поначалу холодная неподвижная фигура, стала по-человечески тёплой, начала двигаться и активно сосать его член, хлюпая слюной. Ну откуда, скажите на милость, в силиконовом рту взяться слюне? Или смазке в силиконовой пизде? Если честно, где-то в глубине души он всё-таки испытывал вину перед племянницей за тот, не сказать, чтобы вынужденный, сеанс бешеной ебли, в который превратилась работа по оживлению...

И вот ещё что. Ни заставить племянницу, ни запретить ей поучаствовать, так сказать, телом в предстоящей волшебной процедуре, он не решался. Помнил её заявление: «Ты мне не отец, в конце концов!»

— Дядечка Чарличка, — вкрадчивым голоском протянула Элли, прижавшись к его локтю сиськами, — я не знаю, как мне быть...

В этот момент звякнул дверной колокольчик. В магазин ураганом ворвалась упитанная, но отнюдь не толстая дама средних лет.

— Привет, Урфин! Я соскучилась! Почему не заходишь? — начала она фамильярным тоном, но, увидев посторонних, без смущения поправилась: — Добрый день, господа. Здравствуйте, мистер Джюс, не найдётся ли у вас чего-нибудь новенького для безутешной вдовы?

С порога дама не заметила обнажённых кукол, а когда рассмотрела красавцев с напряжёнными членами, застыла с раскрытым ртом.

— Миссис Хилари Квинто, вдова, — пришёл ей на помощь Урфин, — позвольте представить моих компаньонов: коммандер Чарльз Блэк из штаба флота и его племянница Элли Каннинг из Канзаса.

Хилари кивнула, не сводя глаз с голых мужских фигур. На обнажённых девиц, замерших по знаку Джюса, она не обратила внимания: видела этих кукол раньше, когда заходила за игрушками. Своевольная Меланта всё испортила вопросом:

— Хозяин, можно нам с Луминой трахнуть новеньких?

— Дуры, идите оденьтесь! — на автомате отреагировал Урфин, и девицы направились к двери в мастерскую, чего-то бубня себе под нос. Ругали злого хозяина, не иначе.

Вдовушка нашарила позади стул и уселась с раскрытым ртом, хлопая глазами.

— Что это было?.. — пробормотала, наконец, она.

Компаньоны в растерянности переглянулись. Простая мысль, как объяснить, откуда взялись живые куклы, двоим взрослым мужчинам и в головы не приходила, что уж говорить о девчонке!

Хилари вопросительно посмотрела на Урфина Джюса: кому как не хозяину секс-шопа отвечать?

— Э-э-э... Видите ли, мэм... Это такая история, в которую невозможно поверить, — начал негр, пытаясь сообразить, как вывернуться, и неожиданно для себя выпалил: — Я их оживил!

— Ага, скажи ещё, что ты их трахнул, а они от этого ожили, — усмехнулась вдова, покрутив пальцем у виска.

И попала пальцем в небо! Элли открыла рот, чтобы подтвердить, что так и было, но дядюшка тронул её за плечо.

— Ну вы и скажете, мэм, — вроде как смутился Урфин. — История, на самом деле, не только невероятная, но и длинная...

— А я никуда не тороплюсь, — Хилари, поёрзав, уселась поудобней. — Рассказывай.

Урфин подробно изложил ход событий: как ураган занёс на его огород чрезвычайно живучий и быстрорастущий сорняк, который прорастает даже из сушёных ошмётков листьев; как совершенно случайно обнаружилось, что только самогон лишает растение способности к размножению; получившаяся в результате субстанция, как случайно выяснилось, оживляет сексуальные игрушки. В порядке эксперимента, ведь настоящему мастеру всё интересно, он намазал этим веществом давно изготовленных кукол, без толку пылившихся в магазине...

— Ну надо же! Пришёл! Увидел! Оживил! — Хилари Квинто рассмеялась. А затем указала пальцем на силиконовых парней с соблазнительно стоящими хуями: — И что, этих красавцев можно оживить таким же образом?

— Ну, не совсем таким... Точнее, совсем не таким. Видите ли, миссис Квинто, только намазать зелёным желе кукол недостаточно... — выдавил из себя Урфин и смолк.

*) 10 долларов США с изображением индейца (англ. Indian Head Eagle), чеканки 1907-1933 г.г.

**) 10 долларов США с изображением Свободы (англ. Eagle Liberty Head), чеканки 1838-1907 г.г.

***) WASP — White Anglo-Saxon Protestant, белый англосаксонский протестант. А может быть, и вовсе атеист;)