Лиза приехала в деревню к деду на лето, чтобы отвлечься от городской суеты. Ей было уже за двадцать, но она всё ещё любила эту старую избу с покосившимся забором и огромным псом по кличке Рекс – здоровенным дворнягой с грубой шерстью и глазами, полными дикой преданности. Дед, старый хрыч с седой бородой и мозолистыми руками, встретил её с ухмылкой, но в глазах его мелькнуло что-то хищное. Он давно один, бабка померла лет десять назад, и теперь его мысли крутились вокруг молодой плоти, особенно когда Лиза расхаживала по двору в своём любимом прозрачном топике – тонкой тряпке, которая ничего не скрывала. Без лифчика, конечно. Её упругие сиськи с твёрдыми сосками просвечивали насквозь, особенно когда она наклонялась или потела от жары.

Первый день прошёл спокойно. Лиза играла с Рексом во дворе: кидала палку, боролась с ним на траве, позволяя псу лизать её ноги и руки. "Хороший мальчик, Рекс, – хихикала она, – лижи сильнее!" Дед сидел на крыльце, курил самокрутку и подглядывал. Он прятался за занавеской в окне, когда она шла в душ – старый, самодельный, под открытым небом. Видел, как вода стекает по её телу, как она намыливает сиськи, сжимая их пальцами. "Сука молодая, – бормотал он про себя, чувствуя, как хуй в штанах встаёт. – Дразнит, блядь, специально." Он дрочил втихаря, представляя, как врывается к ней и берёт силой.

На второй вечер Лиза осталась одна в избе. Дед ушёл в лес за грибами, а она, разгорячённая после игр с псом, решила развлечься. В её сумке лежал любимый дилдо – толстый, чёрный, с венами, как настоящий хуй. Она разделась догола, легла на кровать и раздвинула ноги. "Ммм, Рекс, иди сюда, – позвала она пса, который сидел у двери и смотрел голодными глазами. – Хочешь поиграть?" Пёс подбежал, обнюхал её мокрую пизду, и Лиза застонала, когда его грубый язык коснулся клитора. Она впихнула дилдо внутрь себя, трахая им резко, грубо, пока Рекс лизал вокруг, слюнявя всё. "Да, лижи, сука! – шипела она, сжимая сиськи. – Глубже!" Извращение заводило её: пёс, дилдо, мысли о том, что дед может вернуться и увидеть.

Но дед уже вернулся. Он подглядывал через щель в двери, затаив дыхание. Видел, как внучка – нет, уже не внучка, а похотливая шлюха – извивается на кровати, пихает в себя эту хрень и позволяет псу лизать. "Блядь, – прошептал он, расстёгивая штаны. – Я тебя выебу, как следует." Его хуй был старый, но крепкий, и он дрочил яростно, глядя на её стоны. Лиза кончила первой – заорала грубо, матерясь: "Еби меня, Рекс, еби!" – и выдернула дилдо, облизав его, как конфету.

Ночью дед не выдержал. Пока Лиза спала в своём прозрачном топике, он прокрался в комнату. Подглядывал, как она лежит, сиськи торчат, пизда ещё влажная от игр. Он схватил её за волосы, разбудив: "Проснись, сучка! Дразнишь деда, да? Теперь почувствуешь." Лиза не сопротивлялась – она была из тех, кто любит грубость. "Дед, ты подглядывал? – усмехнулась она, раздвигая ноги. – Хочешь меня выебать?" Он сорвал с неё топик, впился в сиськи зубами, кусая соски до боли. "Да, блядь, хочу! – рычал он. – Ты моя шлюха теперь." Он трахнул её жёстко, на кровати, пока Рекс сидел в углу и смотрел. Лиза схватила дилдо и впихнула его в жопу, пока дед ебал пизду. "Глубже, старый хуй! – орала она. – Еби меня, как животное!"

С тех пор их похождения стали ежедневными. Утром Лиза играла с псом – позволяла ему лизать сиськи через топик, пока дед подглядывал из кустов. Вечером – извращения в избе: дилдо везде, где можно, грубый секс с матами и шлепками. Дед бил её по жопе, называя "грязной сукой", а она кончала от этого, заставляя Рекса участвовать – лизать сперму деда с её тела. Деревня казалась тихой, но в той избе творилось настоящее безумие – похоть, подглядывание и извращения, которые Лиза запомнит надолго.