Кто ещё застал время обучения в советской школе, тот помнит, что во время летних каникул была такая «отработка», когда приходилось ходить в школу и благоустраивать территорию, или что-то делать в своём классном кабинете.

Вот и мы с ребятами из 7 «В» класса летом помогали делать стелажи для различных литературных произведений в классе нашего классного руководителя учительницы русского языка и литературы Галины Геннадьевны. В общем- то всё делал отец нашей одноклассницы Гули (Гульнары – это более правильно), а мы только помогали. То поднесём, то поддержим. Тут же была и Галина Геннадьевна, которая что-то указывала, спрашивала у отца Гули, можно ли сделать электрическую подсветку, что-то ещё.

Отец Гули (его звали Наиль Габсалямов) с улыбкой говорил:

— «Всё можно, только сначала нужно обо всём договориться».

Галина Геннадьевна тоже с улыбкой ему отвечала:

— «Конечно, я думаю, что мы сможем договориться, обязательно договоримся».

Мы особо не вникали в эти разговоры, так как хотели побыстрее освободиться и заняться своими делами. Как бы там ни было, часам к двум дня Галина Геннадьевна нас отпустила. Мы уже собирались разбежаться, но Лёшка Сазонов сказал, что может договориться с вахтёршей (она была какая-то его родственница) взять ключ от спортзала, где лежат футбольные мячи и погонять по полю около школы. Некоторые ребята отказались и пошли домой, а несколько пацанов, в том числе и я, согласились.

Где то часа полтора мы играли в футбол, потом, когда отнесли мяч в спортзал, тот же Лёшка предложил зайти в душевую и сполоснуться, поскольку мы все были потные. В школе к этому времени уже никого не было, стесняться никого не приходилось и мы гурьбой пошли в душевую, которая была недалеко от спортзала. Когда зашли в раздевалку, то услышали шум льющейся воды в душевой и какие-то не ясные приглушённые звуки. Это нас немного удивило, и мы осторожно подошли к двери и заглянули в душевую.

Увиденное нас буквально припечатало к месту. Мы не верили своим глазам. Нам было по 13-14 лет. На тот период все мы были ещё девственниками, но от старших товарищей, от старших братьев, дядей, мы конечно уже знали о половой жизни между мужчиной и женщиной, однако то, что мы увидели не укладывалось в наших головах.

В душевой кабинке, наклонившись и опираясь руками о стенку, стояла наша классная руководительница Галина Геннадьевна. Она была абсолютно голой, струйки воды от душа стекали по её телу. Никогда раньше мы её в таком виде естественно не видели. Она всегда была одета в закрытое платье не выше колен, обычно ещё на ней был жакет. Всё это скрывало её фигуру. И вот сейчас мы увидели, что фигура у Галины Геннадьевны очень даже ничего. Стройные, длинные ноги, подчёркнутая талия, довольно приличная грудь.

Но самое интересное, это то, что сзади нашей классной стоял абсолютно голый отец Гули, обеими руками держал её за округлые бёдра и ритмичными движениями вгонял в неё свой член. Причём член был приличной длинны. Когда он отводил свой зад назад, то казалось, что его член никогда не выскочит из нашей учительницы, и всё будет продолжать выходить и выходить во всю свою длину, а когда он с силой входил в Галину Геннадьевну, то раздавался сильный шлепок и по округлому заду учительнице пробегала лёгкая волна.

Задница отца Гули двигалась с какой-то завораживающей ритмичностью, и в такт его толчков качались большие груди Галины Геннадьевны и всё её тело. Сквозь шум льющейся из душа воды раздавались хлюпающие шлепки и прерывистые, не громкие стоны. Галина Геннадьевна то опускала голову вниз, то поднимала её, при этом спина учительницы изгибалась, вода стекала по волосам, по спине, по ногам. Из-за шума воды и своих звуков они не слышали наше присутствие, хотя мы довольно шумно дышали, начали перешёптываться, пихали друг друга, что бы было лучше видеть.

Судя по всему они уже трахались давно, потому что отец Гули начал более энергично двигать задом, шлепки участились, он начал громко, натужно дышать. Через некоторое время он хриплым голосом выдавил:

— «Щас кончу».

— «Только не в меня» - выкрикнула наша классная, быстро разогнулась, повернувшись лицом к отцу Гули, присела на корточки, буквально схватила его член рукой и взяла его в рот. Даже за этот короткий промежуток времени мы увидели здоровенную, тёмно-красную головку члена, которая была толще самого члена.

Как потом сказал Витька Фирсов, большой любитель и знаток всего военного, что он был похож на немецкий фауст-патрон. Но скорее всего такой вид был из-за обрезания (отец Гули татарин), а мы ведь раньше ничего подобного не видели. Галина Геннадьевна сосала член отца Гули и энергично дрочила его рукой. Буквально через несколько секунд Габсалямов издал какой-то утробный не то рык, не то стон и его задница задёргалась, было видно, как ягодицы начали судорожно сжиматься, а его голова была задрана вверх, глаза закрыты, он тяжело, хрипло дышал.

Мы поняли, что он кончал! Он кончал прямо в рот нашей классной руководительнице!

При этом Галина Геннадьевна не только не вынула член из своего рта, она продолжала его сосать и дрочить, выжимая последние капли. Более того, было видно, что она глотает его сперму!

Через некоторое время она вынула член изо рта, облизнула губы, потом опять языком поласкала головку начавшего уменьшаться в размерах член Габсалямова и глядя снизу вверх с улыбкой спросила:

— «Ну как ?»

Отец Гули, продолжая учащённо дышать, покачал головой и прерывисто ответил:

— «Уух...это было что-то...почти наизнанку вывернула...».

Галина Геннадьевна засмеялась, встала и, продолжая поглаживать рукой обвисший, но всё ещё длинный с большой головкой член, сказала:

— «Значит мы договорились, сделаешь подсветку к стеллажу, да и к портретам писателей».

— « Конечно, за такое я тебе всё что хочешь сделаю» - отдышавшись отвечал отец Гули.

Тут мы благоразумно ретировались. Ещё долго после этого обсуждали между собой увиденное, немного поподкалывали Гулю (но не сильно), а нашу классную даже зауважали. Стали смотреть на неё другими глазами, вот мол какая у нас училка. Тем более, что стеллаж с различными редкими книгами был действительно электрифицирован, смотрелся здорово, даже приходила оценивать его какая-то комиссия, признавшая лучшим оформлением литературного кабинета.

А позже, уже от других учеников Галины Геннадьевны, я узнал, что она заняла первое место по профориентации своих учеников. В её классе училась дочка зам. командира лётной части, которая дислоцировалась в нашем городе. Так Галина Геннадьевна договорилась с ним не только об экскурсии в эту часть, но и о том, что бы ребят покатали на самолёте прямо над городом, а потом желающим даже позволили спрыгнуть с парашютной вышки. После этого два парня из её класса пошли в лётное училище. Про одного из них, спустя несколько лет, писали в газете, он отличился в боевых действиях, кажется в Афгане.

Так вот, чтобы этого добиться, она трахалась с этим самым зам. командира части, это со слов одного из её учеников, который их якобы где-то застукал. И хотя сам я свидетелем этому не был, но то, что я видел тогда в душевой, вполне соответствует рассказу этого ученика, да и стилю самой Галины Геннадьевны.

А ещё через некоторое время Галина Геннадьевна получила звание «Отличник образования». В общем-то заслуженно, она была хорошим, активным преподавателем. Но вот интересно, для этого сколько ещё разных мужчин трахали её и сколько членов ещё она отсосала?

Вот что значит творческий деловой подход в работе.