Миловидная, стройная, великолепно сложенная, молоденькая блондиночка лет 20-22-х вышла из машины и, не закрывая пока дверцу, заглянула в салон:

— Игорёк, может все-таки поднимешься?

— Нет, - ответил мужчина за рулем. – Ты же, Ирина, знаешь - мы с твоим отцом не перевариваем друг друга.

— Ну, как хочешь. Пойми, мне хочется пообщаться с родителями. Так что, тебе придется подождать хотя бы полчасика.

— Даю тебе ровно 30 минут...

Ирина в белых брючках в облипку, в розовой кружевной кофточке, подпрыгивающей на объемных грудях, взбежала на третий этаж хрущовки, открыла дверь своими ключами и, миновав тесную прихожую, оказалась в не менее тесной кухоньке.

Алексей, отец блондиночки, сидел в плюшевом халате за небольшим по площади, но прочным, столом, зажатым между тумбой крохотного кухонного гарнитура и холодильником. Мужчина радостно улыбнулся и с удовольствием подставил слегка небритую щеку для поцелуя.

— А где мама?

— Ускакала в парикмахерскую – неожиданно освободилось место, а у нее как всегда внезапно обнаружилась седина – до плановой записи никак не дождаться!

— Ну, вот, - расстроилась Ирина.

— Она тебе приготовила – вот, смотри на столе, - домашние соления, пару баночек грибочков и варенье с дачных яблонь.

— М-м-м, классно! А твоего знаменитого молочного коктейля можно хлебнуть?

Девушка положила телефон на край стола и нагнулась, рассматривая бумажки, аккуратно приклеенные на латунные крышки, изредка прикладываясь к бокалу. А ее отец неожиданно смачно приложился ладонью к крутой попке, словно нарочно откляченной. Ирина подскочила, отчего густой коктейль едва не выплеснулся, и несколько наигранно взвизгнула, потом сердито посмотрев на отца:

— Ну, пап!

После чего, поставив бокал на край стола, принялась перекладывать консервацию в спортивную сумку. При этом она весьма игриво и завлекающе прогибалась, скашивая иногда игривый взгляд в сторону Алексея... И добилась того, что тот, едва последняя банка была опущена в сумку, схватил ее за руку и, потянув, усадил попкой к себе на пах.

— Ну, пап! Муж ждет. Он мне дал всего полчаса... И 5 минут уже прошло...

— Ничего подождет. А поднялся бы, так я коктейль бы ему взбил...

— Ну, пап... Нееет, - простонала Ирина.

Но не воспротивилась, когда рука отца забралась под блузку и по-хозяйски сдавила упругую девичью, но по-зрелому объемную, грудь. На этом Алексей не остановился и, расстегнув молнию на белых брючках, забрался дочери между бедер.

— Ох, Иришка, как же я соскучился!

— Я тоже, пап, но мы же не уложимся – знаю я тебя...

Под грубыми мозолистыми пальцами нежные лепестки очень быстро увлажнились, и Ирина закрыла глаза, трепеща крыльями изящного носика и иногда порывисто вздыхая. Потом торопливо освободилась от блузки, предоставив отцу тискать любую грудь на выбор, пока тот не схватил ее за горло, повернув голову, и не впился в пухлый ротик требовательным поцелуем. Ирина тут же принялась посасывать его язык, словно маленький член...

Наконец дочь вскочила и, развязав пояс, рывком раскрыла халат отца, горячечным взглядом впившись в крупный член, гордо торчавший вверх. В следующее мгновение она опустилась на колени и, едва не мурлыкая, потерлась носиком о налитую мощью головку.

— Ох, как же он у тебя большой!

Нежные пальчики легли на ствол, а пухлые губы чмокнули самое навершие.

— И твердый - словно деревянный!

— Не томи, дочка, у нас и так мало времени!

— Да-да, ты прав, пап!

И Ирина заскользила колечком губ по бугристому стволу, прилежно кивая белокурой головкой. Несколько минут в тесной кухоньке раздавались только влажные звуки ротика, аппетитно обслуживающего жесткий член, да запаленное мужское дыхание.

Но наконец отец поднял дочь на ноги и завалил ее спиной на стол. После чего содрал с Ирины брючки вместе с трусиками, отбросил их в сторону и поспешно скинул халат. Его дочь покусывала пухлую губку и нетерпеливо вздрагивала, склонив подбородок к плечику и заранее услужливо раздвинув ноги.

А в следующий момент здоровенная головка вторглась в нежное девичье влагалище, неимоверно растягивая узкую дырочку. Девушка вскрикнула, выгнулась, касаясь столешницы только попкой и лопатками:

— Ох, блин! Папка, ты же меня сейчас порвешь!

— Не порвал раньше, не порву и теперь, - зарычал Алексей.

И, подхватив дочь под колени, принялся наносить размеренные жесткие удары, отчего ягодицы Ирины на несколько сантиметров отрывались от края стола, а сама она извивалась перед отцом, метя во все стороны волнами волос. Иногда мужчина склонялся над стройным девичьим телом и впивался ртом в тот или иной сосок, вырывая из партнерши страстный вскрик. А иногда припадал к мокрым половым губкам, терзая их языком.

Потом отец рывком поднял дочь, по-прежнему нашпиленную на твердый, здоровенный член, и сел на стул. Ирина ахнула, почувствовав, как инородный предмет пронзил ее до самой матки, и тут же понятливо принялась резко насаживаться на него. В какой-то момент Алексей притиснул стройное изящное тело к своей груди – одной рукой за талию, другой – за шею, вжав в себя упругими округлостями, и стал поддавать бедрами, проникая в текущее, даже брызгающее влагалище с такой частотой, что казалось – в кухне работает своеобразная швейная машинка.

Через десяток минут отец бросил дочь грудями на стол и без промедления снова забил член в жалобно всхлипнувшую дырочку. Рыча, он принялся наносить мощные и быстрые удары, от которых маленькие пальчики, еле стоявшие на полу, отрывались от него и стройное тело имело только три точки опоры – две сплющенные о столешницу груди и твердый, словно стальной, крупногабаритный член. Иногда девичьи стоны и мужское рычание прерывались звонким шлепком лопатообразной ладони по упругой, шелковистой попке, отчего она еще какое-то время упруго вздрагивала. А иногда мужчина распрямлял дочь и впивался в ее груди железными пальцами, оставляя на нежной коже красноватые отметины.

В один из таких моментов Ирина взвизгнула и заизвивалась в пароксизме страсти, ощущая, как стенки влагалища пульсирующе сдавливают жесткий, крупный инородный предмет, засунутый глубоко-глубоко внутрь нее...

Еще вздрагивая в последних отголосках оргазма, дочь усадила отца на стул и снова устроилась перед ним на коленях. Для начала она облизала широким языком мокрый член от налитых спермой яиц до навершия, а потом принялась старательно обслуживать колечком губ, часто-часто помогая им цепкими пальчиками...

И тут зазвонил телефон.

— Не отвечай! – с отчаянием взвыл отец, наслаждающийся ротиком дочери и не желающий это наслаждение ни на секунду прерывать.

— Ну, пап! Это наверняка Игорь. А он, как-никак, мой муж!

Девушка цапнула со стола телефон действительно с аватаркой супруга. При этом она не переставала неторопливо поглаживать пальчиками бугристый половой орган.

— Игорь, перестань... Ну, и что, что полчаса уже истекло?.. Папе была нужна кое-какая помощь... И?.. Ой, все! Мы сейчас закончим, и я спущусь... Пять-семь минут...

Когда иконка вызова погасла, Ирина вновь торопливо натянула свой ротик на внушительный инструмент Алексея. И вскоре тот, порывисто взрыкивая, словно разъяренный медведь, принялся выбрасывать очереди спермы прямо в девичье горлышко. Дочь дисциплинированно сглатывала кончину отца почти до самого конца, а после высунула язычок лопаткой, на котором переливалась белесая лужица, а потом, покатав сперму во рту и мечтательно щурясь при этом, проглотила и эти остатки...

Наконец довольное выражение лица девушки сменилось на озабоченное, и она вскочила на ноги. Выпятив пухлую губку, Ирина с тревогой оглядела красные отметины на упругих округлостях, потом, изогнувшись, посмотрела на тугую шелковистую попку, покрасневшую от недавних шлепков, и простонала:

— Ну, па-а-ап! Ну, почему ты такой медведь?

— Мне казалось, тебе понравилось, - ухмыльнулся отец, с удовольствием оглядывая голенькую дочь.

— Ох, папка, как я тебя люблю!.. Н-да, но теперь придется на всякий случай поскандалить с мужем и отправить его спать на диван в гостиную.

Ирина торопливо оделась и, без напряжения подхватив тяжеленую сумку, выскочила из кухни. Впрочем, через секунду выглянула в дверной проем:

— Кстати, папка, у нас что-то розетка искрит. Приедешь как-нибудь посмотреть, когда Игорька не будет дома? А то не хочется из-за этого пустяка вызывать электрика.

— И розетку тоже починим, - повел могучими плечами Алексей, запахиваясь в халат...