— Ох, прости, мам, я... я забыл, что на мне нет ничего.

— Д... да, ты... ты забыл...

Паша подошел ко мне достаточно близко после того, как поднялся с кровати, и теперь... его член почти касался меня. По крайней мере, мне казалось, что он почти касается меня, настолько он был близко ко мне.

— Эмм... Это...

«Мне не следовало заходить сюда, не следовало заходить в комнату Паши, и уж тем более не следовало оставаться здесь и говорить с ним... Я... У меня не самое хорошее предчувствие относительно всего этого... Мне кажется, что...»

— Но ведь это не такая большая проблема, верно, мам? Ты ведь часто видела меня без одежды, хе-хе. Ты видела меня так много раз.

— Да, но это... это было давно, Паш... Это было еще когда ты был маленьким мальчиком, а сейчас... сейчас ты уже...

— Сейчас я уже большой, да... Ты это хотела сказать?

— Д... да, я... я хотела сказать именно это...

Немного опустив голову, я вновь взглянула на член сына. Он... он был уже в «приподнятом настроении», если вы понимаете, что я имею в виду. Паша был возбужден, и его член... его член стал гораздо дольше и еще на пару сантиметров длиннее, чем был в спокойном состоянии.

«Его член... его член становиться все тверже и тверже... Теперь... теперь я точно уверена, что вчера он мне показался гораздо меньшим, чем сейчас, чем... чем с такого близкого расстояния. Он... он просто огромен, он очень большой... У моего сына... у моего сына просто монстр между ног... Почему тогда... почему у его отца не такой?..»

— Мам? Все хорошо?

— Д... да, милый, все... все хорошо... Я просто задумалась и... О чем ты хотел поговорить, Паш? И почему... почему твой... Эм... Почему ты во...

— Почему я возбужден? Об этом я и хотел поговорить с тобой, мам. О том, почему я в последнее время очень часто возбужден.

Павел сделал шаг навстречу – я отступила назад. Мне не очень повезло, что позади меня была стена, и отступать было особо некуда.

«Что... что он хочет сделать? Почему он?..»

— Я хотел поговорить с тобой о причине моего возбуждения, Елена...

— Паш, ты... ты слишком близко... ты слишком...

Сын приблизился ко мне очень близко, так, что моя грудь уперлась в его грудь, а его член... его член коснулся моего лобка, забравшись под мой короткий халатик, который задрался, когда я неуклюже отступила назад.

«Он... он горячий... он такой горячий... — подумала я, ощутив через трусики тепло, исходящее от члена сына. — И он прижимается к... он так близко к моей киске, так близко... Я еще никогда не чувствовала такого, никогда не ощущала член своего сына так близко к своей промежности... И этот чертов халат... Я уверена, что он возбудился только из-за того, что он такой короткий, что мои ножки полностью открыты, и моя грудь тоже... Если бы я была в привычном банном халате, он бы не... не стал бы таким... таким...»

— Мне кажется, я возбуждаюсь из-за тебя, Елена.

— Чт... что?.. Из-за... из-за меня? Но... но я ведь... Паша, ты...

— Да, мам, я... мне очень стыдно говорить об этом, но я больше... я больше не могу прятать это от тебя... Я... я думал, что мне будет легче, что это пройдет со временем, но... но теперь я понимаю, что я не могу больше... Я должен сказать тебе все это, чтобы... чтобы ты знала, что я...

— Но... но, сынок, я ведь... я твоя мама, пусть и приемная... Как ты... как ты можешь чувствовать такой ко... ко мне... Я ведь... Я ведь старше тебя, я гораздо старше... И я...

«Черт, что я несу? Я должна остановить его, я должна сказать ему, а вместо этого... вместо этого я говорю какую-то чепуху о том, что я слишком стара для него, и что он не может испытывать ко мне тех чувств, о которых он говорит... Мне нужно сказать ему, что это неправильно, нужно заставить его понять, что он не может чувствовать это, что я очень зла на него из-за этого, и что... что он...»

Член Паши двигался под моим халатиком: я чувствовала, как головка его члена время от времени опускается то выше, то ниже по моему лобку. Несколько раз он доходил до самого низа, туда, где находилась моя киска, из-за чего... из-за чего я чуть было не застонала. Он также несколько раз касался своим горячим членом моих бедер и моего животика, что, естественно, не могло не сказаться на моих ощущениях.

— Паша, это неправильно... ты не должен был говорить мне всего этого, сынок, я...

— Но это так, мам... Я ничего не могу поделать с собой...

— Паша, что ты...

Обняв меня, он прижался ко мне еще сильнее, одновременно с этим, не позволяя мне уйти. Теперь я еще отчетливее почувствовала его член, который переместился с моего лобка мне между ножек, проскользнув между моими плотно сжатыми бедрами. Теперь я ощущала его своей киской, ощущала его тепло, его твердость, ощущала его возбуждение... возбуждение моего сына...

— Я думаю, ты уже замечала это раньше, мам... замечала, что я как-то странно смотрю на тебя, что я стараюсь обнимать тебя дольше и сильнее, чем раньше. В последнее время, я... я так часто обнимал тебя, чувствуя, как твоя грудь прижимается ко мне, чувствуя, как мой член... как он прижимается к тебе...

— Паша...

— И знаешь, это... это не моя вина, что я чувствую все это к тебе, что я испытываю такие... такие чувства... — рука сына начала медленно опускаться вниз, к моим ягодицам. — В этом есть и твоя вина, Елена... Причем, ее больше, чем ты думаешь...

— Что... что ты имеешь в виду?.. Я... я никогда не...

— Как я могу... как я могу сопротивляться такому невероятному телу, мам? Как я могу сопротивляться, когда я каждый день вижу такую великолепную, такую красивую и такую сексуальную женщину, как ты? Женщину, которая, к тому же, одевается так откровенно и вызывающе?..

— Ты должен... должен сопротивляться этим желанием, Паша, они... они неправильные... Ты ведь знаешь, что ты не должен... не должен возбуждаться из-за своей... из-за своей мамы... Ты ведь...

— Ты не родная мама, Елена, поэтому... поэтому, наверное, я не могу противиться всему этому... Ты приемная, и я знаю, что между нами нет кровного родства...

— Паша, ты...

— Но я все равно отношусь к тебе как к своей матери, но... но в то же время...

— Ты должен сопротивляться, сынок... Ты не можешь... не можешь возбуждаться...

— Я... я правда пытался, мам... Я пытался, пытался заставить себя не думать о тебе, но...

Рука Паши, которая уже достигла моей попки, начала несильно массировать мою ягодицу. Обхватив ее своей ладонью, он несильно сжимал ее.

— Я пытался, мам, но теперь... теперь я знаю, что больше не могу... не могу сдерживать это... Я должен... должен увидеть твое тело, мам... я должен увидеть твое восхитительное тело без одежды, должен увидеть его, прикоснуться к нему... иначе... иначе я просто сойду с ума, мам... Я сойду с ума, если не сделаю этого...

После этих слов он немного отстранился от меня, и его руки переместились к ремешку от моего халатика, которым он был подвязан.

— Что... что ты собираешься сделать, Паша? Что ты...

— Я делаю свою давнюю мечту реальностью, — ответил он, начав развязывать его и раскрывать халат. — Я просто... просто исполняю свое очень старое желание...

— Паша, я... я не думаю, что тебе стоит...

— Прости меня, мам, но я... мне очень нужно сделать это... мне очень нужно увидеть твое тело...

— Пожалуйста, сынок, ты должен... ты должен остановиться прямо сейчас... Ты зашел слишком далеко, это... это все неправильно... Ты...

К этому моменту он уже развязал мой поясок и мой халат успел открыться, обнажив почти целиком мою грудь и все остальное мое тело. Сын мог видеть мои соски, мои трусики, мой животик – он мог видеть практически всю меня. Я очень пожалела о том, что решила не надевать лифчик после того, как мы закончили с Димой, и я пошла в ванную.

— Паша... Ты...

— Я не могу, мам... Я так долго мечтал об этом, так долго ждал этого...

Он полностью снял с моего тела халатик, оставив его висеть на моих ручках. Теперь он видел все: мою большую грудь, мои красные сосочки с большими ареолами вокруг них, мое в меру стройное тело, мои черные полупрозрачные трусики-стринги – все это предстало перед его глазами.

— Ооох, мам...

«Это неправильно, это все неправильно... Почему... почему я ничего не делаю с этим, почему я позволяю ему делать такие вещи со мной? Моя грудь... он не должен был увидеть мою грудь... Он ведь мой сын, ему двадцать два года, а мне... я взрослая замужняя женщина... Даже если учесть, что мы не родные друг другу, что между нами нет кровной связи, я... я не должна позволять такому молодому парню смотреть на меня, смотреть на мое тело... Что со мной не так, черт возьми? Почему я просто продолжаю стоять, как будто... как будто все происходящее – нормально. Почему я продолжаю стоять и ничего не делаю?»

— Паша, пожалуйста... Я ведь твоя мама... я ведь твоя мама, Паш...

— Да, Елена, ты моя мама... но ты еще и доктор, и женщина... Я уверен, что ты превосходно понимаешь, что в моем возрасте у меня... у меня очень сильные сексуальные потребности и очень сильное сексуальное влечение... Ты ведь знаешь это, верно?

— Да, я знаю... я знаю, но ты должен, — произнесла я в ответ, замечая, как рука сына тянется к моей груди, — ты должен найти себе девушку, Паша... девушку твоего... твоего возраста... Ты не можешь... Мммммм...

Я приглушенно застонала, когда его рука обхватила низ моей большой груди, когда он слегка сжал ее. По всему моему телу словно бы пробежали молнии. Одновременно с этим его член продолжал прижиматься к моему лобку и моим бедрам, я продолжала чувствовать его жар своей кожей и через тонкую ткань трусиков.

«Мы делаем... мы делаем неправильные вещи, но я... я не могу остановить его... я не в силах остановить его... Я... я плохая мама... я очень плохая мама, раз не смогла приучить сына к тому, что он не может... не может трогать меня так, что он не может...»

— Мммммм...

p.s.

Если вам нравятся мои рассказы, вы можете поддержать меня на Boosty: https://boosty.to/erotales

Также, на Boosty доступны рассказы, которые еще нигде не были опубликованы, а также новые части уже опубликованных рассказов. Там же вы можете заказать рассказ по вашим фетишами и интересам. Ограничений почти нет ;)

Всем хорошего дня и приятного чтения.