Охотник снова выходит на жатву. Сегодня будни, в клуб не съездишь и нужно другое место для нахождения легкой пизденки. Поэтому пройдусь по парку и найду дырку на природе.

Стильная одежда в кэжуал стиле, дорогой парфюм, часы и пиздосканеры будут заточены на тебя сами. Они сами будут подсказывать у кого овуляция и зуд в промежности, который невозможно унять резиновыми бездушными игрушками. Тут нужен кожаный большой член, а подобное у меня как раз есть.

Иду по центральной аллее и вижу, как молоденькая девочка лет двадцати делает вид, что читает. Она заметила меня метров за пятьдесят. А метрах в двадцати я уже отчетливо видел, что она пялится на мой немного выпирающий бугорок. Он не стоит. Просто размер распирает штаны.

Милашка сидела в легком сарафанчике без лифчика, соски стояли то ли от холода (но опять же +28), то ли от вида парней иногда проходящий мимо. Подсел к ней, завел разговор о книге, которую она читает. Сто дней Содома - интересный выбор для скромняшки. Разговор длился минут пять и начал уже затухать, я понял, что нужно направлять его в нормальное здоровое русло. В таких ситуациях с просто достаю член. Конечно, находятся сучки, которые с криком "Фууу" уходят, но таких, поверьте мне, весьма мало. Большинство заворожено смотрят. В эти моменты я сам себе напоминаю заклинателя змей, только змея в моих руках, а жертва - красотка.

Выкатив на показ, то, что должно было заинтересовать ее, я увидел, что попал в цель. Она не могла оторвать взгляд. Он, пока ее даже не вставший, поразил ее. Мой красивый ровный член с парой выпирающих вен, с аккуратными яйцами был как с картинки. Я полуприказным тоном дал ей команду потрогать его. В парке никого не было, и она без лишнего стеснения погладила его, залупая головку, водила рукой туда-сюда. Он становился все больше и больше, пока не раскрыл весь свой потенциал. Двадцать сантиметров живого члена были в этих маленьких женских ручках. Не в силах больше себя сдерживать она накинулась сосать его.

Чувствовалась неопытность юного ротика. Зубки таки задевали головку, но разве можно осуждать девочку, если твой член в ее глотке. Когда было понятно, что еще минутка и девочка задохнется, я предложил ей сесть мне на колени. Трусики она стащала так ловко, что я даже заметить не успел. Засунула в книжку вместо закладки.

В мокрую щелку член вошел как по маслу, не разу не задержавшись, чтобы пизденка могла привыкнуть к размеру. Полностью насадив себя на меня, дева начала смачно меня целовать. Это было немного неожиданно, так как поцелуй все-таки достаточно интимная процедура. Но дурочка, видимо, пересмотрела романтических фильмов или девственной порнухи. В прочем, противится я не стал и поддержал игру с поцелуем.

Одним глазком я поглядывал на окружающую нас действительность. Вдалеке показалась какая-то парочка, я рукой натянул ее сарафанчик посильнее на попу, чтобы не было видно, что мы ебемся. Незваные гости пришли, вроде ничего не заметили, но как-то странно перешептывались. Благо, что мне совершенно без разницы на людей. Я шепнул ей на ушко, что все чисто, и она может попрыгать на нем совершенно безопасно. Движения тазом наполовину показывали мой член. Она то с силой, то с нежностью загоняла его в себя. Тут девочка работала как профи.

Не переставая меня целовать, она залезла под рубашку и начала сильно царапать спину. Сучка приближалась к финалу. Ее выделения давно уже намочили мои яйца, она делает все более интенсивные рывки и обмякает. Обидно, что я еще не кончил. Так это оставить я, конечно, не мог и не хотел. Самое обидное, что остановилась она в шаге от моей кульминации. Не теряя заряд, чтобы потом не долбить ее еще полчаса, я беру ее за бедра, поднимаю ее тело и роняю на себя.

Поднимаю, что видна уже головка члена, и роняю ее. Поднимаю, что член полностью покинул дырку, и роняю ее. Да, супер. Наполняю щелку до конца, сперма уже стекает на меня. Надо как-то аккуратно скинуть ее с себя. Провожу языком между грудей, поднимаюсь до середины шеи и нежно смещаюсь к правому ушку. Последний стон юной милашки ознаменовал конец интрижки. Помогаю ее пересесть с моего полуобмякшего члена на лавочку. Не дожидаясь ее признаний, что это первый раз ее жизни, что она не такая, а еще, не дай боже, что давай увидимся еще раз, я заправляю член в трусу, рубашку в штаны, целую ее в щеку. Говорю на прощание, что ее книжка сказка по сравнению с жизнью и ухожу.

Чувство выполненного долга не покидало меня. Очередная зарубка на ремне.