Часы пробили 13:00, когда член моего дорогого отца скользнул между моих половых губ, легко найдя дырочку, и начал потихоньку входить, но не успев погрузить всю свою огромную головку, уперся в мою девственность. Папа был аккуратен и не пошел на пролом, а начал двигаться, как бы стуча в закрытую дверь с просьбой, чтобы его наконец впустили.

За тот немалый опыт с игрушками, который у меня был, у меня никогда не возникало такой жажды глубокого проникновения. И хоть каждый его стук отражался небольшой болью, все тело говорило, как нуждается почувствовать его член целиком. Я уже была готова на всё и хотела взять его бедра и прижать к себе.

Моё тело трепыхалось, голова кружилась, желание и страсть пожирали меня без остатка, и каждая клеточка моего тела кричала: "НУ ТРАХНИ МЕНЯ УЖЕ СКОРЕЕ". И вот, наконец, плевя, я сдалась, и член скользнул дальше, погружая меня в доселе невиданные эмоции.

Все мои подруги уже испробовали этот запретный плод и по-разному отзывались о своем первом опыте. Кому-то он вообще не понравился, и только последующие разы начинали вызывать удовольствие, другие жаловались на дикую боль, третьи уверенно утверждали, что мастурбация лучше, а секс нужен только для манипуляции парнями, и лишь одна подруга Кристина, соблазнившая брата, говорила, что это было чудесно; вот ее эмоции совпадали с моими. Отец имел меня очень медленно и нежно, с каждым движением погружая в какой-то чудесный мир, где удовольствие, восторг и радость можно было потрогать руками. Я не знала, как я ещё не потеряла сознание. Меня буквально трясло от каждого его проникновения, начиная с того, как высунутая головка, раздвигая мои губки, медленно погружалась в узкую дырочку. Я буквально чувствовала каждую его выпуклую вену, и, скользя по ней, он доходил до конца, ознаменованного приятным касанием его лобка по моему клитору. Я не понимала, сколько раз оргазм держал меня в своих объятиях: два, три, пять, но я не могла никак насытиться, пока моё влагалище не начало сильно сокращаться. С потоком сквирта и диким стоном я наконец-то дотянулась до истинного пика и познала настоящее блаженство.

Отец тут же вышел и уже приготовился кончить мне на живот, но я, собрав последний остаток своих сил, бросилась ртом на его член. Я неплохо знала теорию, что надо убирать зубки, ласкать язычком уздечку и что чем глубже, тем приятнее, но папин агрегат никак не желал пройти мне в горло. Не знаю, хорошо ли у меня получилось или нет, но я не успела насладиться процессом, как папа начал кончать, причем так обильно, что мне пришлось выпустить его из ротика и, прижавшись к головке, высасывать его семя, подрачивая его рукой. Когда содрогания члена прекратились и я отпустила его, мой рот уже был полон спермы. Вспомнив какой-то ролик из порнографии, я продемонстрировала папе полный рот спермы и сразу же не проглотила, наслаждаясь каждым её глотком.

Отец встал и ушел в ванную, я же без сил рухнула на кровать. Отец пропадал недолго, но сразу же ушел из номера, и я поняла, что его сейчас мучают муки совести. Я поняла, что нужно его найти и успокоить, но сначала надо убрать следы преступления.

Встав и посмотрев на кровать, я увидела на одеяле явные следы хорошего секса: пятна смазки, пролившейся спермы, сквирта и крови явно свидетельствовали о том, что маме знать не следовало. Чтобы скрыть эти следы, я заменила родительское одеяло на свое, а также привела себя в порядок и пошла искать отца.

Я быстро нашла его в ближайшем баре, глядя на пустые бокалы, успевшего неплохо накинуться.

— Пап? - я села рядом. - Зачем сразу так много? - спросила я, пристально глядя ему в глаза.

— Прости. Хотя мне нет прощения, я слаб и жалок. Дочь, я действительно тебя сильно люблю, но я такой никчемный, что не справился со своими инстинктами, - он говорил сумбурно, заикаясь и явно сожалея о случившемся.

— Дурак ты, пап, - я перебила его и, взяв за руку, посмотрела в его карие глаза. - Я бы на тебя обиделась, да и в себе бы разочаровалась, если бы ты сдержался, но ты меня сделал самой счастливой, - я прям вся сияла.

— Но это неправильно, - упрямо стоял на своем отец, - такого не должно быть.

— А кто сказал, что правильно я или нет? Кто это решает, где те рамки, за которые нельзя переступать? Этот поступок не нарушил закон и не причинил никому вреда, а наоборот, сделал двух людей счастливыми. Или я не настолько хороша и неопытна, и тебе не понравилось?

— Да что ты несёшь, ты у меня самая лучшая, просто всё это как-то не...

— Постой, - перебила я его, - спрошу проще. Тебе понравилось?

— Очень, - ответил смущённо, отведя глаза отец.

— Мне тоже, и не просто понравилось, а не описать словами, какой ты меня сделал счастливой. Ты сейчас должен не грустить, а радоваться, что исполнил самое сокровенное моё желание, ведь я об этом мечтала, наверное, последние пять лет, как познала сексуальное желание. Ты смотришь со стороны каких-то норм и правил, а посмотри на это с моей стороны. У меня тоже есть желания и сексуальный голод, и я даже пробовала найти парня, который будет достойным меня, но пока не встретила. Так почему я и дальше должна страдать? И что мне делать: жить одними мастурбациями или отдать свою невинность условному первому встречному, чтобы утолить жажду? Я долго страдала этим выбором, потому что и не надеялась, что сбудется моя мечта, но теперь я как будто заново родилась, сбросив всю тяжесть этого выбора.

— Ты правда так об этом мечтала? Но почему?

— А почему ты любишь пиво больше водки? А почему твой любимый цвет зелёный? По этим же причинам я и мечтала об этом. Так давай выпьем за то, что ты осуществил самую главную мечту своей дочери, - я подняла бокал. Мы чекнулись и выпили.

Мы ещё долго сидели и болтали, и, по-видимому, я смогла убедить отца, что случившееся - это не ошибка. Он даже коснулся темы нашего секса, поинтересовавшись, не было ли мне больно, и рассказав, что таких узеньких у него никогда не было.

Произошедшее даже сделало нас ещё ближе, и папа открыто делился своим опытом, рассказывая о позах и орально-анальных ласках. Из его слов было понятно, что он обожает анал, но ввиду обстоятельств, что к нему долго готовятся, да и папин размер чаще приносит больше боли, чем удовольствия, мама редко соглашается на это.

Конечно же, мы договорились, что мама ничего не узнает, а если вдруг, то спишем потерю моей девственности на парня, который ухлестывал за мной, и мы действительно нередко зависали в своем. Только я в нём видела только друга и возможность скоротать время, когда родители уединялись, тогда как он рассчитывал на курортный роман.

Так мы и просидели в баре до ужина, наслаждаясь разговором, вином и лёгкой закуской. Я пыталась намеками затащить папу обратно в номер, но он то ли не понимал намеков, то ли не хотел их понимать. Но хоть и время безжалостно пожирало срок, отведённый нам без мамы, давить на него не хотелось, тем более он только успокоился от душевных терзаний.

До возвращения мамы остался примерно час, когда мы наконец встали и пошли в номер. Отцу надо было срочно сесть за ноут и ответить по работе, поэтому я особо не надеялась на что-то сегодня, но меня волновало, что при наших разговорах я так и не смогла понять, согласится ли он и дальше на подобные шалости. Мы зашли в номер, и он тут же сел за компьютер, я же пошла к себе и одела на себя самое эротичное белье, мне была интересна его реакция, мне нужен был ответ. Взяв бутылку колы из бара, я улеглась на кровать напротив отца и стала ждать. Спустя пять минут, закрыв крышку ноутбука, я увидела его карие глаза. Наверное, впервые я не понимала, какие эмоции он испытывает.

— Ну что? - не выдержав, я первой нарушила тишину. - Неужели не нравится?

— Ох, - тяжело вздохнул отец, - да как такая прелесть может не нравиться? Просто мать может вернуться в любой момент, тебе лучше одеться.

— Хорошо, - сказала я, встав и подойдя к нему вплотную, - но знай, я от тебя не отстану. Я наклонилась и поднесла свои губы к его.

Было забавно видеть отца, всегда серьезного, уверенного в себе мужчину, таким робким. Его буквально приходилось толкать, и пока мой язычок не открыл его ротик, пока я не взяла его руки и не положила на свое тело, он бездействовал. Но, получив разрешение, он начал со страстью впиваться в меня, исследуя каждый миллиметр моего тела, особое внимание уделяя груди и попе, вновь унося меня в мир блаженства.Я опять истекала смазкой, голова затуманилась, и мысли были только лишь о том, как на него наброситься, как отец резко встал и выпустил меня из своих ласковых объятий и поцелуев.

— Хватит, как-нибудь в другой раз, - хладнокровно, но разумно сказал он. - Иди к себе в комнату.

Закрывая за собой дверь, я услышала, как в номер вошла мать, и подумала, что ещё чуть-чуть, и мы бы попались, но тот риск стоил своих свеч, ведь я услышала "как-нибудь в другой раз", а значит, он согласен продолжать...

Продолжение следует.