Меня зовут Джейкоб Карр. Мне 23, и я живу в подвале у родителей.

Дверь моей спальни с грохотом распахнулась. Я вздрогнул, чуть не выронил мышь, и мой стилус оставил жирный некрасивый след на фотографии, над которой я работал. Боже, как же я это ненавижу — помните это состояние полной сосредоточенности? Оно просто разлетается в клочья, когда кто-то тебя выдергивает. И я всегда при этом издаю противный писк. Один мой друг даже записал его на диктофон — для шантажа.

Поблагодарив Бога за функцию «отменить», я отшвырнул графический планшет и резко развернулся в кресле.

— Какого чёрта ты со мной сделал?! — прошипела Шантель, захлопнув за собой дверь.

Шантель, за те два года, что я её знал, была бледной, высокой, стройной и предпочитала очки без диоптрий и пиджаки в стиле преппи. Её волосы были каштановыми, до плеч, а губы — чуть тонковаты. Она любила неяркую или тёмную помаду и густую подводку для глаз.

Она повернулась ко мне, но слегка потеряла равновесие и ухватилась за ручку двери. На ней было шелковое розовое ночное платье чуть ниже колен. Серый халат поверх был накинут наспех и уже распахнулся.

Я выдержал паузу, чтобы не усмехнуться. — Что? — спросил я, делая вид, что шокирован. — В чём дело?

Она буквально зарычала на меня. Я и не думал, что в ней столько страсти. — Как будто ты не знаешь, мелкий ублюдок! Взгляни на это!

Она откинула халат и схватила себя за грудь. Её сиськи были огромными, выпирающими из-под ночнушки, будто готовыми вырваться наружу. Они торчали вперёд, идеально округлые, контрастируя с её узкой фигурой. Соски отчётливо проступали сквозь тонкий шёлк. Порнозвезда могла бы построить на таких сиськах всю карьеру.

— Взгляни на этот абсурд! — прошипела она, всё ещё сжимая их. — О чём ты, чёрт возьми, думал?!

Я не спеша рассмотрел их. Эй, сама настояла. Затем развёл руками с невинным видом. — Но ты же сказала, что хочешь их улучшить.

— Я хотела увеличить на полразмера, придурок! Небольшой рост! А не пару дынь, которые можно использовать как спасательные жилеты!

Я пожал плечами. — Я думал, девушки любят большие сиськи.

Вены на её лбу набухли. — Не ценой того, чтобы выглядеть как туповатая шлюха, неандерталец. Ты хоть представляешь, что подумают мои друзья, если я вернусь в колледж такой? — Её руки дрожали при одной мысли об этом. — Верни всё как было, Джейк, — сквозь зубы процедила она. — Прямо. Сейчас.

Я легко пожал плечами. — Ладно, могу это сделать.

Я повернулся к своему скромному рабочему месту. Два 24-дюймовых 4K-монитора сверкали передо мной во всей красе. Я чуть не кончил, просто глядя на них. Быстро набрав команду, я запустил программу: Photoshop Omega.

Окно входа выглядело похоже на стандартный Adobe Photoshop, но внимательный глаз заметил бы отличия: шрифт, тени, цветовая гамма — всё было слегка не таким.

Следующие несколько секунд я вводил пароль. Это был самый сложный и случайный набор символов, который я когда-либо запоминал. Следующее окно содержало знакомые инструменты, но также и новые, странные. Там же был список недавних файлов. Я открыл папку Chantell_Williams.

Она делилась на подпапки. Первая — Chantell_Williams_backup. Я открыл её, перетащив на правый экран. Там были фотографии Шантель, в основном с её Facebook и Instagram. Это была та самая Шантель, которую я знал последние два года — моя сводная сестра во всей её долговязой, препи-красоте, с лёгкими прыщиками и фальшивой улыбкой.

— Ну, какую версию тебе вернуть? — спросил я, пролистывая фото. — Ту, где тебе пятнадцать и ещё в брекетах? Или вот эту? — Я открыл групповое фото, где у неё было небольшое высыпание на лице.

— Нет, нет, нет! — сквозь зубы прошипела она. — Мне не нужно снова выглядеть как подросток, спасибо. Просто открой ту фотографию, с которой ты начал редактирование.

— О, ну ладно, — улыбнулся я. Притворившись, что ищу, я пробормотал: — Хм, не вижу её здесь. Наверное, она в папке с черновиками.

Я открыл следующую папку — Chantell_Williams_mockups, быстро пролистывая фото, чтобы она не успела разглядеть мои... интересные эксперименты. — А, вот она. Ты точно не хочешь попробовать что-то из этого? Я сделал несколько вариантов. Ты была не очень конкретна в своих пожеланиях.

— Я была вполне конкретна, кретин, ты просто переборщил—

— Ну, например, вот это? — перебил я, выдвигая на центральный экран коллаж. — Думаю, этот вариант тебе понравится.

Шантель уставилась. Её глаза округлились, рот открылся. — Что... ты... маленький уёбок, даже не смей—

— Давай попробуем, а? — оскалился я. Я сделал копию, переименовал её в Chantell_Williams_reality.PNG и экспортировал в третью папку: Chantell_Williams_Now.

— О, Боже, нет! — начала она, но вдруг замолчала.

Изменения накрыли её волной. Её бледная кожа потемнела до золотистого загара. Каштановые волосы вдруг стали платиново-белыми, ниспадая до талии богини. Она выросла на пару сантиметров — часть за счёт ног, часть за счёт торса, а низ ночнушки внезапно стал тесным, когда её попа превратилась из обычной в карамельно-попсовую. На левой руке появилась татуировка с иероглифами, а губы стали чуть полнее. Даже мелкие недостатки, которые я оставил в прошлый раз (чтобы она хоть немного выглядела как человек), исчезли, превратив её лицо в идеально ровную маску, какую можно получить только за большие деньги.

Она уставилась на себя, воплощённую эротическую фантазию. — О мой... — начала она, но затем рука потянулась ко рту.

— О, ты, наверное, ещё не привыкла к пирсингу языка, — заметил я беспечно. — Говорят, нужно время, чтобы нормально разговаривать. А ещё я добавил пирсинг на сиськи, пупок и милую блёстку на носу. — Я наклонился к ней, притворно-заговорщическим тоном добавив: — Пирсинг в писечке мне не нравится. Кажется, это плохая идея.

Шантель открывала и закрывала рот. Её лицо потемнело, грудь вздымалась. Когда она наконец смогла говорить, то выдавила: — Ты. Гребанный. Ублюдок. Что, блядь, ты себе позволяешь?! Если это твоя больная шутка, то ты самый отвратительный мразь на свете. Немедленно верни меня в нормальное состояние!

Я сделал вид, что удивлён. — То есть тебе не нравится новый образ? Странно. Наверное, я неправильно понял твой запрос. — Мой тон внезапно стал жёстким. — Должно быть, я начал тебя плохо слышать как раз тогда, когда подслушал, как ты с Шэрон планируешь развести моего отца. — Моя челюсть сжалась. — Так что, какой вариант вы выбрали? Позвонить на его работу и обвинить в дискриминации, чтобы его уволили? Или напоить, когда одна из подруг Шэрон в гостях, и подкупить её, чтобы она его трахнула?

Шантель замерла. С её новым загаром было сложно сказать, но, кажется, она побледнела. Она открыла рот, заколебалась, переминаясь с ноги на ногу. — Я... мы... — попыталась она, затем прочистила горло. — Это было просто... ну, болтовня. Выпускали пар. Мы не серьёзно. Моя мама просто немного поныла про твоего отца, ну, девичьи разговоры.

Я долго смотрел на неё. Затем внезапно улыбнулся. — О, вот как? Ну, тогда ладно. В таком случае, могу забыть об этом. Так о чём мы? Ах да, о возвращении тебя в нормальное состояние. Думаю, могу это сделать, если хочешь. Или оставить тебя такой и посмотреть, что будет. Мне кажется, это могло бы быть забавно.

Её лицо потемнело. — Если ты не сделаешь это, я расскажу—

— Кому именно? — поднял бровь я. — Твоей маме? Она тебя даже не узнает. Даже если убедишь её, что это ты, она затащит тебя к психологу из-за «обсессии с имиджем тела», которая заставила тебя сделать кучу пластики. Или полиции? Что ты им скажешь? «Мой сводный брат использует волшебный фотошоп, который превратил меня в супер-шлюху»? — Я коротко рассмеялся. — И ты думаешь, они тебе поверят?

Она стояла, уставившись на меня, с шокированным выражением на своём идеальном, сверхъестественно сексуальном лице. Её глаза метнулись к моему компьютеру.

— Удачи, — сказал я, блокируя его комбинацией клавиш. — Даже если бы ты каким-то чудом угадала мой пароль (что в этой жизни не случится), я видел, как ты работаешь с компьютерами. Ты случайно навредишь себе больше, чем я нарочно.

Её рот закрылся, губы плотно сжались. — И что? Что ты хочешь? Что мне нужно сделать, чтобы ты вернул меня обратно?

Я сделал вид, что раздумываю. — Знаешь что, — сказал я, указывая на неё. — Я верну тебя в норму. Чёрт, могу сделать тебя любой, какой захочешь. Но сначала ты сделаешь кое-что для меня. — Я медленно оглядел её с ног до головы.

Она сверкнула глазами. — То есть трахнуть тебя, да? Вот к чему всё это вело. Ты хочешь, чтобы я переспала с тобой в этом шлюшьем теле, в которое ты меня превратил.

Я развёл руками. — Ну, не заставляю. Можешь остаться такой — для меня не проблема. Ну серьёзно, не худший вариант — выглядеть как порнозвезда. Могла бы стать женой-украшением для какого-нибудь богача. Или пойти в порно — у тебя как раз подходящий актёрский уровень.

— Иди ты! — выдохнула она.

— В этом и смысл.

Она показала мне средний палец, но в этом теле это выглядело ещё горячее. Я лишь ухмыльнулся. Она зарычала, зашагала туда-сюда, её огромные упругие груди покачивались. Затем остановилась и повернулась ко мне.

— Ладно, мудак. Ладно. Знаешь что? Если ты можешь с этим жить — пожалуйста. — Она сбросила халат, оставшись в невероятно обтягивающем ночном платье. — Давай покончим с этим. Вытаскивай свой крошечный член, и— Охуеть!

Пока она говорила, я встал и спустил штаны. Мой новый член вывалился во всей красе. Она уставилась на него, и, кажется, была действительно впечатлена. А если у неё был хоть какой-то опыт (а я думал, что был), то она видела достаточно экземпляров для сравнения.

Я улыбнулся.