Сегодня гуляю на всю катушку, уже сшила голубенький сарафанчик с беленьким пушком по краям, чепчик с беленькой звездой на лбу, в общем – от настоящей снегурочки не отличишь, вот только таю по другой причине. Пойду по всем своим друзьям: поздравлю – поздравят, пожелаю – пожелают, отметим – и проводим и встретим – все как полагается, может и Деда Мороза где – нибудь найду. Купила бутылочку шампанского, конфет сосательных и нет, которые тают во рту а не в руках, и пошла.

Сначала решила зайти к своей подруге детства. Мы с ней до сих пор пока не. ... с мужиками. Может вместе на поиски пойдем, должно же чудо произойти, новогодняя ночь как – никак.

Палец на пипочку, на ротик улыбочку и жду... Тишина. Спит, что – ли. Я к соседке, у них пирушка в самом разгаре. Тетушка, румяная такая, выглядывает, а я спрашиваю: "Где соседка ваша?". А та: " Ой, милочка, увезли ее в больницу, в 3 – ю городскую, что в переулке Уросова, что – то по женски у нее, вот не повезло – то, бедненькой, в такой – то день... ". "Ладно, – говорю, – спасибо за информацию", – и пошла. От праздничного настроения и следа не осталось. Угораздило же ее, вот к чему приводит жизнь без мужчины, писька – и та в трансе.

Не бросать же подругу – пойду, составлю ей компанию. Заехала домой, взяла белый халат с тапочками – и в больницу. Подхожу к окнам отделения и кричу: "Светка! Черникова!" Смотрю из окна третьго этажа Светка сигналит, мол, давай в обход, через подвал, я встречу. Я к подвалу, дверь открыта, а там какие – то мужики неопределенной профессии – не то сантехники, не то электрики. За работой я их не видела. Я вхожу, сапоги меняю на тапочки, надеваю халатик, пальто за спину и вперед. Мужики проводили меня взглядом, будто так и надо, и дальше принялись за дело – принимать на душу. А за углом уже Светка ждет, ну мы и отправились в палату. По дороге, если встречались врачи, мы останавливались, и я как медсестра пациентке говорила:

– Анализы сдадите с утра и укольчик витамина В в ягодичную мышцу..

Никто из медперсонала нас не раскусил, не до нас им, наверное, было, а вот больные от нечего делать решили проследить за нами, да и рассекретили в два счета. Шли мы по мужскому отделению ( у нас совсем другой вход), в пакетике моем явно вырисовывались очертания бутылочки, да и колпачка на голове не хватало. Нам оставалось 5 метров до заветной двери и тут нас под руки подхватили, и не прямо, а влево препроводили, только и услышали мы за спиной глухой стук закрывающейся двери и грохот двух притараненных тумбочек. Все, думаю, сейчас из нас что – то сделают. Благо, что дверь подперли: желающих – то много. И на том спасибо, с двумя каждая из нас справится. Вот оно чудо – то и совершилось, то ни одного, то сразу двое, а тебе, Дедушка Мороз, особая благодарность за подарочки, выпросила на свою голову.

А парнишки – то ничего, и больными их трудно назвать, вон какой румянец на щеках разыгрался. А они: "Да вы не бойтесь, девчонки, больно не будет, а впечатлений на весь год хватит. " "Угу" – говорю, а сама на Светку смотрю. А она, как кролик на удавов, на них уставилась, ну, думаю, сейчас закричит. Тут какой – то подошел к ней и говорит: – "Лучше не кричи, а расслабься и получи удовольствие". Я думала Светка в обморок рухнет, глаза округлились и заблестели. Ну вот, она плакать теперь вздумала, а ей радоваться бы надо. "Чего переживаешь – то, все равно живой отпустят". Ну после таких утешений грех разреветься, вот она и воспрянула духом и слегка улыбнулась.

Тут к ней подходят двое и к кроватям ведут, сдвинутым вместе, – садят, а меня напротив, не на стул, естественно, а тоже на ложе. Парнишки шампанское открыли, по железным кружкам разлили, и мы все выпили "За встречу!" В голове закружились мысли, одна другую обгоняет, как снежинки, пытаются соорудить снежный комок смысла, разума и логики, на его нет – положение абсурдное. Ладно, потечем по течению.

Смотрю, Светку раздели, положили, а руки привязали к спинке кровати бинтами, видно накануне с медсестрой забавлялись. Светка не сопротивляется, решила по совету действовать. Один на нее сверху сел, как кобылу оседлал, целует в губы, в шейку, на ушко что – то шепчет. Света уже стонет, и не от боли – это уж точно. А он расстегивает ширинку и выплюхивает ее содержимое ей на грудь. И у не на глазах эта бесформенная кашица, с легкими подрагиваниями, вырисовывается в могучий образ эрегированного фаллоса. И тут он начинает свой танец, кружась как мотылек над бутоном ее соска. И тыкнется и подденет, и повозит, благо, что дорожка уже скользит без излишнего трения. Я смотрю и мне хочется, но никто не подходит, все смотрят на любовные игры нашей парочки.

Светка облизывает пересохшие губы и парень воспринимает это как призыв. Ножичком он обрезает бинты и перемещает свое орудие наслаждений ко рту Светки. Но она не сразу его приняла, а, взяв в обе руки и высунув язычок, начала аппетитно облизывать предложеный "пломбир", щекоча острым кончиком. Но долго не выдержав, открыла рот и впустила заждавшегося и разгоряченного петушка освежиться. И послышались сосущие и чвакающие звуки. А тем временем еще один пристроился у Светки между ног и начал своим языком раздвигать ей лепестки ее розочки, пробуя ее на вкус, а затем облизывать и посасывать бутончик чуть выше. Далее его язык принялся исследовать сам стебель, его толщину и глубину. И оттуда тоже стали издаваться различные неприличные звуки.

Я бы на месте Светки уже скончалась от оргазмов, но не знаю, как она, может, уже и без сознания. Смотрю, парни покидают свои облюбованные места, и тот, что находился между ног, перемещается ко рту Светки, а другой медленно всовывает свой пестик в Светкин стебелек. А она с таким остервенением принялась за новое блюдо ( теперь "эскимо"), что я думала, она откусит его в порыве страсти и не заметит.

Вижу мои два друга осмелели, видимо опыта набирались, и один подходит ко мне. А другой не спешит что – то, ладно, думаю, мне еще и этого хватит. И начали мы с парнем раздеваться друг против друга. Я расстегиваю его рубашку, а он мою блузку. Снимаем и бросаем на пол. Он расстегивает застежку и аккуратно снимает мою принадлежность. Смотрит на мои торчащие сосочки и начинает их возбуждать еще больше, щипая, оттягивая, крутя и перекатывая их между двумя пальцами. Я, тем временем, дрожащими руками расстегиваю его ширинку, проникаю своими прохладными пальчиками ему в плавки и ласкаю его член, водя большим пальцем по его головке. Тот дрожит и увеличивается под моей рукой. Парень снимает с меня юбку, колготки и трусики подцепив это все сразу. Я переступаю через эту "груду тряпья" и снимаю его последние облачения, и мы ложимся на кровать.

А тот парнишка, что мне показался стеснительным, берет в углу видеокамеру и к нам – оказывается, она снимала все с самого начала, да только мы ее не замечали. Паренек, чтобы вникнуть во все подробности, решил переместить ее поближе. Мне как – то стало неуютно, в роли порнозвезды я еще не выступала, и я начала брыкаться и дергаться. А Светке все нипочем, лежит да млеет. Ей уже и в попку головкой члена тыкают, смотрю мелькает только между ног, а она и довольна – везде ей пощекотали. Мой товарищ шепчет:" Да ничего страшного мы эту кассету вам же и отдадим, может, вспомните нас потом добрым словом". Благодетели чертовы, ладно, говорю, и успокаиваюсь.

А мой друг теперь стал целовать мою грудь, после откинулся на спину и лежит, наверное ждет чего – то. Хорошо, я не из глупых, поняла и устроилась чуть ниже пояса, а свою киску ему подставила под язычок. Минет получился на славу, как на скачках, кто быстрее кончит. Держались мы недолго и к финишу пришли минут через пять.

Оператор наш покружился возле Светки, да возле нас и поставил камеру обратно, да ко мне присоединился. Пока первый меня трахал, я номеру два облизала писечку так, что он кончил мне на грудь. А потом и первый кончил. Мы выпили за успешное проведение операции, восстановили силы – и снова в бой. Мой второй пристроился у меня возле попы и аккуратненько и не спеша стал просовываться туда мелкими тычками, другой поджидал очереди, лаская мою грудь... Затем они менялись местами – кончали и снова начинали. Сколько раз кончила я – не помню, с высшей математикой у меня всегда было плохо. Мы всю ночь занимались любовью, менялись партнерами, менялись и позами, короче, вечер прошел незабываемо.

После мы сели за стол и выпили "за знакомство". Шампанского у них было немало, а к нему и конфеты, и шоколадок плиток пять, и яблоки с грушами появились.

Наевшись, напившись, а главное – налюбившись, мы стали собираться. А парни вытащили кассету и протягивают ее нам. О – о, я уже и забыла про нее, а они:"Вы только принесите показать", – и адресок нам дали. С тем мы и ушли. Когда Светку выписали, посмотрели мы кассету – зрелище впечатляющее, похлеще всех увиденных порнух. Вот только показывать мы ее не понесли, стыдно как – то.

С тех пор много времени прошло. В больницу попадать ни Светке, ни мне, слава Богу, больше не приходилось, только в роддоме побывала, но там коридоры безопасные. Мы замужем и часто вспоминаем тот случай. А кассету ту мы похоронили со всеми почестями, как полагается, вместе с холостяцкой жизнью.