![]() |
![]() ![]() ![]() |
|
|
Почти идеальное пробуждение. Главы 56-61 Автор:
ЛюбительКлубнички
Дата:
19 июля 2024
Глава 56. Папа получает лучший подарок на день рождения На следующий день после того, как она впервые занялась любовью со своим отцом, Бет, обнаженная, ждала его в пустой кабинке рядом с Блейзом. Она не собиралась давать своему похотливому папаше шанс отступить. Когда Уэйн нашел Бет, она размахивала голой задницей перед его глазами. Широко раздвинув свои вагинальные губки, ее розовое, влажное отверстие уже манило его. Бет заржала, как кобыла в течке. Ее покачивающиеся груди колыхались под ней. Все опасения, которые были у Уэйна, улетучились сразу же, как только он увидел эту готовую, податливую и похотливую молодую кобылку. Уэйн возбудился еще до того, как добрался до нее. Ни один из любовников не произнес ни слова. Уэйн сбросил джинсы и оседлал юную богиню, которая приглашала его погрузить возбужденный член в ее сладкое тело. Поиграв с собой в ожидании своего нового любовника, Бет была мокрой и готовой к скачке. Несмотря на его намерение не торопиться и продлить их соитие, шок от необузданной чувственности, представшей перед ним (в сочетании с сотнями раз, когда он заново переживал невероятный секс прошлой ночи), заставил его кончить в глубины своей сексуальной дочери раньше, чем ему хотелось бы. Как только Бет почувствовала, как горячая сперма хлынула в ее лоно, она кончила вместе со своим отцом. Бет нравилось, как он заливал ее спермой. Пока что он, казалось, мог доставить ей больше удовольствия, чем любой из ее молодых любовников. Она протянула руку между ног, чтобы поймать горячую струю, которая вытекала из нее, и втереть теплую слизь в свой клитор. Уэйн знал, что пути назад уже нет. Он не упустил бы ни одной возможности заняться любовью с красавицей Бет, пока она была доступна. Внезапно мысль о том, что она уедет учиться в колледж или выйдет замуж, показалась ему еще более невыносимой. Стараясь оставаться в настоящем, он отбросил мысли о будущем и сосредоточился на теплом прикосновении ее влагалища к его слабеющей эрекции, продолжая скользить туда-сюда между ее упругими ягодицами. В тот момент, когда Уэйн был слишком слаб, чтобы продолжать трахать ее, Бет развернулась на 180 градусов, чтобы удовлетворить свое непреодолимое желание высосать его член дочиста. Втайне она надеялась снова возбудить его, чтобы успеть к очередному быстрому сексу, прежде чем им придется вернуться. Боже, благослови похотливых женщин! На самом деле, они вели что-то вроде беседы во время оральных ласк и прелюдии к ним. Бет задавала вопросы или отвечала на вопросы, касающиеся его пробуждающегося пениса. Уэйн задавал вопросы или отвечал, но не обязательно в обычном разговорном тоне. ***************** За следующие десять дней у Уэйна с Бет было больше отличного секса, чем за последние десять лет совместной жизни. Одно из неиспользуемых стойл в скромной конюшне содержалось в идеальной чистоте и было устлано толстым слоем свежей стружки, а в углу они сложили сено из нескольких сломанных тюков. Постелите пару лошадиных одеял на эту кучу сена, и у вас получится довольно уютная постель. Было нетрудно держать его жену в неведении. Мардж ухаживала за домом и садом, но никогда не заходила в хозяйственные постройки. Если Бет и Уэйн уходили по хозяйству на 10-15 минут раньше, а возвращались на 5-10 минут позже, это всегда оставалось незамеченным, если только они не опаздывали на ужин. Вскоре они поделились некоторыми своими интимными секретами. Вскоре Бет начала понимать, насколько сильно ее мать сексуально пренебрегала ее отцом, и поэтому он все время был таким возбужденным. Уэйн узнал, что обе его дочери теперь ведут активную половую жизнь, но не в полной мере. Они с Бет заключили своего рода сделку: Уэйн не будет часто "подглядывать", а Бет позаботится о том, чтобы он был счастлив. Бет пообещала со временем рассказать ему больше, но пока она предпочитала хранить некоторые секреты. На десятый день после их первого сексуального контакта у Уэйна был день рождения. Бет пообещала ему один или два совершенно особенных подарка. Он рано принял душ, а затем отправился в конюшню на полчаса раньше обычного. Увидев его, Бет просияла и закричала: - С днем рождения, папочка! - Бет подбежала к нему, чтобы обнять и поцеловать. Взяв его за правую руку, она повела его в центр маленького сарая. - Папочка, ты готов к своему первому подарку? Хотя он и не знал, что получит, он чертовски хорошо знал, что хочет этого. - Я думаю, что я вполне готов, милая. — Отлично, тогда закрой глаза и доверься мне! - Ухмыляясь, как шут, Уэйн сделал, как его просили. Вскоре он почувствовал, что ему надевают повязку на глаза. - Теперь не снимай ее, пока я не скажу снять. Мы собираемся поиграть в игру, и тебе это понравится. Сказав это, он почувствовал, как Бет завела его в чистое стойло. Он был уверен в этом по звуку задвижки и шороху стружек. Мягкие руки остановили его. Сначала он снова услышал слабый шорох стружки, затем голос Бет прямо перед ним произнес: - Сначала тебе нужно развернуть свой подарок, - и нежные пальцы потянули его руки к пуговицам блузки, лежащей перед ним. Он двигался довольно медленно, не потому, что не был нетерпелив и возбужден, а потому, что не мог видеть, что происходит, и это заставляло его не торопиться. В конце концов пуговицы были расстегнуты, и блузка слетела с тела. Уэйн не смог удержаться и погладил нежные соски, которые он обнаружил сквозь мягкие бесшовные чашечки. Наконец ему удалось снять атласный лифчик. Прежде чем опуститься ниже, он пару минут наслаждался, играя с теплой, податливой плотью обеих обнаженных грудей. К сожалению, он не успел разглядеть, как застегиваются ее джинсы, но вскоре обнаружил, что это всего лишь простая застежка-молния спереди, как на мужских брюках. Мгновение спустя джинсы полетели на пол. Он уже всерьез увлекся тактильными ощущениями, которые испытывал, когда ласкал свою дочь, не имея возможности видеть ее. Еще пару минут они потратили на то, чтобы потереть ее попку, а затем поласкать набухшую киску дочери через трусики. Ее нижнее белье вскоре полностью промокло в промежности. Он приспустил трусики, чтобы наконец почувствовать ее бритые губы. Когда он почувствовал, что ее ноги раздвинуты, чтобы он мог получить полный доступ к ее киске, Уэйн застонал от бурлящего возбуждения, растущего в его теле. — Я бы хотела, чтобы ты засунул свой средний палец как можно глубже, - пробормотала Бет. Скользкое влагалище было готово настолько, насколько это вообще возможно. Его палец скользнул внутрь. Воздух наполнился двумя громкими вздохами. Невидимые пальцы расстегнули его ремень, затем молнию. Когда его штаны упали до колен, две руки засуетились у него между ног. Одна приподняла его яйца, а другая погладила его уже бушующую эрекцию. Изящные пальчики размазали прозрачную жидкость, сочащуюся из его щели, по всей головке, затем движение возобновилось. Вскоре бедра Уэйна задвигались взад и вперед, подчиняясь естественному ритму секса. Одна рука продолжала поглаживать его член, но другая переместилась на плечо, надавливая вниз, давая ему сигнал согнуть колени. Это было немного неловко, но, положив другую руку на ее упругую попку, он сохранил равновесие, слегка согнув колени. Уэйн почувствовал, как его пенис проникает в ее горячую щель, поэтому он убрал палец, решив вместо этого обхватить ее ягодицы обеими руками. Его головка терлась о ее входное отверстие, но направляющая рука помешала ему протолкнуть ее внутрь. Как раз в тот момент, когда он собирался попросить разрешения проникнуть в нее, Бет сказала: - С днем рождения, папочка. Я сначала сниму повязку с глаз, чтобы ты мог в полной мере насладиться своим подарком. Когда повязку сняли, Уэйн открыл глаза, затем моргнул, затем моргнул еще раз. Он застыл, ошеломленный, когда увидел улыбающееся лицо Линн. - С днем рождения, папочка. - промурлыкала Линн, насаживаясь на пульсирующий пенис своего отца. У Уэйна отвисла челюсть. Линн притянула его лицо к себе, чтобы запечатлеть глубокий французский поцелуй, когда его возбужденный член погрузился в ее тело. Линн запрыгнула к нему в объятия и обхватила его ногами за талию. Когда Уэйн выпрямил ноги, Линн оседлала его член так, словно завтрашний день никогда не наступит. Почти сразу же Линн начала кончать. Она почти достигла оргазма, когда его руки впервые коснулись ее грудей, а затем еще раз, когда он впервые коснулся ее клитора, прикрытого трусиками. Она действительно испытала небольшой оргазм, когда его палец впервые вошел в нее. Уэйн задавался вопросом, каково это - трахнуть Линн, задолго до того, как впервые задумался о Бет. После волнующей прелюдии он внезапно обнаружил, что его член глубоко внутри его первенца, и это было больше, чем могли вынести его разум и тело. Уэйн кончил. Он кончал долго. Он кончил жестко. Он вошел глубоко. Его яички излились в девушку мечты, и его пенис скользнул в ее бьющееся в конвульсиях лоно. Их бедра соприкоснулись, когда годы совместных фантазий дали волю чувствам. Двое новоиспеченных любовников обнаружили, что тело, на которое они часто мастурбировали, оказалось даже более возбуждающим, чем они себе представляли. Следующие несколько минут ими владело вожделение. На самом деле Линн обмякла перед Уэйном. Семейный фермер оставался довольно твердым, а его член продолжал проникать в повзрослевшую девушку, которую он не так давно относил в постель после того, как она засыпала в общей комнате. Бет, уже давно раздетая, лежала на "кровати", раздвинув ноги, и безумно ласкала свой клитор. Прижимая Линн к себе, Уэйн тщательно исследовал ее тело, одновременно трахая ее великолепные формы. Когда он увидел, как Бет мастурбирует в первый раз, его эрекция стала еще сильнее, чем когда-либо. Бет довольно далеко продвинулась в своих поисках буквы "О". Ее голос был хриплым, когда она сказала: - Папочка, когда ты будешь готов ко второму подарку, положи Линн рядом со мной. Уэйну весь мир казался немного сюрреалистичным. Он не мог представить, что еще задумала Бет. Несмотря на эмоциональное опьянение, Уэйн молча подошел к Бет. Он держал Линн так долго, как только мог, и каждый шаг заставлял его член выскальзывать из его драгоценной ноши. Наконец, он неохотно снял Линн со своего удовлетворенного члена и положил Линн рядом с собой, куда указала Бет. Бет что-то прошептала Линн на ухо. Неуверенно кивая головой, Линн приподнялась на локте, затем открыла глаза и посмотрела в лицо отцу. Улыбаясь, как чеширский кот, Бет промурлыкала: - Папочка, хочешь посмотреть, как целуются две девочки? Мне очень нужно кончить после того, как я увидела, как ты так мило трахаешь мою сестру. Уэйна однажды лягнула в голову лошадь, и он почувствовал себя точно так же, как в тот момент. — Боже милостивый, да, милая. Мне так хотелось это увидеть, что я не могу тебе передать. Бет похлопала по одеялу рядом с ними. Как только он сел, Линн придвинулась, чтобы полакомиться киской сестры. Широко раздвинув ноги, Бет закатила глаза, когда язык Линн проник в ее чувствительную плоть. Откинувшись назад, Бет исказила лицо от сильного удовольствия. - Папочка, я так близко. Теплый язычок Линн вот-вот заставит меня кончить. Поцелуй меня, пожалуйста, пока я кончаю. - Как только она раскрыла объятия, Уэйн упал в них. Когда ее охватил оргазм, Бет погрузила свой язык ему в рот. Уэйну было ужасно интересно ощущать, как ее юное тело извивается под ним, когда он частично лежал на ней. Осознание того, что прекрасная Линн ест свою сексуальную сестру, превращало его мысли в кашу. Бет кончала очень долго, и все это время он играл с ее чудесными длинными сосками. Теперь он понял, почему соски, с которыми он играл, пока ему завязывали глаза, казались короче и толще. Несмотря на то, что девушки были похожи друг на друга, его восхищенные пальцы различали едва заметные различия. Когда Бет, наконец, немного пришла в себя, она закончила сеанс поцелуев. — Папочка, сядь поудобнее и наслаждайся представлением, которое мы для тебя запланировали. Мы хотим, чтобы ты внимательно посмотрел на все, что тебе понравится, ведь сегодня твой день рождения. После того, как мы достаточно тебя развлечем, ты сможешь вставить свой прекрасный пенис в нас обоих. Если у тебя получится, я бы хотела на этот раз почувствовать, как твоя сперма выстреливает в меня. Когда Уэйн наклонился, Линн тут же закинула ногу на лицо Бет, чтобы прижаться к ее открытому рту своей киской. Сестры устроили своему "имениннику" шоу стоимостью в миллион долларов. Они кончали громко и часто. Уэйн оперся на локоть, откуда он мог видеть каждую деталь того, как Бет погружается в бритую киску Линн. Немного подвинувшись, он смог видеть, слышать и обонять все, что происходило, когда Линн ела свою младшую сестру. Протянув руку, чтобы погладить покачивающиеся соски Линн, его тело сильно отреагировало на ее подрагивающие молочные железы. Каждый раз, когда он хватался за сосок, его член подпрыгивал или пульсировал. Представление было великолепным. Вскоре Уэйн и сам начал выделяться. Его член так и просился войти в нежную молодую киску, поэтому Уэйн переместился за спину Линн. Вульва Линн уже была широко раскрыта, и ее розовое отверстие смотрело на Уэйна, маня его проникнуть в нее. Уэйн оседлал милую маленькую кобылку одним уверенным толчком. Линн издала громкое "Ооооооооооооо!", когда почувствовала, как в нее вонзился полностью набухший пенис ее отца. Сначала его бедра двигались как отбойный молоток, но Уэйн замедлил свои движения до очень медленного, даже беспорядочного темпа, когда понял, что кончит слишком рано, если не будет бороться за контроль. Чтобы его пенис вращался внутри Линн, Уэйн двигал бедрами круговыми движениями. Это доставляло им обоим удовольствие, и переход от толчков к толчкам предвосхитил его оргазм. Минуту спустя Линн начала сильно кончать. Прижимая свой пах к мягким ягодицам Линн, Уэйн продолжал круговые движения своим погруженным членом, чтобы влагалище Линн почувствовало его и было за что ухватиться. Прошло совсем немного времени, прежде чем Линн испытала оргазм. Уэйн медленно отодвинулся, но Бет продолжала облизывать свою сестру. Когда Уэйн приблизился к киске Бет, сестры перевернулись, так что Линн оказалась на спине, а задница Бет была высоко поднята, готовая к проникновению. Бет была настолько готова к тому, чтобы ее трахнули, что Уэйн снова легко вошел в нее одним долгим, медленным толчком. Оба любовника вздохнули, когда эрекция достигла своего пика. Уэйн принял ритм напоминающий небольшую нефтяную вышку. Всю дорогу, всю дорогу, всю дорогу, всю дорогу. Ка-преобразователь, ка-преобразователь, ка-преобразователь, ка-преобразователь, ка-преобразователь... Медленный и уравновешенный иногда выигрывает гонку, особенно когда побеждает тот, кто последним пересекает финишную черту. И мужчины, и женщины были в идеальном положении. То, что они делали, казалось им раем, и чем дольше это продолжалось, тем лучше. Ка-тук, ка-тук, ка-тук, ка-тук, ка-тук... Они были возбуждены. Оба были готовы к кульминации, когда это сделал другой. Ка-тук, ка-тук, ка-тук, ка-тук, ка-тук... Линн была готова взорваться. Видя, как яйца ее отца раскачиваются, словно маятник, над ее лицом, наблюдая, как его твердый член, словно поршень, входит и выходит из киски, которую она сосала, чувствуя, как сестра сосет ее клитор до совершенства, - все это довело Линн до точки невозврата. Линн была на грани срыва, но она была полна решимости не идти одна. Одной рукой она ласкала правый сосок Бет, что, как она знала, особенно возбуждало Бет. Другой рукой она двигалась между Бет и ее отцом, пока не смогла обхватить его член. Ей нравилось, как эрекция проникала в кольцо, образованное ее пальцами. Ей нравилось, как его бедра прижимали ее ладонь к мягким ягодицам Бет. Линн кончила с размахом. Она издала стон, от которого мог бы кончить и труп, и это довело Бет до предела. Схватки Бет вызвали поток спермы, хлынувший через пенис Уэйна. Горячая эякуляция вскоре хлынула в ее глубины, что вызвало еще больше сокращений, еще больше стонов, еще более сильное наслаждение. Все это заставило Бет наброситься на Линн как одержимую. Интенсивность орального нападения Бет отразилась на Линн, а затем отразилась обратно на Бет, которая передала высвободившуюся сексуальную энергию Уэйну. Линн облизала ствол и окружавшую его киску, в которую он исчезал, а ее рука переместилась на крепко сжатые ягодицы отца, чтобы она могла насладиться силой его толчков. Кончать юной красоткой, в то время как зрелая лиса облизывала твой пенис и играла с твоей ягодицей, было самым верным способом гарантировать, что мужчина останется твердым и будет продолжать накачивать, как никогда. Поэтому Уэйн продолжал трахаться, пока его тело не рухнуло. Бет и Линн ели друг друга до тех пор, пока "именинник" больше не мог продолжать. Когда девочки достигли своего последнего оргазма, они приготовили для папы сэндвич с их теплой мякотью. Линн впервые была со своим папой, и она села спереди, чтобы видеть и исследовать его отдыхающее тело. Линн поиграла с вялым пенисом своего отца, а затем пошутила: - Полагаю, вечеринка по случаю дня рождения закончилась. Мы задули папину свечу. Более сладких подарков ни один мужчина в жизни не получал. Глава 57. Ларри наслаждается прогулкой по Молочному переулку Хорошей новостью для всех возбужденных молодых девушек и парней, которые в последнее время играли в "дом", стало то, что с участием Уэйна теперь есть родитель, который смертельно боится, что его дочь забеременеет. К счастью, у Уэйна был друг на всю жизнь, врач с практикой в соседнем округе. Восемь лет назад, работая волонтером, Уэйн помог спасти дом доктора от наводнения. Уэйн умел обращаться с тяжелой техникой лучше, чем обычный "водитель бульдозера". Он спас несколько домов во время того кризиса. Почти сразу же Уэйн повел своих девочек к благодарному "Доктору", потому что все местные жители были болтунами. Даже если окружной врач или фармацевт вели себя сдержанно, какой-нибудь местный клерк или секретарша в приемной не упустили бы возможности посплетничать. Правда может быть достаточно неприятной, но доморощенные остряки приукрасят любую правду в заголовках таблоидов при каждом удобном случае, для пущей убедительности. Если они твердо решили заняться сексом, Уэйн хотел, чтобы его девочки принимали таблетки, но он точно не хотел, чтобы люди слышали об этом. Доктор Дженнингс отнесся к этому довольно спокойно. Естественно, он осмотрел обеих сестер. Пока он сидел лицом между ног Линн, она легко убедила его осмотреть и Карли. Возможно, не было необходимости говорить ему, какой милой была их приемная сестра, но доктор был симпатичным мужчиной лет сорока пяти, так что она знала, что ему не повредит сообщить, что он сможет осмотреть еще одну горячую молодую киску подростка. Вскоре у всех трех девочек начались "нерегулярные циклы", и они начали принимать противозачаточные таблетки с низким содержанием эстрогена. Так что благодаря папе три девочки и три парня вскоре смогли вздохнуть с облегчением. Теперь Линн нужно было всего четыре раза в год ездить к нему в офис, чтобы получить трехмесячный запас на всех. Ближе к дому происходило что-то, в чем я никак не мог разобраться. Мама вела себя по-другому. Возможно, это было мое воображение, но с тех пор, как мы с Манчкин стали любовниками, мне казалось, что мама как-то изменилась. Возможно, все было просто: теперь, когда я занимался сексом, я стал лучше понимать женщин в целом. Тем не менее, я готов поклясться, что мама стала одеваться более привлекательно, возможно, даже слегка подкрасилась, чего раньше не делала. Мне показалось, что она начала носить одежду, которая больше подчеркивала ее великолепную фигуру. Маме было всего 36 лет, и при ее здоровом образе жизни она могла сойти за незамужнюю двадцатилетнюю женщину. Очевидно, что Карли унаследовала свои великолепные ягодицы от маминой семьи. Когда мама надевала подходящие джинсы или платье, ее ягодицы так соблазнительно покачивались, что я прекрасно понимал, почему папа хотел жениться на моей маме. Мама питалась разумно и оставалась активной. На самой ферме она почти ничего не делала, но ухаживала за огромным семейным садом, кормила свиней, кроликов и дюжину коз. В основном мы ели мясо и овощи, которые выращивали сами благодаря ей. Она также держала достаточно кур, чтобы у нас всегда были свои яйца. Я не мог вспомнить, когда в последний раз видел ее тело, но у нее были потрясающие ноги. Судя по случайным объятиям, у нее была узкая талия и ни грамма жира. Как и любому маленькому мальчику, мне было интересно, как выглядит грудь моей матери. В последнее время я задавался этим вопросом больше, чем когда-либо. Вчера на ней была блузка, из-под которой виднелись два мягких мясистых холмика хорошего размера. Я поймал себя на мысли, что у нее такие же соски, как у Карли? У мамы они были чуть крупнее, но очень, очень красивые. Мне никогда не нравились женщины с большими сиськами. Мне больше всего нравились изящные, кошачьи фигуры. И еще одно. Я готов поклясться, что мама, казалось, находила все больше предлогов, чтобы провести со мной немного времени. Я не возражал. На самом деле мне это нравилось. Казалось, она все больше становилась другом и все меньше вела себя как мать. Когда я вытирал посуду в последние несколько раз, мы мило беседовали о школе...чем я хотел бы заняться в будущем и т.д. Она хотела услышать о моих чувствах, был ли я счастлив и тому подобное. Несколько раз она говорила мне, что если я когда-нибудь захочу о чем-нибудь поговорить, о чем угодно, то она сделает все возможное, чтобы быть со мной откровенной. Для меня это было новшеством. Я всегда мог поговорить с мамой, но раньше в меню не было "чего-нибудь". Некоторые "блюда" всегда вызывали у нее явный дискомфорт, поэтому "что-нибудь" меня очень удивляло. На следующей неделе я сказал ей, какая она хорошенькая. На ужин мама надела простое голубое платье цвета яйца малиновки, но оно произвело на меня впечатление. На мой взгляд, она выглядела очень привлекательно. Честно говоря, я подумал, что она выглядит очень мило, и сказал ей об этом, вытирая тарелки. Как только я высказал свой комплимент, она вытерла руки, а затем попросила меня обнять ее. Отложив полотенце, я искренне обнял ее обеими руками. Мама крепко обняла меня в ответ. Мне было так приятно чувствовать, как она крепко прижимается ко мне. От нее тоже чудесно пахло. Я не знал, был ли это легкий аромат духов, или от нее просто исходил свежий аромат после недавнего душа, но это, безусловно, было восхитительно. Наши объятия затянулись. Мама долго прижимала меня к себе, прежде чем сказать: - Ты так повзрослел, что мне трудно поверить, что молодой человек, которого я держу на руках, когда-то был моим маленьким мальчиком. Боже милостивый, скоро ты уедешь отсюда и будешь жить своей собственной жизнью. Тебя не смутит, если я тебя поцелую? Когда я мотнул головой в сторону, мама слегка приподнялась на цыпочки, прежде чем я отреагировал, наклонившись, чтобы коснуться ее губ. Я был поражен тем, насколько сексуальными казались ее груди, когда они скользили по моей груди. Когда наши губы встретились, ее рот был нежнее, чем я когда-либо помнил. Вместо того, чтобы поджать губы, я думаю, она просто приблизила свои губы к моим. Я наклонял голову, пока расстояние не сократилось до нуля. Поцелуй был недолгим, но и коротким тоже не был. Наши губы слились в мягком, нежном, теплом поцелуе. Мама не то чтобы прервала поцелуй, скорее, она медленно отодвинулась, пока снова не встала на ноги. Мои губы последовали за ее губами на небольшом расстоянии, чтобы сохранить контакт. Ее губы медленно оторвались от моих. Я даже больше ощущал, как ее груди скользят вниз по моей груди, чем когда они скользили вверх. Мое тело прекрасно осознавало, какие они мягкие на ощупь. После неловкого молчания мы продолжили мыть посуду. Пару раз, пока мы работали, ее левая грудь терлась о мою правую руку, и каждый раз от места соприкосновения у меня в паху пробегал электрический разряд. Мне было достаточно легко добиться эрекции, когда ничего не происходило, но в тот момент было невозможно не испытывать ее при мысли о том, что я вижу, как ее грудь колышется в моем пропитанном гормонами мозгу. Дважды мне приходилось отворачиваться, чтобы принять более удобное положение. Два дня спустя настала очередь папы и Карли убирать после ужина. Мама пригласила меня на прогулку. Мы прогулялись по одной из наших фермерских дорог. Ясное небо и легкий теплый ветерок сделали это время особенным. Мы хорошо поговорили. Гуляя, мы держались за руки и иногда обнимали друг друга за талию. Кажется, мама была обеспокоена тем, чтобы я не повторил некоторые из ошибок, которые, по ее мнению, совершила она сама. Ничего трагического не произошло, просто иногда она сожалела, что у нее не было плана. Временами маме казалось, что она просто позволяет событиям происходить, вместо того чтобы заставлять их происходить. В тот момент я был близок к тому, чтобы начать свой собственный бизнес по разведению крупного рогатого скота. В течение нескольких лет я занимался разведением крупного рогатого скота по первоклассной программе разведения. Я начал заниматься разведением много лет назад в рамках проекта "4 часа". Вместо того, чтобы продавать, я в основном придерживал свое потомство, чтобы создать стадо. Я продал несколько голов тут и там, но использовал вырученные средства для приобретения большего количества племенного скота, когда находил выгодную сделку. Я еще не определился с колледжем, и у меня были мозги, но я не знал, что я хотел бы изучать. Нам так повезло, что у нас был такой чудесный вечер, и мы продолжали идти и разговаривать. Сначала я не заметил, как наши руки соскользнули с наших талий, пока не остановились на верхней части ягодиц друг друга. Я не знал, что было приятнее - ее рука на моих ягодицах или ощущение ее упругой попки под моими пальцами. Когда я снова почувствовал, что возбуждаюсь, мои мысли обратились к моей матери как к сексуальному объекту. Я не был настолько наивен или невежественен, чтобы не понимать, что именно произошло много лет назад, что заставило меня в тот момент стоять рядом с ней и обнимать ее. Мое подростковое тело все больше и больше реагировало на осознание того, что женщина рядом со мной привлекательна внешне и обладает всеми необходимыми женскими качествами, чтобы выманить сперму из мужского тела. Мы нашли поросшее травой местечко с огромным пнем от некогда величественного дуба. Оно было достаточно большим для нас обоих, если бы мы сели поближе друг к другу. Я обнял ее, и она положила голову мне на плечо. Мы молча наблюдали за заходом солнца. Левой рукой мама обхватила мою правую руку, которая держала ее за талию. Она слегка приподняла мою руку, чтобы лучше дотянуться до меня. Когда она это сделала, мои пальцы оказались прижатыми к нижней части ее правой груди. Боже, она была такой мягкой! Ее правая рука опустилась, прижимая мою ладонь к ее соску, и, должен добавить, это была ловушка, из которой я не хотел выбираться. Хотя это была просто реакция моего тела, тем не менее, вскоре я ощутил теплую, чувствительную эрекцию. Темные мамины волосы мягко касались моей щеки, а их аромат дразнил мои ноздри. Она пользовалась травяным шампунем, от которого ее волосы приятно пахли, как будто она была частью сельской местности, которой мы наслаждались. Сидя там, это больше походило на свидание с Линн, чем на прогулку с мамой после ужина. Черт, я чертовски надеялся, что Карли захочет немного "помочь мне с домашним заданием" сегодня вечером. Я чувствовал себя возбужденным, как козел. Прижав ее чуть ближе к себе, я воспользовался удобным моментом, чтобы провести пальцами еще на пару сантиметров вверх по ее правому соску. Она ничего не сказала, а я не смог бы заговорить, даже если бы пришлось. Шли минуты. Тепло, исходившее от моей ладони, поглощало меня. Мне так хотелось погладить нежную плоть, лежащую под моими пальцами, что только страх сдерживал мое растущее вожделение. — Нам лучше вернуться, милый. - тихо сказала она. Я не сразу отпустил ее, но вскоре снова встали на ноги. Я быстро обнял ее за плечи, как это было до того, как мы сели. На этот раз я намеренно опускал свою руку все ниже и ниже, пока мы шли. Вскоре моя раскрытая ладонь опустилась так же низко, как и раньше. Теперь я хотел большего! С каждым шагом я позволял своей руке скользить по нему на волосок. Мы снова начали болтать, но это были легкие разговоры, которые я мог вести без особых усилий. Мои мысли были сосредоточены на том, чтобы чувствовать, как двигается сексуальная задница моей матери, когда мы прогуливаемся. После 150 метров минутных прыжков моя рука была на трети пути к ее покачивающимся ягодицам и еще немного до середины в придачу! Еще! Я хотел большего! Тем не менее, я держал это при себе. У меня была приятная пригоршня сексуальной женской попки, чуть пониже, и я ни в коем случае не мог притвориться, что это было случайно. К тому времени, как мы добрались до дома, я был готов трахнуть ее в киску. Я был готов совершить безумный рывок наверх. Мой стояк должен был оказаться в киске Карли или в моей руке очень, очень скоро. Когда я уже был готов сорваться с места, мама повернула меня лицом к себе. Обняв меня за шею, она снова приподнялась на цыпочки, чтобы поцеловать меня. Поскольку она снова провела своими мягкими холмиками по моей груди, меня не нужно было уговаривать, чтобы я ответил на ее поцелуй. И снова ее мягкие губы ждали моего появления, когда она сказала: - Мне очень понравилось быть с тобой сегодня вечером. Я надеюсь, мы сможем сделать больше... этого. Наши губы встретились. Нежно, очень, очень нежно. Перед моими закрытыми глазами промелькнули воспоминания, когда я почувствовал, как ее тело прижимается к моей пульсирующей эрекции. — Боже мой, она чувствует мой стояк? Она собирается закричать? Она подумает, что я извращенец? - Эти и другие панические мысли пронеслись у меня в голове. Тем не менее, мне удалось сохранить внешнее спокойствие и продлить долгий поцелуй. Когда она отстранилась, ее глаза встретились с моими. — Послушай, молодой человек. Ты начинаешь хорошо целоваться. Мне придется быть с тобой осторожной. - С этими словами она улыбнулась, еще раз быстро чмокнула меня в щеку, а затем развернулась и направилась в дом. Я был так возбужден, что чуть не врезался в сетчатую дверь, когда мои глаза следили за чувственным изгибом ее ягодиц, идущих впереди меня. - Мой папа - счастливый человек. – думал я. - Интересно, как часто он занимается любовью с этим потрясающим телом? Слава богу, Манчкин была заинтересована и доступна. Я честно признался, что был готов взорваться. Благослови ее господь, она сказала, что я могу заняться сексом, как только переоденусь. Пока я торопливо надевал халат и пижаму, Манчкин надела ночную рубашку. В мгновение ока я уже стоял в дверях ее комнаты. Карли, как обычно, лежала на полу, раскрыв пару книг. Как только она приняла нужную позу и стала наблюдать за мной, я широко распахнул халат. Я был полностью одет в пижаму, только ширинку не застегнул, так что моя эрекция и яйца торчали наружу на всеобщее обозрение. — О-о-о, классный стояк, старший брат, - тихо хихикнула Карли. Когда я подошел к ней сзади, она перевернулась на спину, подтянув колени к груди. Когда она подняла ноги, ночная рубашка приподнялась и упала ей на грудь. Меня поразил вид ее приподнятой промежности. Ее безволосая розовая щель приоткрылась, приглашая насладиться ее телом. — Я играла со своей киской, пока ждала. Просто ешь меня, пока я не стану достаточно влажной, а потом погружайся. Я вижу, насколько ты готов! Ты бедный малыш. - Она дразнила меня своим голосом, но ее тело приносило мне искреннее облегчение. Погрузившись в щель Карли, я поглощал Манчкин, как голодающий на празднике в честь Дня благодарения. Через минуту ее влагалище стало скользким, а мой пенис, истекающий слюной, оказался у ее входа. Проведя несколько раз вверх и вниз по всей длине, я ввел свой член в ее лоно. Как только она показалась мне достаточно скользкой, я попробовал несколько небольших толчков, чтобы проверить ее. Я погружался все глубже и глубже. Убедившись, что она "готова", я навалился на нее всем своим весом. Мой язык проник в рот Карли. Когда между нами начался настоящий сексуальный поцелуй, я погрузил весь свой член в ее стройное тело. Мы застонали друг другу в рот, когда началось наше совокупление. Гормонально я был в таком плохом состоянии, что был безмерно благодарен Карли за то, что она поняла мою настойчивость. Сразу после выхода я начал наносить длинные удары по ее теплому телу. Черт! Я был почти у цели, но мы только начали. Мой кончик уже начал набухать. Даже когда я кончал на свою сексуальную сестру, мне приходилось бороться, чтобы не кончить, но я не мог продержаться долго. Я уже чувствовал, как накапливается сперма. Плюс нежное, мучительное покалывание, которое нарастает, когда неотвратимый оргазм сдерживается. — Боже, я обожаю тебя, Карли. – зашипел я, когда первая струя горячей, густой спермы хлынула в ее тело. Вдох, выдох... Я двигался и извергался снова и снова. Карли описывала бедрами широкие круги, возбуждая мой член еще больше. Ух, ух, ух... Я влил в Карли столько спермы, сколько у меня никогда не было. Прошло много времени, прежде чем я перестал двигаться. Достаточно долго, чтобы Карли смогла даже сама насладиться легкой кульминацией. Даже после того, как я, наконец, замер, я оставался достаточно твердым, чтобы Карли могла обхватить мой член. Чтобы помочь ей, я сдвинул бедра на три четверти назад, пока она не достигла второго, еще более сильного оргазма. Держась друг за друга, и греясь в лучах заходящего солнца, мы только начали переводить дыхание, когда шаги на лестнице заставили нас приступить к противопожарной тренировке. Мой халат запахнулся! Халат Манчкин слетел вниз! Мы лежали на животе с книгой перед собой, когда в дверях появилась мама. Она постояла там, улыбаясь, несколько мгновений. Черт, но я готов поклясться, что она посмотрела прямо на меня, когда спросила: - Все идет хорошо? Кто-нибудь хочет чего-нибудь поесть? — Все просто отлично. Лучше и быть не может, спасибо. – сказал я. — Мы уже готовы к перерыву. Через пару минут спустимся выпить. В любом случае, спасибо, мам. - добавила Карли. — Хорошо. Если кому-то из вас что-нибудь понадобится, просто спросите меня. - Мама задержалась в дверях, коротко улыбнувшись нам. - Ларри, поскольку Карли и твой папа завтра весь день будут на побегушках, могу я рассчитывать, что ты поможешь мне в саду завтра на пару часов? — Конечно, рад тебе помочь. - Я улыбнулся, чувствуя себя довольно бодрым по какой-то "странной" причине. Сделав глубокий вдох, мама улыбнулась нам, как будто думала о чем-то приятном, и направилась в свою спальню. Оставшись одни, я спросил Манчкин, не нужно ли ей "чего-нибудь", потому что знал, что слишком быстро кончил. Моя рука скользнула ей под подол, и я коснулся пальцами ее влажной щелки и клитора. Она очень нежно поцеловала меня, но сказала, что с ней все в порядке. Продемонстрировав одну из своих лучших злобных ухмылок, Манчкин попросила меня хорошенько выспаться, чтобы она, возможно, смогла насладиться утренним сексом по-быстрому, прежде чем ей придется ехать в "Сирс" и все такое. — Все, что угодно, лишь бы помочь леди в беде, мэм, - протянул я, возвращая ей улыбку. Глава 58. Мама, ухаживающая за садом, заставляет все расти, даже Ларри Благодаря одному из тех загадочных учительских совещаний, которые, как я всегда подозревал, были не чем иным, как днями трезвости преподавателей вдали от детей, в школе начались каникулы. Карли позаботилась о том, чтобы я встал пораньше. Как только мы добрались до амбара, она убедилась, что я на ногах. Секс всегда был фантастическим. С Карли всегда было невероятно приятно заниматься любовью. Но скользнуть в ее теплое тело, когда воздух в сарае был таким свежим, было приятнее, чем почти все, о чем я мог подумать в момент проникновения. По собственной воле я взял Манчкин сзади. Я жил ради ощущения того, как ее ягодицы упираются мне в пах. Вскоре мои руки оказались у нее под лифчиком, массируя ее великолепные молочные железы. Карли установила очень медленный ритм, чтобы у нее было достаточно времени поиграть со своим клитором. Этим утром я пообещал ей, что она кончит первой и в мыслях, и на деле. Наши возможности были ограничены, так как штаны у нас обоих были спущены до щиколоток, но мы оба достигли своих "целей". Карли кончила первой. Когда она простонала: - О, да, да, я кончаю... - Я расслабил бедра. Когда Карли кончает, она такая сексуальная, что неизменно доводит меня до оргазма, если я уже почти готов. В это прекрасное, бодрящее утро я был очень готов. Всю ночь мне снились эротические сны, но никаких ночных поллюций не было. Само собой разумеется, что моя помпа была заряжена. Мне казалось, что чем сильнее туннель Манчкин сжимался вокруг моего члена, тем сильнее становилась эрекция. Я сомневался, что у какой-нибудь спермы, которая, как я чувствовал, текла по моей длинной трубке, будет шанс просочиться наружу еще какое-то время. Моя головка была опухшей и очень чувствительной. В то утро она была такой чувствительной, что мои бедра сами по себе вздрагивали, когда сильное покалывание заставляло меня судорожно двигаться. Карли, должно быть, наслаждалась этим. Она обмякла, как тряпичная кукла, и вскоре я уже держал ее за неподвижные соски. Она не очень хорошо держалась на ногах. Она ничего не говорила, но теребила свой клитор, пока я продолжал двигать поршнем. Мне нравятся женщины, которые умеют получать удовольствие от секса. В конце концов тугая вагина Карли попросила меня уйти. Стоя лицом друг к другу в объятиях, мы целовались несколько минут, все это время лаская гениталии друг друга. Наконец, оба довольные и не успевшие вовремя, мы подтянули и застегнули брюки друг друга, потому что это было намного сексуальнее, чем делать это самим. Мы обнялись в последний раз. Я знал, что Карли вернется домой поздно. У них с папой был длинный список дел. Поскольку они так редко бывали в настоящем городе, папа планировал пригласить Карли на ужин и в кино, чтобы вознаградить ее за отличные оценки и за то, что они немного подружились. Войдя, Карли направилась прямиком в душ. Ей нужно было не только привести себя в порядок, пока мама готовила завтрак, но и воспользоваться возможностью, чтобы смыть остатки спермы, которые впитались в ее трусики. Слишком скоро она ушла с папой. Мама, казалось, была в счастливом, игривом настроении, когда я помогал ей мыть посуду после ужина. Мы говорили о многом, без особого порядка. Увидев задумчивое выражение ее лица во время комментария о ее семье, мне стало любопытно, как она росла. Было довольно приятно услышать о многих вещах, которые совсем не изменились, и о вещах, которые кардинально изменились всего за пару десятилетий. У меня сложилось впечатление, что ей было немного одиноко в детстве, несмотря на то, что она, должно быть, была одной из самых красивых девушек в округе. Наверное, я всегда полагал, что красивые девушки всегда получают все, что хотят, и каким-то образом ими никогда не пренебрегают. Вымыв и убрав посуду, я объявил, что иду в душ. Когда я повернулся, чтобы уйти, мама сделала то, чего никогда раньше не делала. Она дружески похлопала меня по заднице и сказала: - Не задерживайся. Ты нужен мне в саду. Ты скоро выйдешь? Повернувшись, я обнял ее и поцеловал наполовину в губы, наполовину в щеку. Она подняла руку к моей щеке. Она нежно коснулась ее, словно поощряя поцелуй затянуться. Мама хорошо целовалась. Она вышла через заднюю дверь в сад, а я направился наверх, в ванную. К тому времени, как я переоделся и присоединился к ней в саду, она уже вытащила ведра, которые нам понадобятся, и была занята сбором зеленой фасоли. Пока мама собирала с одной стороны грядки, я должен был собирать с другой. Судя по всему, она уже собрала несколько огурцов и кабачков, и временами от нее исходил настоящий прилив энергии. Сначала я сосредоточился на сборе фасоли, но потом моя концентрация полетела ко всем чертям. Выпрямившись, чтобы дать спине отдохнуть, я посмотрела поверх высоких растений на маму. Только тогда я понял, что на ней была мешковатая рубашка, пара верхних пуговиц были расстегнуты, и рубашка свисала с ее груди. На маме не было лифчика! У мамы была потрясающая грудь! Пока она тянулась за фасолью, я наслаждался видом ее грудей, покачивающихся под блузкой. Я увидел толстые красные соски, ложбинку между грудями и нежную, как алебастр, кожу, к которой так и хотелось прикоснуться. Я сразу же начал собирать зерна в тех местах, откуда у меня была наилучшая возможность заглянуть ей под юбку. Когда она вставала, я, как демон, ковырял там, где это было необходимо, чтобы занять удобную позицию и еще раз взглянуть на ее соски. Несмотря на то, что я хорошо потрахался с Карли ранее, я определенно снова был очень возбужден. Все мои мысли были заняты тем, что я искренне гадал, что еще мама прячет под одеждой, чего я не делал со времен раннего полового созревания. Волосы на лобке у нее, должно быть, черные, как смоль, но как она выглядела обнаженной? - Папе так повезло, что он мог обладать ею в любое время, когда хотел, - думал я. Я пытался представить, как твердый пенис входит в ее тело и выходит из него. Я мог и не мог этого представить. Я полагаю, что многие бобы с моей стороны были пропущены. Я был полностью поглощен созерцанием ее груди и думал о сексе, а не о том, как довести работу до конца. Вскоре мы оказались в конце ряда. В моей сумке было много бобов, так что, думаю, я кое-чего добился. Мама высыпала свою порцию в коробку, но кое-что рассыпалось. Когда она опустилась на колени, чтобы подобрать рассыпанные, я застыл на месте, снова заглядывая ей под блузку. Когда все ее бобы были уложены в коробку, она, все еще стоя на коленях, потянулась к моей сумке. В этот момент, я думаю, она заметила, что я смотрю на ее блузку. Я очень медленно реагировал, и мои глаза были далеко от ее лица. Когда я пришел в себя, то опустил пакет, чтобы помочь высыпать содержимое в коробку для сбора урожая. Затем настала моя очередь поймать взгляд мамы, устремленный куда-то в другое место. Сильный стояк раздувал мои штаны, и ее взгляд был прикован к очевидной выпуклости. Долгое, но неизвестное время я наблюдал за ее сосками, а она за моим пахом. Я знаю, что мой член пару раз подпрыгнул. Думаю, ее соски стали толще. Мы оба одновременно пришли в себя и убрали остатки фасоли. Мама предложила положить овощи, а потом чего-нибудь выпить. Протянув ей руку, она приняла ее, мило улыбнувшись мне, когда я помог ей подняться на ноги. Схватив коробку с фасолью, я порадовался, что повел себя как джентльмен и пропустил ее вперед. Было так приятно идти позади мамы. Казалось, что ее ягодицы, вращающиеся во все стороны, и говорили со мной всю дорогу до дома. Когда я повернулся в ее сторону, мама поставила тарелку на стол и протянула мне стакан лимонада. — Давай присядем в гостиной и выпьем, - сказала она, направляясь к выходу из кухни. Я проследовал за ее покачивающейся задницей в другую комнату, а затем присоединился к ней на диване. — Ларри, судя по тому, что я вижу, ты становишься уже совсем большим мальчиком. Я хочу задать тебе несколько взрослых вопросов и хочу, чтобы ты честно на них ответил. Пожалуйста, не бойся. Правда не причинит тебе вреда. Я обещаю. Тебя это устраивает? Теперь я занервничал! Я думал о ее теле, и видел ее обнаженной, а потом понял, что она хочет завести взрослый разговор. Конечно, я не знал, чего ожидать, кроме того...Я был слишком возбужден, чтобы мыслить здраво, не говоря уже о том, что мне было немного любопытно. — Ааа, пока что я в порядке, но я не совсем понимаю, что у тебя на уме. Она улыбнулась мне. Это была приятная улыбка. Теплая улыбка, и я почувствовал, что расслабляюсь. — Дорогой, вы с Карли занимаетесь сексом? Стук! Тяжесть всего мира обрушилась на меня. Моя мать никогда не говорила о сексе и уж тем более не признавала, что кто-то вообще занимался сексом, особенно мы с сестрой! У меня отвисла челюсть, и долгое время я не издавал ни звука. Я мог бы в буквальном смысле умереть, если бы она по-прежнему не улыбалась мне. Если бы мама выглядела рассерженной, я не знаю, что бы я сказал, но ее лицо было мягким и добрым. - Да. - Прошептал я. — Почему? - тихо спросила она. После долгого молчания я ответил: - Нам было довольно одиноко, мы очень нравились друг другу, и, я думаю, нам было очень любопытно узнать о телах друг друга. Не знаю, может быть, есть и другие вещи, но, думаю, в основном это все. Как ты догадалась? Я думал, мы были довольно осторожны? — Я бы сказала, что ты был осторожен, и я надеюсь, что ты был ОЧЕНЬ ОСТОРОЖЕН в самом важном смысле... - Я утвердительно кивнул на ее намек на беременность Карли. - Но у меня острое обоняние. В последнее время, когда я заставала вас вместе, я чувствовала, что в воздухе витает запах секса. Он был слишком сильным и слишком часто вызывал что-то еще. — Ты собираешься меня убить? - Поинтересовался я вслух. — Я думала об этом... - ответила она, но по ее тону я понял, что она скорее дразнит меня, чем угрожает. — Мне нужно было кое-что обдумать, прежде чем я открою рот, и убедиться в этом, прежде чем обвинять вас двоих. Если бы я была неправа, я бы открыла целую банку с червями. Просто, чтобы ты знал, я ни слова не сказала твоему отцу. Если ты продолжишь давать мне прямые ответы, я тоже не собираюсь этого делать. Мир, который только что обрушился на меня, внезапно стал казаться немного светлее. Молча ожидая ее следующего шага, я просто сидел там. — Ларри, я знаю, что это тебя смутит, но это не моя цель. Сегодня утром в саду ты заглядывал мне под рубашку? - Я мрачно кивнул "да". — Ты возбудился, глядя на мое тело? Я имею в виду, я видела эрекцию у тебя в штанах перед тем, как мы вошли? Мое лицо, должно быть, раскраснелось, как у пожарной машины, и, конечно, мне было так жарко, что можно было жарить яичницу. Я опустил глаза в пол. Мне потребовалось много времени, чтобы подобрать нужные слова, но в конце концов я выдавил: - Да, я был таким, и да, я возбудился. Ты очень красивая. Как только я увидел тебя совсем немного, наверное, мне захотелось увидеть больше, намного больше. Мне жаль. Мама придвинулась ближе, чтобы взять меня за руку. - Я действительно ценю, что ты был так откровенен со мной. Это значит больше, чем ты думаешь. Тебе не о чем сожалеть. Для молодого человека естественно хотеть увидеть все, что он может. На самом деле твоя эрекция была комплиментом. Твое тело говорило, что тебе понравилось то, что ты увидел. — Некоторые вещи, над которыми мне пришлось поразмыслить, были, честно говоря, связаны с тем, как мало мы с твоим отцом рассказывали тебе о сексе. Еще я хотела бы вспомнить, что я чувствовала в твоем возрасте. Мои родители никогда не говорили мне ничего о мальчиках, кроме "подожди, пока выйдешь замуж". Звучит непривычно, не так ли? Я невольно рассмеялся. Мы оба прекрасно знали, что это домашняя мантра. Мама становилась еще красивее, когда смеялась. Когда смешки стихли, она задумалась. После продолжительной паузы она продолжила. - Я изменилась, может быть, выросла за последние несколько лет. С тех пор, как ты был честен со мной. Я поделюсь с тобой огромным секретом, который, я надеюсь, ты никогда не раскроешь. - Я кивнул в знак согласия. — Твоего отца воспитывали очень консервативно. Родительская проповедь Библии настолько запутала его, что он считает, что секс должен быть только для того, чтобы иметь детей. Мы почти никогда больше не занимаемся сексом, и я думаю, что это настоящий грех. Прежде чем я начну кричать на вас "НЕТ ЭТОМУ" и "НЕТ ТОМУ", дети, мне нужно было решить, что я действительно считаю правильным. Во что я искренне верю. Сегодня я решила, что заниматься любовью - это слишком важно, и слишком прекрасно, чтобы не заниматься этим, когда у тебя есть такая возможность. До тех пор, пока девушка не забеременеет, ОСОБЕННО если эта девушка - твоя сестра. Мама слегка наклонилась ко мне, рассказывая все это. Сказать, что я был ошеломлен, было бы большим преуменьшением. Меня трясло, и я снова посмотрел на ее грудь. Я снова увидел красивую ложбинку между грудей. Чертовски красивую ложбинку между грудей. Она снова поймала мой взгляд, которым я наблюдал за ней. - Гм, - я поднял глаза, и на моем лице, как я подозреваю, отразился ужас. — Я так понимаю, ты все еще не насмотрелся? - поддразнила она меня. Мой подбородок дрогнул. Я действительно понятия не имел, что сказать. Вид ее груди немного потряс меня, но ее слова полностью разрушили ощущение реальности, которое у меня было всего несколько минут назад. — Все в порядке. Мне просто было весело с тобой. В любом случае, поскольку вы с Карли уже занимаетесь сексом, я думаю, уже слишком поздно рассказывать вам о птицах и пчелах, но еще не поздно начать быть более открытой и честной с вами обоими. Я поговорю с Карли, если она залетит. Ей придется пройти семь видов ада. Ты согласен со всем этим, Ларри? — Да, я всегда считал тебя такой... ну, скромницей. Просто в последнее время я даже заметил, насколько ты хороша собой. Я никогда не думал, что смогу говорить с тобой о... многом, не говоря уже о сексе. — Размышления о вас с Карли заставили меня задуматься о себе. За последнюю неделю я провела больше самоанализа, чем с тех пор, как вышла замуж за твоего отца. - Глубокий вздох предшествовал еще одной минуте молчания. На ее лице медленно сформировалось новое предложение. — Так что расслабься. Я понимаю, что ты сегодня подглядываешь, и тебе любопытно. Знаешь что, взрослые тоже могут быть любопытными. Если тебе повезет, ты не перерастешь любопытство. Любопытство может быть очень полезным. Оно помогает тебе расти. Люди восхищаются телами друг друга. Мы просто сводим себя с ума, притворяясь, что этого не должно быть. Твой отец - единственный мужчина, которого я видела обнаженным, не считая того, когда меняла тебе подгузники. Мне становится любопытно, поэтому я не могу ругать тебя за то, что ты делаешь то же самое. Так насколько же ты любопытен, молодой человек? Старинные заводные часы в столовой отстукивали тик-так несколько раз подряд, пока я размышлял, а затем пытался переварить такой поворот событий. Наконец я был готов заговорить. — Мне кажется, что я "должен" сказать вот что...Прости, что подглядываю, и я больше никогда этого не сделаю. Но, по правде говоря, я считаю, что ты очень красивая, моя мама ты или нет. Думаю, я продолжу гадать, как бы ты выглядела без одежды. Так что, полагаю, истинный ответ заключается в том, что мне очень любопытно. Карли красива, но я до сих пор ни разу не видел по-настоящему взрослой женщины. Часы пробили 11 раз, пока мама сидела и смотрела на меня. Прошло еще несколько минут, пока она размышляла. - Я думаю, ты знаешь, что я люблю тебя, детка, - сказала она. - Я собираюсь сделать то, чего очень боюсь. Но я решила, что больше всего боюсь этого не сделать. Сказав это, она потянулась к моему лицу и провела пальцами по моей щеке, все время улыбаясь мне. Затем она встала, но повернулась ко мне спиной. Она что-то делала, но прошло почти полминуты, прежде чем я понял, что именно. Она расстегнула блузку и снимала ее. Мое сердце забилось быстрее, как у кошки, за которой гонится стая диких собак. Ее рубашка упала на пол, и она повернулась ко мне лицом. Она скрестила руки на груди, скрывая большую часть своей груди, но не всю. Она снова села на диван, но руки так и остались скрещенными. Не говоря ни слова, она просто смотрела мне в глаза. Вскоре я не выдержал: - Мама, я очень хочу увидеть твою грудь. Я действительно хочу увидеть, как ты выглядишь, пожалуйста. Ее руки медленно опустились на колени. Мои глаза уставились на две полные женские груди, каждая с ярко-красными ареолами, и каждая с толстым набухшим соском в центре. Я смотрел, совершенно молча. Она позволила мне это. — Ты такая красивая. Я не могу понять, как папа может прожить целый день, не прикасаясь к тебе, мам. — Я тоже не могу, детка. Все еще завороженный ее великолепной грудью, я, затаив дыхание, проговорил: - Мама, ты говорила, что тебе становится любопытно. У меня усиливается эрекция, когда я смотрю на твое тело. Значит ли это, что ты хотела бы увидеть мой пенис? — Я бы очень этого хотела, детка, если бы тебе понравилось показывать мне себя. - прошептала мама. Не отрывая взгляда от сосков, которые сосал в детстве, я снял рубашку. Я медленно встал, расстегнул молнию, затем одним движением спустил штаны и трусы. Мой член был таким же раздутым и гордым, как и всегда. Он напрягся и был направлен прямо туда, куда был направлен мой взгляд. Снова сев, я подтянул правую ногу так, что она вытянулась вдоль дивана. Мой пенис встал торчком, как флагшток, чтобы она могла его рассмотреть. Мамины глаза, без сомнения, приняли такое же остекленевшее выражение, как у зомби, когда она изучала мою эрекцию и яички. Теперь настала моя очередь. Я дал ей время полюбоваться на меня. Мне было так приятно, что она, казалось, восхитилась моей мужественностью, что я почувствовал себя польщенным. — Мам, когда мы были в саду, я все думал, как бы ты выглядела совсем без одежды. Может быть, ты снимешь штаны, чтобы я мог видеть тебя всю? Пожалуйста. Не говоря ни слова, она расстегнула брюки, затем расстегнула молнию. Клапан распахнулся, и я увидел блестящий, шелковистый на вид участок ее трусиков. Сбросив туфли, она приподняла зад достаточно высоко, чтобы спустить штаны. Мне нравилось, как она, почти не мигая, смотрела на мою эрекцию. Ее брюки сползли достаточно низко, чтобы я мог видеть черные волосы на лобке, торчащие над ее сжатыми бедрами. Когда она сняла брюки и трусики, я мельком увидел ее ягодицы и киску под плотно сжатыми ногами. Моя головка была покрыта прозрачной жидкостью, свободно вытекавшей из маленькой щели. Сбросив последнюю одежду на пол, она откинулась на противоположный подлокотник дивана. Мама вытянула левую ногу, прижавшись к моей вытянутой правой ноге. При этом ее ноги раздвинулись, и я впервые отчетливо увидел ее покрытую волосами киску. — Ух ты. Твое тело так чертовски сексуально, что я не могу этого вынести, - тихо сказал я. Признаюсь, у меня не было ни одной живой взрослой женщины, с которой я мог бы сравнить ее обнаженное тело, но я знал, что мне нравится, и мне нравилось то, что я видел. Ее груди были полнее, чем у Карли, и свисали ниже, но от маминых сосков у меня потекли слюнки. У нее были темно-красные пухлые соски размером с кончик моего среднего пальца. Даже когда она сидела на диване, ее животик был упругим. Ее бедра были явно шире, чем у любой из девушек, но они были исключительно соблазнительными. Насколько я мог судить, у нее не было ни грамма жира. Ее обычно закрытые участки казались белоснежными по сравнению с загорелой кожей, которая видела солнечный свет, когда она работала на улице. Мама была великолепна. Должно быть, в подростковом возрасте она была неотразима. Темные лобковые волосы обрамляли ее вагинальные губки, подчеркивая ее щель. Ее белоснежная кожа выглядывала из-под плотных черных завитков, покрывавших остальную часть промежности. Мой пенис подпрыгивал, выдавая мое возбуждение. — Ларри, я никогда не видела, как мастурбирует мальчик. Не мог бы ты показать мне, как ты играешь с собой? Я радостно начал двигать членом. Мне пришлось это сделать. - Ты играешь с собой? Как ты делаешь так, чтобы твоей киске было приятно. - Спросил я, и мое растущее волнение было заметно по моему дрожащему голосу. Поняв мою истинную просьбу, она начала массировать свою киску. Три ее средних пальца заставили двигаться губки по обе стороны от клитора. Ее клитор начал медленно высовываться из щели. Потирая клитор, она раздвинула пальцами половые губы, и я увидел ярко-красную плоть в ее расщелине. — Я больше тебя, намного больше. Так трудно поверить, что я вышел из твоего прекрасного тела. - Прохрипел я. — Вот здесь ты вышел из меня. - Мама засунула палец в свою дырочку. Мы оба тяжело дышали. Я застонал, когда увидел, как два пальца исчезли внутри нее. Теперь комнату наполнил ее запах. Влажные, чавкающие звуки достигли моих ушей, а затем проникли глубоко в мозг. — Мама, мне так интересно узнать, каково это - снова оказаться внутри твоего тела. — Мне очень, очень любопытно, каково это - чувствовать тебя внутри себя, Ларри. Сказав это, мама придвинулась ко мне своей киской, пока ее голова не легла на подлокотник, как на подушку. Она приподняла колени, все время поглаживая себя. У нее была течка, и она была полностью готова к тому, чтобы я ее кончил. Тем не менее, я еще несколько мгновений смотрел на нее, не двигаясь. Она выглядела так сексуально, что снова принялась бешено вращать тремя пальцами вокруг своего клитора. То, как двигалась ее киска, произвело на меня сильное впечатление. Постепенно, на четвереньках, я подполз к ней. Когда мои губы добрались до ее икры, я провел языком или поцелуями вдоль ее левой ноги, пока не добрался до ее киски. Глубоко вдыхая через нос, чтобы наполнить свой мозг ее ароматом, я отстранил ее руки, положив ладони так, чтобы они покрывали ее влагалище с каждой стороны. Слегка надавив, я осторожно раздвинул ее губы, чтобы полностью открыть ее щель для своего осмотра. После минутного изучения ее тела, ее бедра начали покачиваться, требуя моего пристального внимания. Опустив рот, я съел ее с полным самозабвением. Ее легкие шумно втянули воздух. Ее вкус был чуть более острым, чем у любой из девушек, но, как и у мороженого, я все еще не встречал вкуса, который бы мне не нравился. Чьи-то руки обхватили мою голову, притягивая мое лицо к себе. Бедра приподнялись, чтобы сильнее прижаться к моему вторгшемуся языку и губам. Мы оба были на седьмом небе от счастья. Два пальца с такой легкостью скользнули в ее влажное, трепещущее влагалище. К своему блаженству, я чувствовал внутри нее все, что только мог. И все же, как бы сильно мне ни нравилась ее текстура, я должен был продолжать двигаться. Мне нужно было сделать кое-что еще. Мои поцелуи скользнули по ее лобку, затем по мягкому животику, поднимаясь все выше. Мои руки и губы задержались на нем ровно настолько, чтобы отдать должное полной, тяжелой груди, которая впервые дала мне пищу в младенчестве. Я тщательно ласкал и посасывал оба соска, пока они не показались мне огромными во рту. Ощущение того, как ее груди податливы в моих руках, было самым сильным ощущением, которое я когда-либо испытывал. Хотя я хотел провести гораздо больше времени с ее сосками, это должно было произойти позже. Было еще кое-что, что я должен был сделать немедленно. Покрывая поцелуями верхнюю часть ее груди, я добрался губами до ее губ. Сначала я нежно поцеловал ее вокруг рта. Ее губы оставались сомкнутыми. Мой язык облизал ее губы, затем начал исследовать их, как маленький пенис, пытающийся проникнуть внутрь. Внезапно ее рот широко раскрылся, и наши языки заплясали дикий вальс. Пока я водил языком глубоко у нее во рту, мой пенис принял правильное положение и ощупывал ее вход. Мамина страсть проявилась в полной мере. Вскоре она уже сосала мое лицо, и мне это нравилось. Дразня нас обеих головкой, моя эрекция упиралась прямо в ее чашечку, делая множество неглубоких толчков, но никогда не проникая глубже, чем на пару сантиметров. Вскоре мне слишком захотелось узнать, каково это - быть погруженным в нее. Слишком захотелось познать ее тело, чтобы ждать дольше. Готовясь к проникновению, я приподнялся, словно собираясь отжиматься. Ее глаза открылись, а затем встретились с моими, и я посмотрел ей в глаза с таким же напряжением. Настал момент, когда я вошел в ее влагалище на всю длину, пока мои яйца не уперлись в ее мягкие ягодицы. Мама кончила в тот момент, когда я вонзился в нее. - О Боже, детка. Мне это так нужно. О Боже, ты такой чудесный. Твой прекрасный пенис там такой теплый, такой совершенный. О-о-о, это было чертовски давно. - Пока она говорила, ее бедра широко, но очень сильно толкались в мой пах. Моя головка уперлась в ее шейку матки, я проник в ее киску так глубоко, как только мог. После ее седьмого или восьмого толчка мое возбуждение усилилось. Сперма хлынула в ее темные, теплые глубины, заставив нас обоих ощутить еще более интенсивные теплые и влажные ощущения. Ее ножны сжимали и разжимали мой член лучше, чем когда-либо удавалось любой другой руке. Моя голова запрокидывалась назад, и гортанные "ууннх" вырывались из меня при каждом резком толчке. Опираясь на руки, локти сцеплены, бедра работали, как старомодный паровой поршень. Хлоп, хлоп, хлоп, хлоп... Любой секс хорош, но некоторые виды секса настолько интенсивны, настолько совершенны, что вы никогда не забудете это событие. То, что я чувствовал, когда мы дарили и получали удовольствие, когда мы достигали блаженства, к счастью, останется со мной навсегда. Мои яички, опустошенные при первой возможности, опустились туда, откуда я начинал. Круг замкнулся. Я никогда не опускался так сильно, чтобы не мог продолжать двигать своим членом внутрь и наружу, смешивая наши жидкости. Мама продолжала испытывать оргазм. Ее бедра не останавливались, но она плавно двигалась, что показалось мне невероятно чувственным. После оргазма я опустился на нее всем своим весом, и мы продолжили целоваться, но теперь нежно, чувственно, с примесью эмоций. Мы оба были ужасно благодарны друг другу, когда занимались любовью. Наше слияние стало таким сладким, каким только могло быть. Когда мое первоначальное напряжение ослабло, я смог начать медленные, но уверенные поглаживания, которые позволили ей насладиться серией хороших, продолжительных оргазмов. Когда мое время, наконец, снова подошло, я смог испытать свой самый совершенный тип оргазма. Я чувствовал, как начинается покалывание и напряжение, когда мое тело готовилось к семяизвержению. Но, несмотря на то, что я поддерживал постоянный темп, боролся с выделением спермы, покалывание продолжало нарастать, и нарастало, и нарастало. Постепенно моя головка становилась все более и более чувствительной, пока не достигла того особого уровня, когда каждое прикосновение становится настолько приятным, что ты почти не можешь этого выносить. Я чувствовал каждое крошечное прикосновение в ее родовых путях. Она чувствовала я напряглась в ожидании моего доставки. Ее тело начинает предвидеть, а моя горячая сперма хлынула в ее лоно. Мое дыхание и тихие вздохи удовольствия тонко подсказали ей, насколько я был близок к тому, чтобы выстрелить спермой в ее лоно. Ее тело пригласило меня к оплодотворению, испытав оргазм, который произвел столько приятных ощущений на мой вставленный пенис, что мои яйца были вынуждены отдать свое сокровище. Я кончил с удвоенной силой. Моя скорость утроилась, а мой член погружался сильно, быстро и часто. Покалывание, когда я терся о ее покрытые спермой стенки, было до боли приятным. Мне пришлось замедлиться, когда моя струя пошла на убыль. Когда, наконец, я был полностью измотан, я просто лег поверх ее уютного, теплого тела. Оставаясь неподвижным, я смог удержать свой вялый член внутри нее с небольшой помощью очень счастливой матери. Осторожно переместив свое тело, я смог поднести ее правый сосок ко рту. Я нежно посасывал ее, пока мы переводили дыхание, а ее пальцы все это время перебирали мои волосы или поглаживали мои ягодицы. — Милый, это было так, так чудесно. Я молюсь, чтобы я не заморочила тебе голову. Я чувствую себя ужасно виноватой, но мне показалось несправедливым, что мои дети занимались сексом, а я нет. Ты вырос в очень красивого молодого человека. Ты действительно очень привлекателен. Я не могу передать, какие невероятные ощущения ты вызываешь в моем теле. Мне так не сосали мои соски с тех пор, как Карли была маленькой. Оооооо, это так приятно. Тебе нужно серьезно подумать обо всем этом, но если ты не против, я бы хотела стать твоим подругой и любовницей. Это было слишком мило, чтобы быть одноразовым. Я застонал, что, я уверен, она восприняла как мое полное одобрение, обхватив губами набухший сосок. — Пойми, я все еще твоя мать. Когда мне понадобится, я буду держать тебя в узде. Но я так хочу наверстать упущенное в сексе. Есть много вещей, которых я никогда не делала, но всегда хотела попробовать. Я верю, что все еще могу научить тебя тому, как заниматься любовью с женщиной. Хочешь быть моим тайным любовником? То, как я просунул свой язык в ее рот, когда я вжался пахом в ее киску, дало ей ответ, который она жаждала услышать. Поцелуй, который я получил в ответ, был таким страстным, что я начал твердеть внутри нее. Вскоре я снова смог делать легкие толчки. — Прежде чем мы снова займемся любовью, я хочу увидеть зад моего возлюбленного. Боже, но твои ягодицы на ощупь твердые, как сталь, - сказала она с ноткой благоговения в голосе." Было нелегко выбраться из ее теплого, уютного коридора, но, похоже, я скоро туда вернусь. И я встал. Улыбаясь, я повернулся, напрягая ягодицы как можно сильнее, чтобы показать ей все, что нужно. - Надеюсь, ты не возражаешь, но я часто смотрела на твою попку последние пару недель. Ты так хорошо выглядишь, крошка. — Ладно, повернись, это честная игра. Я хочу увидеть твои ягодицы, от которых у меня текли слюни с тех пор, как ты начала носить узкие джинсы, - парировал я. — О, так ты все-таки заметил. Должна ли я извиниться за то, что пыталась возбудить своего сына? - возразила она. — Нет, тебе следует повернуться, чтобы я мог увидеть твои скрытые достоинства, прежде чем сойду с ума. Мама поднялась, демонстрируя плавные, кошачьи движения. Мое сердце бешено заколотилось еще до того, как она повернулась. Когда она повернулась, она приняла позу, в которой я узнал позу со старого плаката Бетти Грейбл. Она посмотрела на меня через плечо, выпятив зад. Черт, она была потрясающей. Ее бедра были определенно шире, чем у незрелой Карли, но теперь я знал, что Карли унаследовала мамины гены упругости. Ее ягодицы не были такими подтянутыми или мускулистыми, как у моей сестры, но зато какой формы. Прежде чем она поняла, что ее поразило, я придвинулся ближе. Мой член нащупывал ее вход, в то время как мои руки заставляли ее наклониться вперед, чтобы ухватиться за подлокотник дивана. — Как у двух собак течка! Мне это нравится! - промурлыкала она. Когда она сдвинула левую ногу, чтобы еще больше открыться для моих ласк, я почувствовал, что это розовое золото. Два вздоха возвестили о моем успешном проникновении в ее киску. — Ого, у тебя красивая попка. - Пробормотал я. Ее голос срывался каждый раз, когда я вонзал в нее свой член. — Я знаю, что учила тебя быть вежливым, но если ты хочешь сказать, что тебе нравится моя задница, я не буду возражать, детка. — Ну, мам, видя, как мой член входит и выходит между ягодицами твоей прекрасной задницы, я очень скоро снова кончу в тебя! – рассмеялся я. — Ларри, у меня к тебе особая просьба. Можешь трахнуть меня так, как в последний раз, мне это очень нравится, но сейчас я хочу чего-нибудь другого. Я хочу, чтобы ты съел меня снова. Твой отец никогда меня не лижет. Он считает, что это грязно, а ты делаешь это так мило. А еще у меня пока не было возможности поиграть с твоим членом. Я хочу, чтобы ты был у меня во рту одновременно. Я хочу почувствовать, как ты кончаешь мне в рот. Я мгновенно выскочил из ее киски. Мне понравилось, как мы трахались по-собачьи, но ее идея задела меня за живое. В ту секунду, когда ее спина коснулась дивана, я был у нее во рту. Эй, мне все равно нравилась поза 69. Наверное, это было мое любимое занятие. Я кончил в мамину киску, и возможность кончить ей в рот, пока моя сперма еще плавала в ее животе, была слишком волнующей возможностью, чтобы не воспользоваться ею. Так что я прыгнул и начал кончать. Несмотря на мое сильное возбуждение, я позволил ей управлять моими бедрами. Хотя она несколько раз хорошенько пососала меня, маме также понадобилось время, чтобы провести руками по моим гениталиям. Я воспользовался возможностью, чтобы раздвинуть ее, чтобы изучить ее киску в перерывах между лизанием и сосанием. Однако через несколько минут нам обоим захотелось поработать над достижением кульминации. Мама направила мой член под таким углом, чтобы он мог проникать очень глубоко. Моя головка, возможно, упиралась в ее горло. Это было похоже на то, что я чувствовал. Со своей стороны, я использовал все, что узнал от девочек, чтобы съесть и пососать ее киску лучше, чем когда-либо прежде. Судя по тому, насколько активными стали ее бедра и насколько влажной она стала, я понял, что довел ее до крайности. Внезапно я оказался на грани, это было слишком хорошо, слишком возбуждающе... - Я сейчас кончу. - Пробормотал я в ее киску. Мои толчки значительно ускорились, бедра задергались, а затем я почувствовал, как из меня хлынул поток. Моя струя возбудила ее. Даже я знал, что она кончает мне в рот. Сдавленное "мммп, мммп, мммп..." звучало глубоко внутри нее, когда каждая струя спермы попадала ей в рот. Мы поглощали друг друга. Чистое вожделение было в порядке вещей. Ее рот сосал меня, пока полностью сливалась сперма. Это был абсолютный рай. — Боже всемогущий, я хочу гораздо большего! - провозгласила она, все еще держа мой полустоячий член у себя во рту. — Боже, милый, я никогда не думала, что что-то может быть так чертовски приятно. Мы должны попрактиковаться в этой позе, пока не добьемся успеха. - Мама потянулась всем телом, как кошка, демонстрируя свое возбуждение. - Я хочу сделать это как-нибудь утром, когда твои яйца будут готовы к игре с медведем! Просто догадываюсь, но, думаю, маме понравилась наша первая 69-я поза. Глава 59. Старичок, но хорош Как и большинство фермеров, Уэйн Траутман особенно ценил теплые летние вечера. Когда он приблизился к их маленькой конюшне, листья на деревьях тихо зашелестели. Был ранний вечер, и луна, низко поднявшаяся над горизонтом, казалась огромной оранжевой. Несмотря на яркое освещение, внутри маленького сарая царила кромешная тьма. Дубы, благодаря которым в конюшне днем было прохладно, полностью скрывали слабое лунное освещение. Остановившись в дверном проеме, Уэйн прислушался в поисках маловероятной подсказки о том, кто может его ждать. Напрягая слух, он вскоре понял, что слуховых зацепок у него не будет. Блейз и Салют шумно жевали сено. Из-за их блужданий по стойлам сосновые стружки, которые они использовали в качестве подстилки, издавали шуршащие звуки, похожие на тихий прибой, накатывающий на берег. Постепенно его глаза привыкли к темноте внутри, и он смог разглядеть короткую скамью в пяти метрах от широкого прохода. Подойдя, Уэйн сел и снял кожаные ботинки. Продолжая медленно раздеваться, он по-прежнему был заинтригован таинственными инструкциями Бет, полученными этим утром. — . ..конечно, для пожилого мужчины ты довольно сексуален. Очевидно, кто-то надеется, что у тебя хватит сил на то, чтобы устроить сегодня вечернюю службу. На самом деле, если у тебя есть возможность прийти на конюшню ровно в 9 вечера, кто-нибудь будет ждать, пока лучший жеребец на ферме не зайдет в стойло мимо Блейза. Однако, есть определенные условия! Кто бы там ни был, он будет голым, на четвереньках и готовым к тому, чтобы на него взобрались. Свет включать нельзя. — Будет довольно темно, и тебе придется искать свою "цель" на ощупь. Ты можешь только схватить ее за бедра! Никаких прикосновений, чтобы понять, кто твоя нынешняя возлюбленная. А потом можешь скакать на своей кобылке так сильно, как тебе заблагорассудится. Когда твои услуги по уходу за кобылкой закончатся, ты должен одеться, уйти, а затем отправиться в свою спальню, чтобы принять душ. Любая попытка выяснить, где Линн или я, в будущем будет иметь последствия, которые тебя не обрадуют. Договорились? Поскольку девушки знали, что его жена "ушла из бизнеса" много лет назад, Уэйн мог произнести только одно слово. - Договорились! Несмотря на обычный долгий и тяжелый рабочий день, Уэйн с трудом снял боксеры. Конечно, быстрый горячий душ после ужина, слава богу, немного взбодрил его. Осознание того, что всего в нескольких метрах от него в темной кабинке находится сексуальное, подтянутое подростковое тело, уже привело его в возбуждение. Полностью обнаженный, Уэйн погладил свой член. Семенная жидкость быстро вытекла, покрывая набухшую головку. Это была Бет? Была ли Линн таинственной любовницей, чей зад был приподнят и готов к его проникновению? Поднимаясь на ноги, теперь уже "чертовски возбужденный" фермер надеялся, что "она" готова, потому что он был уверен в этом не меньше, чем в стрельбе! Более нетерпеливый, чем он мог бы признать, Уэйн быстро преодолел небольшое расстояние до незапертой двери кабинки. Черт возьми, там было темно. Неподалеку он едва различал границу между темными деревянными стенами и свежей кремовой стружкой на полу. Мог ли он разглядеть намек на приподнятую обнаженную женскую попку, или его мозг просто складывал фрагменты картины. Неуверенный, Уэйн наклонился, а затем сделал несколько маленьких шажков вперед. Действуя руками, как слепой, потерявший трость в незнакомой комнате, Уэйн нащупал почти невидимую женщину перед собой. Наконец его пальцы ощутили шелковистое тепло упругих женских ягодиц. Он осторожно опустился на колени. Продвигаясь вперед на коленях, Уэйн вскоре почувствовал, что находится примерно в том положении, которое ему нужно для предстоящего проникновения сзади. Мозолистые пальцы нащупали гладкую впадинку между упругими ягодицами. Действительно, она была влажной и скользкой. Не в силах сопротивляться желанию, он одним, двумя, а затем и тремя пальцами проник в умопомрачительно эротичное лоно. Уэйн исследовал невидимую розовую плоть, пока его пенис не потребовал поменяться местами с восхищенными пальцами. Используя большой палец левой руки в качестве указателя на ее невидимое отверстие, левой рукой он обхватил ее левую ягодицу. Обхватив свой член правой рукой, Уэйн провел набухшей головкой по большому пальцу. Вскоре его эрекция погрузилась в теплое совершенство киски его любовницы. Боже милостивый, она чувствовалась чудесно. Несмотря на всю свою решимость сделать это как можно дольше, Уэйн, сам того не осознавая, уже вонзался в упругие ягодицы своей немой любовницы. Собрав все свое самообладание, Уэйн сбавил темп. Однако через две минуты бешеный темп вернулся. Сжимая ее бедра так, словно от этого зависела его жизнь, Уэйн смирился с неизбежным. Он выходил на финишную прямую. Опустив голову, он наслаждался ощущением покалывания в паху. Сперма была в движении. Его эякуляция нарастала...еще... еще. Рев, который издал Уэйн, был настолько громким, что даже лошади отреагировали на него, переругиваясь между собой. Если его невидимая партнерша и издавала какие-то звуки, то стоны Уэйна заглушали их. Возможно, в их любовном гнездышке царила кромешная тьма, но Уэйн чувствовал пульсацию своей спермы, когда она свободно стекала в тугую киску, сжимавшую его член так сильно, как он никогда не мог припомнить. Бедра, в которые был погружен Уэйн, умоляли его о каждой капле, которую он мог дать. Они продолжали умолять еще долго после того, как его последний вклад перешел в ее тело. Ни один из любовников, казалось, не собирался сдаваться, но в конце концов пара обессилела и осознала, что их союз завершен. Найти в себе силу воли, чтобы встать, а затем уйти, не сказав ни слова, как он и обещал, оказалось еще труднее, чем ожидалось. Господи, она была великолепна. Просто прийти и уйти, не узнав, кто заставил его испытать такое блаженство, казалось удивительно... невежливым? Но это была женская игра, и Уэйну нравилось то, что получалось, когда он следовал правилам! Одеваясь, он услышал тихое шевеление - кто-то, без сомнения, тоже одевался в темной кабинке. Решив больше не мучить себя, Уэйн с важным видом вышел из сарая и направился к дому особенной походкой мужчины, который только что трахнулся! По дороге домой Карли в сотый раз подумала: - Бет была права. Мальчики замечательные, но зрелый мужчина - это нечто действительно особенное! Глава 60. Мама открывается Ларри Нам нужно было подкрепиться. Секс был великолепным, но если мы немного не отдохнем и не поедим, то скоро так измотаемся, что не сможем действовать. Еда, приготовленная и поданная официанткой, обнаженной по пояс, просто великолепна! Во время обеда я не переставая смешил маму. Ощущение того, что все так хорошо, что я так расслаблен, развило мое чувство юмора, а также чувство юмора мамы. Когда я пару раз схватил ее за соски, делая вид, что тянусь за чем-то другим, она взвизгнула, как школьница. Любая оброненная еда служила для нас поводом для смеха. Приколы с участием наших тел тоже были в порядке вещей. Несколько раз мы даже кормили друг друга. Проще говоря, нам было весело. К тому времени, как мы закончили ужинать, у меня уже был стояк. Предполагалось, что, пока мама мыла посуду, я вытирал ее. Я вытирал, но сделал эту рутинную работу немного веселее. Без особых усилий я заставил маму наклониться над раковиной, чтобы я мог ввести в нее свой член сзади. Хотя нам обоим было чертовски неудобно, но, если не торопиться, нам все же удалось помыть, вытереть и потрахаться, не причинив себе ничего, кроме легкого пота. Секс был фантастическим, но в то же время забавным, не говоря уже о том, что его было трудно исполнять. Никто из нас не кончил, но к тому времени, как мы закончили мыть посуду, нам обоим это было необходимо. Как только я смог, я отвел маму в свою комнату, где попросил ее лечь на животик, прижав ноги друг к другу. Как скользящая змея, я скользнул вверх по ее спине, пока не накрыл ее тело своим. После серии нежных прикосновений пенисом к невидимой теплой влаге между ее ног, я взобрался на маму, держа свои ноги снаружи от ее ног. Просто лежа так некоторое время, я наслаждался теплом ее кожи, прижатой к моей. Шепча ей на ухо, я попросил маму помочь мне просунуть руки под ее груди. Мне хотелось поласкать их, чувствуя, как ее толстые соски упираются в мои ладони. Не поддается описанию, как приятно было ощущать, что мой член входит в ее тело через крошечную щель в верхней части ее сжатых бедер. Мамины ягодицы начали перекатываться, когда она дала понять, что хочет почувствовать, как мой член движется в ней. Конечно, я сам был более чем готов к изысканным ощущениям от полового акта. Не в силах больше ждать, мои бедра начали подниматься и опускаться в блаженстве полового акта. Ослабляя свою эрекцию до тех пор, пока только головка едва не касалась ее, я медленно позволял своему члену погружаться обратно в ее влажные глубины. Медленно, но неуклонно я трахал маму так долго, как только мог, прежде чем почувствовал себя настолько прекрасно, что не мог не кончить. Мама была великолепна. Она идеально прижималась своей попкой к моему паху. Очевидная радость, которую излучало ее тело, заставила меня почувствовать себя таким счастливым, что ей нравилось заниматься со мной любовью. Я рассчитывал на гораздо больше секса с этой невероятной женщиной, которая просто случайно оказалась моей матерью. Когда я полностью излил остатки своей эякуляции в ее все еще сжимающуюся киску, я скатился с ее спины. Мы довольно долго обнимались, ласкались и целовались. Когда я спросил ее, не хочет ли она, чтобы ее снова съели, ее восторженное "ДА!" побудило меня немного поговорить о ее предпочтениях. Похоже, маме очень-очень понравилось, когда ее съели. Когда до меня дошло, как мало я на самом деле о ней знаю, я решил удовлетворить свое любопытство еще кое о чем. При каких других обстоятельствах я мог бы узнать, что она никогда не брила свою киску ради забавы. Ее дважды брили, когда мы с Карли принимали роды, но, поскольку папа никогда не хотел ее лизать, она никогда особо не заботилась о своей киске. С похотливой ухмылкой я рассказал ей, как здорово было лизать Карли после того, как она побрила свою юную киску. Поскольку это позволило бы мне использовать свой язык еще лучше и в большем количестве мест, мама решила: - Какого черта. - Прежде чем я понял, что происходит, она вскочила и побежала, таща меня за собой. Мы пошли в ванную. Через несколько минут она уже сидела на краю ванны, готовая бриться. Чтобы сделать ее сексуальное приключение еще более увлекательным, она попросила меня подстричь ее волосы, а затем намылить и побрить ее. Это было так круто! Вы не поверите, насколько я был осторожен, но то, что все это заняло много времени, не было для меня проблемой! Когда она наконец стала чистой как стеклышко, я воспользовался теплой тряпкой, чтобы удалить все следы мыла. Наконец я смог дать ей отхлебнуть пару раз, но в ванне было очень неудобно. В мгновение ока мы снова оказались на моей кровати в страстном танце 69. Я ел ее лысую киску так, словно она была моим последним блюдом. Пока мой язык проникал в ее щель, мама кончала направо и налево. Мой язык провел значительное время, исследуя ее дырочку, к тому же теперь я мог серьезно полизать и пососать ее вагинальные губки. Я нашел ее киску удивительно красивой. Я не мог перед ней устоять. Ого, мне понравилось, что ее клитор было легко сосать, когда она возбуждалась. Он раздувался, когда наливался кровью, пока я не смог сосать его, как маленький член. Боже, как же сильно она кончила, когда я сделал это для нее. Конечно, маме, казалось, нравилось держать мой член у себя во рту. Она не просто сосала меня, а она занималась любовью с моим пенисом. Ее язык был постоянно занят: она то облизывала ствол, то ласкала каждую часть головки кончиком или плоской частью языка. Она была особенно искусна в обработке нижней части моей головки. Почти теряя сознание от избытка экстаза, я понял, что она определенно способна взять меня в горло. Иногда маме нравилось, когда я кончал, чтобы брызнуть ей на язык, а иногда - в горло, как во влагалище. Все, что она делала, заставляло мой пенис чувствовать себя любимым и о нем хорошо заботились. Еще одна вещь, которую мы оба обожали в 69-ой позе, - нам нравилось лакомиться ягодицами друг друга. Мамина попка была такой мягкой, но я обожал чувствовать, как сокращаются ее сильные мышцы, когда мы доводим друг друга до оргазма. То, как ее руки разминали мои ягодицы, как ее пальцы впивались в мою плоть, неизменно усиливало мое возбуждение и удовольствие. Мой следующий оргазм случился просто так. Я знал, что мне больше не нужно ее предупреждать. На самом деле ее рот знал, когда я собирался отправить ему подарок. Боже, это было настоящее блаженство - то, как она высасывала из меня все до капли. Когда мы, наконец, сделали перерыв, я возобновил расспросы. В конце концов, я заставил ее рассказать мне о своем опыте орального секса. Очевидно, она отсосала моему отцу несколько раз еще до того, как они вступили в половую связь, но мой пенис был всего лишь вторым, который она когда-либо сосала. Мама была единственным ребенком в семье. Как и у меня, в детстве у нее было мало товарищей по играм, к тому же, похоже, ее родители были еще более сексуально суровыми. Заранее извинившись, потому что я действительно не хотел ее смущать, я объяснил, что мне было любопытно, думала ли она когда-нибудь о том, чтобы подурачиться с девушкой, поскольку ей, похоже, так нравилось, когда ее лизали. К моему огромному удивлению, после долгой паузы мама, наконец, призналась, что ее первый сексуальный опыт был связан с кузиной по имени Сью, которая жила в Нью-Джерси. В детстве она редко виделась со Сью, но время от времени ее родители отправляли ее погостить в деревню. Они всегда ладили как лучшие подруги, но моя мама была особенно благодарна за это, пусть и непродолжительное, общение. Когда Сью и маме было по 18 лет, они только начинали расцветать. На тот момент прошло три года с тех пор, как они в последний раз проводили время вместе. Мама вспомнила, что они играли в ее комнате, еще одетые в платья для воскресной школы, в ожидании воскресного ужина. Они дразнили друг друга Бог знает из-за чего, когда началась драка от щекотки. Обе они очень боялись щекотки и вскоре хохотали как сумасшедшие, когда каждой девушке удавалось прорвать оборону другой, достигая таким образом своей главной цели - чувствительных участков ребер. Поскольку их тела постоянно терлись друг о друга, мама рассказала о своем удивлении, когда она несколько раз мимолетно потрогала грудь Сью, пока они соперничали за место. Ухитрившись схватить маму за запястье, Сью просунула ее себе между ног, чтобы перехватить ее руку, а сама двумя свободными руками обхватила мамину ладонь, чтобы перехватить оставшуюся свободной руку мамы. Теперь, получив преимущество, Сью начала безжалостно щекотать маму. Пока мама пыталась высвободиться, ее рука двигалась вверх, пока запястье не начало выскальзывать, но ее ладонь застряла в щели между бедрами Сью. Продолжая вырываться, мама прижала ладонь к трусикам Сью. Поскольку мамина рука пыталась пощекотать любую часть тела Сью, до которой могла дотянуться, она, сама того не желая, ощупывала Сью. Она вспомнила, как менялось выражение лица Сью, когда мамины пальцы творили свое волшебство над прикрытой трусиками киской Сью. Только после того, как Сью на время перестала щекотать ее, до нее, наконец, дошло, где находится ее рука и что она делает со Сью. Мама мгновенно перестала шевелить пальцами. На лице Сью появилось забавное выражение, вспоминала мама. Казалось, целую вечность Сью смотрела маме в глаза. Свободная рука Сью медленно скользнула вниз по маминому животу, пока не оказалась ниже линии подола. Она почувствовала, как ладонь Сью прижалась к ее бедру, затем осторожно двинулась вверх, пока ее ладонь не обхватила мамину киску. Молча, Сью начала ощупывать маму так, как мама непреднамеренно делала это с ней. — Это было лучше, чем все, что я когда-либо знала, что я когда-либо могла себе представить. Я закрыла глаза, позволяя волнам удовольствия захлестнуть меня. Когда до меня дошло, как хорошо, должно быть, я заставляла Сью чувствовать себя, я решила отплатить ей тем же, намеренно массируя ее теплую киску еще раз. — Сью была первой, кто сказал, что хотела бы увидеть меня...увидеть меня там, внизу. Она отпустила мою руку, но раздвинула ноги. Поэтому я продолжала ощупывать ее, пока она опускала мои трусики почти до колен. Я нетерпеливо раздвинула ноги. Я хотела, чтобы она снова прикоснулась ко мне, и как можно скорее. Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем я почувствовала, как ее пальцы скользят по моим редким волоскам. Я помню, как застонала, когда почувствовала, как ее пальцы нащупали мою обнаженную киску. — Когда Сью возобновила круговые массирующие движения, я изо всех сил старалась не упасть в обморок. Поскольку Сью заставляла меня чувствовать себя совершенно потрясающе, я просто обязана была сделать то же самое для нее. Кроме того, в тот момент мне очень хотелось заглянуть ей между ног. В то время у нас не было спортивных состязаний для девочек, не было женских душевых, и я никогда не видела обнаженной ни одну девушку. — Сью приподнялась, чтобы я могла спустить с нее трусики. Изменив положение, чтобы моя голова была очень близко к ее киске, я полностью стянул с нее трусики. Свободно раздвинув ноги, Сью пригласила меня к внимательному осмотру. — После некоторого созерцания я начала играть с ней обеими руками или раздвигать ее, чтобы изучить ее скрытую красоту. Следуя моему примеру, Сью сняла с меня трусики, затем положила голову мне на бедро, чтобы видеть все, что она делала с моей киской. Господи, я не знаю, как долго мы занимались этим, прежде чем я услышала, как Сью сказала:..Я собираюсь сделать то, что пару раз делала с одним парнем. Ему это очень, очень понравилось, так что, держу пари, тебе тоже понравится. — Я понятия не имела, о чем она говорит, но мгновение спустя, когда ее рот начал сосать мою киску, я точно поняла. Прежде чем я успела оправиться от приятного потрясения, ее язык начал блуждать между моими губками. Вскоре Сью обнаружила мой клитор. Бах, я испытала свой первый оргазм от настоящего секса. — О Боже, детка, это было потрясающе. Мое тело дрожало как осиновый лист. Я знала, что должна немедленно съесть Сью. Наверное, я была немного не уверена, с чего начать, но восполнила свое невежество энтузиазмом. Я сразу почувствовала облегчение, узнав, что она показалась мне замечательной на вкус. Мне нравился ее запах. Мне нравилась ее киска. Сью была съедена, как она того и заслуживала, за то, что так чудесно доставила мне удовольствие. — Сью как раз была там, когда моя мама крикнула снизу, что ужин на столе. — Кончаю! - закричала Сью во всю глотку, и, боже мой, она была такой, как всегда. Она снова уткнулась лицом мне между ног. Через мгновение мы обе снова кончили, потому что каждый из нас был так взволнован, увидев, как кто-то другой испытывает оргазм. — Мы не были готовы остановиться, но нам пришлось, чтобы мои родители не пришли проведать нас. Пойми, мне никогда не разрешалось запирать дверь. — Наслаждаясь ощущением оргазма, я призналась Сью, что у меня никогда не было свидания. Я робко спросила, не возражает ли она пойти со мной на свидание в тот вечер. Я хотела, чтобы меня поцеловали. Я хотела почувствовать, как чья-то рука ласкает мою грудь, и особенно мне хотелось, чтобы мою киску еще больше облизали. Сью никогда не говорила ни "да", ни "нет". Вместо этого она притянула меня к себе и поцеловала по-французски, от чего у меня закружилась голова. — Я никогда раньше не целовалась с девушкой. Неплохо! - сказала она. Сью пришлось поднять меня на ноги, я была слишком слаба, чтобы стоять. Наконец-то мы отправились ужинать. — Мам, у вас с Сью было свидание? — Слава Богу, да. Меня до сих пор бросает в дрожь, когда я вспоминаю об этом. Наверное, мне не стоит быть с тобой такой откровенной, но большую часть своей жизни мне приходилось мастурбировать, когда я нуждался в некотором облегчении. Чаще всего мое первое "свидание" со Сью - это то, о чем я думала, чтобы переступить через край. Очевидно, мама ужасно возбудилась, вспомнив времена, проведенные со своей кузиной. Она развернулась в позу 69, а затем обхватила мою подпрыгивающую эрекцию. Пока я наблюдал за ее возбужденным влагалищем с расстояния в несколько сантиметров, подергивания и спазмы мышц влагалища свидетельствовали о ее возбуждении. Ее киска явно молила о проникновении. Мой член был измучен необходимостью решить, кончить ли мне от идеального ощущения шелковистого маминого рта или от идеального вида ее постоянно расширяющейся киски. По мере того, как я все глубже погружался в сказочный мир сексуального блаженства, мой ведомый похотью разум начал представлять, как Карли и мама едят друг друга, пока я трахаю их обеих. - Как бы я решил, кого из них трахнуть первым? - это была моя последняя мысль, прежде чем я потерял себя, занимаясь любовью с мамой. Глава 61. Поездка Линн и Ларри Я поражен, как много изменилось всего за два года. Я не только теперь могу водить машину, но и в прошлом году я восстановил брошенный "Шевроле" 53-го года выпуска. Срубив пару небольших деревьев, которые росли вокруг него, я вытащил ржавую реликвию из канавы в лесу возле пруда Беннетта. Папа начал учить меня, как чинить фермерский трактор "Джон Дир", как только я стал больше, чем те гаечные ключи, которые использовались для его ремонта. Моих приобретенных навыков механика в сочетании с небольшой помощью отца оказалось достаточно, чтобы древний мотор снова заработал. Мама тоже помогала... Ее огород дал немало материала для подкупа друга семьи, у которого была большая свалка мусора. Ее помидоры, огурцы и цуккини были заменены карбюратором из разбитого автомобиля и подходящим топливным насосом под капотом. Дюк из Duke's Auto Body научил меня всему, что мне нужно было знать, чтобы машина выглядела достаточно впечатляюще, в обмен на то, что я буду до конца своих дней убирать снег в его доме и на предприятии. (Шучу! Я уверен, что он отпустит меня, когда умрет от старости.) Я езжу на довольно респектабельно выглядящих колесах. К чему все эти упоминания о машине? Потому что, когда я навестил Линн в колледже, я почувствовал себя увереннее. До сих пор у нее были отличные оценки, а ее ум был таким же прекрасным, как и ее тело! Теперь, когда она начала больше заниматься лабораторной и полевой работой, ее таланты проявились по-настоящему. Каждую субботу Линн всегда находит для меня время, но она никогда не упускала из виду свои образовательные цели, которые я вижу. Я серьезно читаю все о сельском хозяйстве, что попадается под руку, но в колледж планирую поступать только на выходные. Хотя мне нравится учиться, я ненавижу школу: слишком много дурацких курсов и академического лицемерия. В любом случае, я уже стал самым хорошим скотоводом в этих краях и планирую стать еще лучше. В конце концов, похоже, что через год-другой мне придется содержать жену. О! Я уже упоминал, что сделал Линн предложение? Линн сказала, что я "маленький засранец, раз довел ее до слез", но все равно согласилась. В одну солнечную субботу, перед тем как она переехала в свою нынешнюю квартиру, я припарковал одолженный школьный автобус, который я покрасил моющейся краской, перед ее общежитием. Когда истеричная толпа соседок по этажу вытащила Линн из общежития, ее встретили сообщением размером с автобус, в котором говорилось: "ЛИНН, ТЫ ВЫЙДЕШЬ ЗА МЕНЯ ЗАМУЖ?" Когда Линн была младшекурсницей. Ей разрешили жить в большом доме за пределами кампуса, а не в общежитии. Поскольку никто из наших родителей не был бы рад, если бы я остался на ночь, мы как бы поменяли наши свидания местами. В субботу я прихожу рано утром, мы проводим весь день в постели, а потом идем куда-нибудь перекусить или сходить в кино, прежде чем я отправляюсь домой. Однажды, во время разговора в постели, я почувствовал, что Линн хочет мне что-то рассказать, но ей слишком неловко, чтобы с легкостью поделиться этим. Мы всегда были так откровенны друг с другом во многих интимных вещах, что меня удивило ее нежелание делиться. В конце концов мне удалось выведать все подробности ее отношений с отцом, а также тот факт, что ее мама практически перестала спать с ее отцом много лет назад. Чтобы успокоить ее, я поделился подробностями о своих "улучшившихся" отношениях с мамой и о том, что у нее была такая же проблема с моим отцом... сексуальная заброшенность. Постепенно мы с Линн поделились друг с другом достаточным количеством информации и в конце концов пришли к согласию, что когда-нибудь, когда мы будем жить сами по себе, моей маме и папе Линн будет очень не хватать нашего присутствия. Продолжительное обсуждение привело нас к плану. Следующим летом, когда Линн снова была дома, нам удалось уговорить мою маму и ее папу помочь нам в планировании большого ежегодного мероприятия, которое состоится 4 июля в парке, примыкающем к церкви. Линн, как председателю, было легко пригласить их на несуществующее собрание прекрасным теплым вечером, просто чтобы вытащить их из дома на пару часов так, чтобы их супруги этого не заметили. В ту ночь, которую я собираюсь описать, Линн ехала на своем большом старом "Олдсмобиле". Родители сели на заднее сиденье, а моя невеста (для меня это все еще звучит странно) и я, естественно, заняли переднее сиденье. Как раз перед тем, как повернуть, мы знали, что они заметят, что это не та дорога, по которой можно попасть в церковь. Им сообщили, что мы с Линн хотим поговорить с ними наедине... Отсюда и обман. Наблюдать за тем, как оба родителя сначала задают вопрос, а затем передумывают и озадаченно молчат, было для меня довольно забавно. Я почти представил, как моя мама думает: - В конце концов, в машине были люди из другой семьи. Еще пара километров езды привели нас к пруду Беннетта. Как и ожидалось, уединенная поляна у пруда была в нашем полном распоряжении. Габаритные огни были включены в основном для того, чтобы мы могли видеть друг друга при тусклом освещении приборной панели. Луна едва взошла. Небо было полностью затянуто облаками, и вокруг стояла почти кромешная тьма. Если нас с Линн это явно позабавило, то наших родителей - нет. Почувствовав, что мы не в ладах, они, похоже, расслабились. Предположим, они решили, что нам с Линн было бы не так легко, если бы она была беременна или возникла какая-то другая серьезная проблема. По предварительной договоренности, я заговорил первым. - Мистер Траутман, мы с Линн о многом поговорили с тех пор, как обручились. На днях мы наконец поженимся, а потом переедем в собственное жилье. Я думаю, моей маме будет еще более одиноко, чем сейчас. Видишь ли, мой папа любит нас всех и вся... он хороший человек... но он потерял интерес к сексу. - Вздох моей матери подтвердил потрясение, отразившееся на ее лице. Уэйн просто выглядел ошеломленным тем, что я поделился такой личной информацией. Прежде чем кто-либо из родителей успел отреагировать как-либо еще, Линн добавила: - Миссис…Бетти...у отца такая же ситуация с моей матерью. Мама замечательно относится к нам и ко всем остальным, но религия настолько промыла ей мозги по поводу секса, что она почти никогда больше не "спит" с папой. Я точно знаю, что ему очень одиноко. Кроме того, он никогда не говорил ни слова, но у меня есть глаза...он считает тебя очень красивой, но слишком застенчив, чтобы сказать тебе об этом. Мы с Ларри собираемся взять одеяло и отправиться изучать ночную жизнь среднезападной лягушки-быка. Выйдя вслед за Линн из машины, я сказал на прощание: - Нас не будет по крайней мере полтора часа. Надеюсь, вам двоим найдется о чем поговорить. Увидимся позже. - Выключив габаритные огни, мы с Линн, держась за руки, направились к заросшему травой участку у кромки воды. ********************* Тишина в машине была оглушительной. — Уэйн, ты чувствуешь себя таким же смущенным, как и я? — Уууу, давай посмотрим. Моя дочь только что рассказала о моей сексуальной жизни соседке, а потом добавила, что я вожделею тебя, на случай, если у меня осталось хоть немного самоуважения. Нет, я не смущен. Просто обычный день. Бетти смущенно рассмеялась. Несмотря на то, что она чувствовала себя униженной, Уэйн вскоре присоединился к ней, хихикая, чтобы снять напряжение. — Уэйн, ты правда находишь меня привлекательной? — Боже, да, Бетти...Черт возьми, да, Бетти. Ты просто живая кукла. — Ты действительно такой застенчивый? — Да. Думаю, да. — Как давно Мардж... стала...отворачиваться от тебя? — С тех пор, как родился Джимми, более или менее. А ты? — Трудно сказать точно. Он был то горяч, то холоден в течение многих лет. Какое-то время он был "в деле", а потом внезапно "выключился". Если уж на то пошло, я думаю, что около 5 лет назад он "отключился" и больше никогда не включался. В основном я чувствовала себя любимой, но не совсем "удовлетворенной". Ты, конечно, понимаешь, что я имею в виду. — Хотел бы я этого не чувствовать, но да, я понимаю, что ты имеешь в виду. Воцарилась тишина. Удары сердца отмечали, как проходят секунды, как секунды превращаются в минуты. Мириады невысказанных мыслей промелькнули и тут же улетучились. Чернильная тьма внезапно сменилась неожиданным светом. Затянувшие небо тучи рассеялись. Низкая молодая луна отразилась от гладкой, как стекло, поверхности пруда. Вздох Бетти заставил Уэйна проследить за ее взглядом. Перед ними, в обрамлении огромного белого шара луны, отражавшегося от неподвижного пруда, предстало невероятно эротичное зрелище. Бетти увидела своего сына, распростертого на спине. Уэйн увидел, как его явно обнаженная дочь приподнимается и опускается над своей суженой, а его руки явно ласкают ее покачивающиеся груди. — Боже мой, Уэйн. Это самое сексуальное, что я когда-либо видела! - прошипела Бетти. — Были ли мы когда-нибудь так молоды? - задумчиво произнес Уэйн далеким голосом. Не отрывая глаз от зрелища юной любви, выражающей себя так, как задумала природа, Бетти нащупала руку Уэйна. Найдя ее, она приложила ее к своей правой груди. Положив обе ладони поверх его большой ладони, она помогла ему помассировать ее возбужденную плоть. Мгновение спустя Бетти отпустила его ласкающие пальцы. Повернувшись, полностью возбужденная жена методично обнажила напрягшийся пенис Уэйна. — Расстегни мою блузку. - прошептала она. Возбуждение от ощущения, что его пенис ласкает его очаровательная соседка, заставило его сильные руки задрожать, как у олененка, впервые вставшего на новые ножки. Он с трудом справился с крошечными пуговицами. Как только ее лифчик оказался обнажен, он почувствовал, что она наклоняется к нему на колени. Каждый глоток воздуха покидал его тело, когда он почувствовал сначала ее теплое дыхание, а затем ее гораздо более теплый рот, который медленно-медленно поглотил его. Какое-то время Уэйн был почти в оцепенении от всепоглощающего удовольствия, которое доставлял ему сосущий рот Бетти. Постепенно его растущая страсть заставила его раздеть ее как можно лучше. Его грубые руки с благоговением исследовали каждый кусочек обнажившейся кожи. Его пальцы наконец-то нашли ее пухлую, влажную киску. Он ласкал, затем исследовал ее, пока не понял, что больше не может ждать. Придвинув бедра в наилучшее из возможных положений, Уэйн с силой усадил Бетти к себе на колени. — Бетти. Прекрасная Бетти. У меня осталось совсем немного здравомыслия. Если ты скажешь "Прекрати", я так и сделаю. Но если ты этого не сделаешь...Я буду внутри тебя в мгновение ока. Протянув руку под себя, Бетти направила своего нового возлюбленного в свои мягкие, как облако, глубины. Конец. P.S. Дорогой читатель! Понравилось? Если да - пожалуйста, перечислите 10 рублей на карту № 2202200858517376. Вас это сильно по карману не ударит, а для меня это единственный источник дохода. Заранее благодарен. Ваш ЛюбительКлубнички. 13926 19 345 Оставьте свой комментарийЗарегистрируйтесь и оставьте комментарий
Последние рассказы автора ЛюбительКлубнички![]() ![]() ![]() |
© 1997 - 2024 bestweapon.one
Страница сгенерирована за 0.012021 секунд
|
![]() |