Данный фанфик происходит в альтернативной версии вселенной Гарри Поттера.

Все вовлеченные персонажи достигли возраста сексуального согласия.

Читателю: это мой первый рассказ, поэтому не суди строго.

Глава 4. Гермиона Грейнджер.

После четвёртого курса, жизнь Гермионы резко изменилась, она больше не была той выскочкой-заучкой. Нет. Она стала замечательной молодой девушкой, красоту которой теперь отмечал любой волшебник Хогвартса. Даже Драко Малфой, ярый противник грязнокровок в целом и Гермионы Грейнджер в частности не мог не отметить её сексуальности. Правда делал он это весьма специфичным образом, рассказывая своим друзьям как бы грязно он над ней надругался, если бы не был в отношениях с Асторией Гринграсс.

Но не смотря на внешние изменения, внутренне Гермиона оставалась всё той же зажатой девочкой всезнайкой. И, хотя технически девственницей она не была, найденный вибратор у магловской мамы решил эту её проблему, позволив соприкоснуться со взрослым миром, отношения с парнями до сих пор были чем-то недоступным. Нельзя сказать что она сильно переживала по этому поводу - все её силы в данный момент были направлены на учебу, но тем не менее, некоторый дискомфорт присутствовал, так как она достоверно знала что последними девственницами на её курсе остались только она и Ханна Долгопупс (спасибо длинным языкам Лаванды и Парвати). В какой то степени это также ущемляло её соревновательный дух - уж очень она любила побеждать, и во всём быть первой. Именно поэтому ей пришлось прибегнуть к помощи резинового помощника, что, впрочем, было очень приятно и она повторяла эту процедуру практический каждый день прошедшего лета, обнаружив в себе некоторую ненасытность и даже сейчас, вспоминая об этом, приятная теплота разливалась внизу её живота.

В обычных условиях, Гермиона никогда бы не записалась в помощники Северусу Снейпу, она не питала теплых чувств к профессору (что не мешало ей всегда признавать и ценить его интеллект), да и перспектива ручного-монотонного труда её не привлекала, но когда она узнала что за эту работу будут давать баллы факультета - это изменило всё. Еще в начале учебного года, на платформе кингс-кросс, она поспорила с Драко Малфоем, на то, чей факультет победит в этом году. По условиям спора, тому, чей факультет будет первым до нового года, проигравший устроит ужин в самом престижном ресторане магического Лондона, и сам будет выступать в роли официанта (по магловски! Палочкой пользоваться запрещено!), а тот, чей факультет будет первым по окончанию года - получит от проигравшего 10 галеонов и признание превосходства факультета соперника во всеуслышание в главном зале Хогвартса. И Гермиона знала, что Малфой сразу подходил к профессору с просьбой о помощи в унижение грязнокровки, но, по слухам, профессора это сильно разозлило - учебный процесс никогда не был шуткой для него.

Поэтому такого лёгкого способа заработать приличное количество очков упускать было нельзя несмотря на то, что Гермиона и оценивала свои шансы как низкие, в виду потворства Снейпа слизеринцам. Поэтому она сильно удивилась узнав что её выбрали из всех кандидатов (лицо Малфоя в этот момент было настолько выразительным, что она даже оставила себе ниточку воспоминаний об этом моменте). Но, видимо, профессора действительно мало волновали мелкие дрязги учеников из-за балов, а она всё же была лучшая на курсе.

И Всё было хорошо, до того самого дня.

— Три очка гриффиндору! - эти слова кинжалом пронзили её взбудараженное сознание, и ей пришлось остановиться, чтобы понять смысл сказанного. После чего она пулей вылетела из аудитории.

Если сначала в голове у неё было только смущение, то эти три слова повергли её разум в оцепенение настолько сильное, что только ночью, лежа в кровати, она решилась обдумать всё что произошло.

“Три очка? За что? Всегда же было только одно! Это из-за того что он увидел меня в нижнем белье?” - она отогнала эту мысль - “Нет! Не может этого быть! Профессор не такой! А тем более не профессор Снейп. Он конечно не святой, но если бы её попросили перечислить три столпа, на которых держались правила и мораль хогвартса, она бы без запинки произнесла - Дамблдор, Макгонагалл и Снейп!” - и в обычных условиях - эта была бы абсолютная правда. - “Нет, наверное он просто решил похвалить меня за хорошую работу перед праздниками.” - попыталась она зацепиться за спасительную догадку - “А всё остальное, это моя фантазия и фривольности, которые я позволила себе этим летом! Так и знала что до добра они меня не доведут.” - эти мысли почти успокоили её, но тут она вспомнила взгляд профессора, и всё её естество взбунтовалось против уже сложенной и ставшей почти родной теорией о том, что это всё её извращенная фантазия. Она хотела было сохранить эти воспоминания, чтобы лучше разглядеть это воспоминание в омуте памяти, но остановила себя. Что то внутри неё уберегло её от этого шага.

Следующие две недели она то и дело возвращалась мыслями на предстоящую работу помощником. Что ей делать? Сделать вид что ничего не случилось? Да, пожалуй это самое разумное решение, в данной ситуации. “Но три очка!” - возмутилась часть её, которая всегда стремилась побеждать - “это в три раза больше очков!”.

“Я получила их в подарок” - продолжала успокаивать она себя.

“Возможно” - встряла её рациональная половина - “Но это не достоверный факт, нам нужна проверка”

“Какая проверка?” - вопрос был риторическим, но ей не хотелось думать об этом.

“Да и потом, что ты теряешь?” - голос в её голове был абсолютно спокоен - “В худшем профессор просто снова увидит твою попу в трусах и ничего не произойдёт.”

“А если произойдет?” - эта мысль осталась без ответа.

Гермиона стояла перед дверью аудитории, её ладони вспотели, а мысли пребывали в смятении.

Она подняла руку и постучала, после чего открыла дверь и произнесла

— Профессор?