Запах зеленых яблок. Глава 5. Александр
Наденька мне, безусловно, нравилась, но к чему могли привести наши отношения. Она была замужем, имела ребенка, я был женат. Ни о каких серьезных намерениях не могло быть и речи. Я решил вести себя с ней построже и постараться забыть о произошедшем в гостиничном номере. Но где там.
Стоило мне увидеть ее идущей по коридору, окинуть взглядом ее точеную фигурку, мелькание оголенных ног в разрезе юбки, как внутри поднималось такое необузданное желание, что я готов был изнасиловать ее прямо там. Тотчас всплывали в памяти наши жаркие объятия, поцелуи, стоны… Я спешил укрыться в своем кабинете, чтобы не слышать, не видеть ее, но…
Я продержался только пять дней. В пятницу попросил выйти на работу в выходной, не особенно надеясь на успех. Она пришла. Я с самого утра был на взводе и тотчас потащил ее в кабинет. Член разрывал брюки в предвкушении. Конечно, я понимал, что не имею права так себя вести, но ничего не мог с собой поделать.
Лишь только мы остались наедине, я зажал ее в углу и впился в трепещущие губы жадным поцелуем. Какое это было блаженство, не передать словами. Не встретив особого сопротивления, я развернул ее к себе спиной, задрал юбку и, стащив трусики, буквально вонзился в нее сзади, прижав к столу. Мое пятидневное воздержание наконец-то нашло выход. Я терзал ее налитое упругое тело, вколачивая своего героя по самое не балуй. Она дважды кончила, повиснув на моем члене, повизгивая от восторга, пока я, наконец, не кончил тоже.
В тот день ей так и не пришлось поработать, к тому же и работы-то никакой не было. С того дня так и повелось. Я буквально каждый день выискивал моменты, чтобы остаться с Наденькой наедине. Но мы в штабе были не одни, да и компрометировать ее не хотелось, поэтому не так часто это удавалось. Но зато, когда все же такое случалось, мы отдавались нашей обоюдной страсти, как одержимые. Конечно, условия не позволяли насладиться друг другом по-настоящему.
В гостиницу она отказывалась идти категорично, а в кабинетах — все не то. Как-то раз мне до крику захотелось, чтобы она сделала мне минет. Сама она, почему-то, не стремилась к этому, а я как-то не мог ее заставлять. А тут вдруг накатило. Стоило только представить, как ее пухлые, чуть тронутые помадой губки раскрываются, принимая мой член, как он тут же нервно подрагивал под форменными брюками, принимая боевую стойку.
Сил терпеть, просто не было. Я вызвал Наденьку к себе в кабинет и, едва она вошла, прижал к себе, надавил на плечики, вынуждая опуститься на колени. Она отнеслась к этому с пониманием, и уже через пару минут мой герой оказался в сладком плену ее ротика. Она и минет делала превосходно. Я так увлекся, что едва не лишил ее жизни, загоняя член до самого горла. Наконец, я испытал потрясающий по силе оргазм, наполняя ее ротик своим нектаром. Чуть поперхнувшись, Наденька мужественно проглотила его, облизала язычком головку члена. На ее губах застыла блудливая улыбка.
— Я раньше не делала этого, — шепнула она. — Вкусно.
Конечно же, лукавила, но мне было приятно. Мы продолжали встречаться в тесных рамках кабинетных условий, но ничего другого я придумать не мог, а тут еще, как назло, приехала моя жена. Пришлось временно прекратить наши отношения, потому что на двоих у меня просто не хватило бы сил. Наденька сразу поняла это и как-то тоже замкнулась, стараясь реже попадаться мне на глаза, хотя я видел, что она переживает, мучается.
Возможно, тоже прониклась ко мне какими-то чувствами, хотя никогда о них не заговаривала. Слава Богу, это продлилось недолго. Моя благоверная, получив изрядную долю сексуальных нагрузок, а еще больше материальных вознаграждений, укатила в Питер.
Так и не понял, чего она так испугалась. То ли климат не подошел, то ли окружающая, довольно скудная, инфраструктура, то ли ей кто нашептал про нас с Надюшей, но мы расстались довольно холодно. У нас и раньше-то не все было ладно, а тут и вовсе дохнуло холодом. Короче говоря, укатила она, тем самым, развязывая мне руки. И не только руки…
Наше общение с Наденькой продолжалось и стало еще более пылким и горячим. Не знаю, как она там оправдывалась перед мужем, которого она по-прежнему называла сожителем, но ей удавалось каждый раз убежать от него, лишь только я звонил или заранее предупреждал о встрече. Летом мы несколько раз выбирались на природу, используя служебный УАЗик, жарили шашлыки, пили пиво, вино и, естественно, занимались любовью. Я так к ней привык, что уже не мог обходиться без ее нежных рук, шелковистой кожи и мягких теплых губ, не говоря уже обо всем остальном.
Совершенно случайно я узнал, что ее отправляют в командировку, в Алма-Ату, для повышения квалификации на целую неделю. Что было делать? И мне опять повезло. Начальник финансовой части уезжал туда же для сдачи отчетности за девять месяцев. В этот раз нужно было решить еще какие-то проблемы с финансированием, а для этого нужны были связи в Управлении. Таковые имелись у меня и командир самолично попросил оказать содействие в решении этого вопроса, оформив командировку и на меня, прибавив при этом солидные комиссионные для пользы дела.
Все складывалось, как нельзя лучше. Я решил сделать сюрприз Наденьке, поэтому ничего не говорил ей заранее, а приехал прямо на вокзал к отходу поезда. Николай, наш начфин, взял с собой и бухгалтера, Лену, которая должна была помогать при сдаче отчетности. Короче говоря, компания у нас подобралась что надо. Через пару часов мы уладили все вопросы с проводниками и оказались в одном купе.
Надюша сияла от радости, а, когда я под надуманным предлогом спровадил Колю с Ленкой в ресторан, даже сделала мне классный минет. В Алма-Ате нас встретил один из работников части, отвез в гостиницу, заранее предупредив, что через пять-шесть дней ее закрывают на текущий ремонт и, если мы до того времени не управимся, придется искать что-то другое.
В тот момент мне все было по барабану. Единственным желанием было остаться с Наденькой наедине. Нас расселили по номерам, естественно по разным, но уже через несколько минут мы собрались у нас отметить приезд и совместное пребывание в столице. Однако, не успели мы даже выпить толком, как меня потянуло поближе к десерту.
На Наденьке был легкий воздушный халатик, под которым, я точно знал, пряталось горячее, жаждущее ласки, тело. Она сидела рядышком, такая желанная, доступная, любимая. И я не утерпел. Едва выпили по пару рюмок, как мои руки сами потянулись к любимой — теперь я в этом нисколько не сомневался — женщине. Я обнял ее за плечи, поцеловал и буквально увалил на постель. Мне было наплевать, что обо мне подумает Ленка, Николай. Я ее хотел, причем немедленно. Как приятно было ощущать упругое, податливое тело, горячие губы, трепещущие в ответном порыве.
Скрипнула входная дверь. Ленка с Колей ушли, не дожидаясь продолжения. Я был только рад этому. Раздвинув полы халатика, я был буквально ослеплен открывшейся картиной. Безумное по красоте тело трепетало передо мной, сверкая наготой. Раньше мне приходилось наблюдать его то в полумраке номера, то в кабинете, причем лишь отдельными частями, но теперь…
Теперь оно было все передо мной. Она хотела меня, также, как и я ее. Стянув трико, я без всякой подготовки вонзился в истекающее влагой лоно, припечатал ее к протяжно заскрипевшей кровати. Любовный порыв захватил нас, унес в небытие.
Наденька извивалась в моих объятиях, громко стонала, а один раз даже вцепилась зубами за плечо, забившись в оргазме. Обхватив ладонями пышные ягодицы Наденьки, я с силой буравил ее тело, до упора вгоняя в ее лоно горячий, закаменевший член. Через несколько минут мы забились в умопомрачительном оргазме. Я замер на ней, явственно ощущая, как сокращаются стенки ее влагалища, принимающего мой нектар.
— Хочу еще, — прошептала он, едва разлепив припухшие губы.
После контрастного душа мы снова завалились с ней в постель и, хотя кровать была одинарной, нам места хватило. Впервые мы были вместе, причем целую ночь. Я целовал ее всю, лаская губами нежное, трепещущее тело. Добравшись до расселины, припал губами к раскрывшемуся бутону, впился поцелуем в трепещущие губки влагалища, глубоко запуская язык между влажными лепестками. Такого я не проделывал раньше даже со своей женой.
Продолжение следует…
