«Складывать все яйца в одну корзину — дело бесперспективное», — подумала Оля и решила диверсифицировать свою деятельность по поиску своего места в этой жизни и спутников, которые бы эту жизнь ей обеспечили бы на должном уровне.

Как и ранее, естественно, филологическими изысками Оля «не страдала» и потому быстрее понимала все это своим естеством, чем могла бы достаточно лаконично изложить в паре предложений.

И раз у Игорь Александрович и хоть и был похотлив и щедр соразмерно своей похоти, но «складываять все же яйца в одну корзину» — нет, это было не про Ольгу.

Кроме шефа, практически каждый обеденный перерыв «отдиравшим» свою секретаршу на столе, под ним, на диванчике, и даже порой распластав оголенные её груди по окну кабинета, у Оли водилось сразу по несколько парней. От пары до целого выводка. Но все они в той или иной мере подпадали под две больших категории — одни были в состоянии одарить её вниманием и подарками, вторые разве что на внимание и могли быть способны, зато, что говорится, «для души» прилагались идеально.

— Привет, крошка! — было без нескольких минут до выхода с работы. Шеф только что затребовал недельный отчет и получив его в форме быстрого минета под столом, отпустил свою секретаршу на все четыре стороны, на прощание хлопнув ту по её попке.

— Алло, дорогой! — томно произнесла Оля, забрасывая взгляд под самый потолок и проклиная ту секунду, когда ответила на этот вызов.

Звонил Николай. Тот самый Николай, что рассекал по дрогам города на дорогущем купленным папой мерсе и не упускал случая засунуть Ольге меж ног, но все чаше баловавшийся её попкой.

— Я уже возле входа! — произнес он. — Жду. — и отключился.

«Ну и ладно!» — подумала Ольга. У неё была как раз назначена встреча с её наивным студентом-воздыхателем. И если Николай больше интересовался её попкой и тем, даст ли она его другу, то второй на последние деньги покупал ей цветы и млел, если время от времени удостаивался беглого минета.

— Привет, малышка! — Николай был то ли пьян, то ли и вовсе под коксом.

— Привет и тебе дорогой, — запрыгнула на переднее сидение его авто Оля. — У меня сегодня вечером дела, — пояснила она. — Я так рада тебя видеть, — их уста сомкнулись, она обнимала его со всей страстью. — Но правда, у меня чуть позже дела... — она не позволяла ему даже мысленно возразить себе, тут же расстегивая его брюки и не отрываясь от уст.

— Ладно, ладно, — отмахнулся он как-то небрежно. — Тогда давай все по быстрому и разбежимся, — согласился он.

Машина тронулась и Олина голова тут же упала ему на колени, руки вскрыли ширинку, вынули все, что там скрывалось и тут же её губы, действуя уже даже более машинально, чем осознанно, поглотили все тут найденное. Николай вздрогнул, вздохнул, но скорость не сбросил, напротив, лишь разгоняясь.

— Давай, не останавливайся, — подбадривал её водитель, закладывая вираж, отчего его орган уже начавший твердеть, влетал ей то глубоко в глотку, то вылетал наружу, Оле лишь оставалось следить за тем, чтобы не травмировать водителя в таких ситуациях.

— Давай-давай! — не останавливайся. — постанывая вскрикивал он, поощряя Олю к действию. Его орган уже во всю стоял колом и женская копна волос, что орудовала меж ног Николая, лишь добавляла пикантности ситуации.

— Только смотри, не сильно быстро, — приостанавливал он её. — Я не буду в тебя сейчас спускать.

Она понимала — сейчас это лишь прелюдия. bеstwеаpоn.ru Не более чем безобидный дородный минетик, за которым обязательно что-то последует.

«Угу!» — не то кивала, не то вновь поглощала орган она, создавая давление на его головку и страшась более плотно сомкнуть челюсти, не предполагая даже времени, когда водитель заложит очередной вираж.

— Так-так-так, моя девочка! — помогал её рукой, придавливая голову сверху водитель. — Давай, давай, высоси все, что там есть.

— Не-не-не, только не делай так, чтобы я кончил, — кричал Николай. — Я сейчас, сейчас уже будем, — крутил руль он. — Не спеши.

Оля замедлилась, ослабила хватку и провела языком по головке.

— Приехали, заложил последний, но довольно крутой вираж он. Машина замерла где-то в глухом переулке и спинка кресла за Ольгой тут же поползла назад.

— Откидываясь, — скомандовал Николай, подымая голову Оли за волос, снимая ту со своего разбухшего органа. — Давай, — указал он на разложившееся сидение. Сегодня хочу тебя в попку! — и Оля повиновалась.