Я вошла в номер и удивилась: в кресле сидела рыжеволосая веснушчатая девчонка, одетая в красный лифчик и синие шорты. Она улыбнулась и сказала:

— Чарли, гони её ко мне!

Дверь ванны открылась и оттуда показался здоровенный чёрный доберман. Он оскалил клыки и я шарахнулась прочь, спотыкнулась о ковёр и упала как раз к ногам девчонки. Она ткнула меня ногой в лицо:

— На колени, сучка!

Оскал добермана заставил меня выполнить приказ. Девчонка сняла с меня очки, распустила волосы и, взяв меня пальцами за щёки долго рассматривала, потом вынесла приговор:

— А ты ничего, с тобой приятно будет работать! Пока не шевелись, Чарли, покарауль.

Собак подошёл ко мне и задышал в затылок. А девчонка тем временем вытащила большую сумку, покопа­лась в ней, достала несколько камер и разместила по всему номеру. Потом достала ноутбук и подключила к камерам. Удовлетворённо кивнув, она подошла ко мне:

— И так, первое. Неважно как тебя назвали папа с мамой, какое имя у тебя в паспорте, отныне твоё имя Детка. Второе: ко мне обращаться только на "вы" и только госпожа. Тебе ясно? - Я кивнула. – А почему я ничего не слышу? Тебе ясно?

— Мне всё ясно, госпожа! – прошептала я.

— Громче! – сказала девчонка.

— Мне всё ясно, госпожа! – повторила я.

Так-то лучше! – кивнула "госпожа". – Третье. Мои приказания выполнять моментально. Всякое промедление будет караться. – Она достала из сумки несколько предметов. –Этим, - девчонка показала хлыст, - этим, - показала кнут, - или этим, - показала стек. – В крайнем случае – усмехнулась "госпожа", – тебя накажет Чарли.

Доберман оскалился. А девчонка переоделась. Скинула топик и шортики, натянула маску кошки, сапоги выше колен на высоченном каблуке, перчатки по локоть и корсет. Я искоса смотрела на неё: длинные стройные ноги, широкие бёдра, узкая талия небольшие красивой формы груди, стройная шея, смазливое личико, густые рыжие кудри... Против воли я почувствовала, как возбуждаюсь. Внезапно, схватив хлыст, "госпожа" ударила меня по спине:

— Чего расселась?! Раздевайся!

Я вскочила и начала снимать пиджак.

— Нет! Нет! Нет! – остановила меня девчонка. – Ты не в армии "45 секунд отбой"! Раздевайся медленно, сексуально, вращай бёдрами, тряси сиськами, извивайся. Ты поняла? А то Чарли тебе объяснит! – Доберман рыкнул и оскалил лыки.

— Да, госпожа! – сказала я.

И напевая мелодию, я стала раздеваться. "Медленно, сексуально, вращая бёдрами, тряся сиськами, извиваясь".

— Молодец! – захлопала девчонка, когда я стянула трусики. – У тебя талант! Съешь конфетку!

Она вытащила из сумки шоколадную конфету, развернула и протянула мне на ладони. Сначала я хотела подойти и взять, но, взглянув на "госпожу", встала на четвереньки и поползла через весь номер. Добравшись до конфеты, взяла её ртом и съела.

— Умная девочка! – девчонка погладила меня по щеке. – С тобой приятно работать! Продолжим!

"Госпожа" достала из сумки кожаные манжеты надела мне на руки и ноги, потом две металлические палки и пристегнула их к манжетам, палки эти она соединила ещё одной, так что я оказалась почти обездвижена, если переползать, то одновременно надо двигать руку и ногу справа или слева. Потом девчонка собрала мои волосы в два хвоста и закрепила резинками. Прищурившись, она вытащила галстук в красную клетку и повязала мне на шею. Я не поняла, а "госпожа" достала зеркало и продемонстрировала меня в нём. Не удержавшись я хихикнула: просто развратная школьница, несмотря на зрелые формы.

— Пора познать какая ты на вкус! – воскликнула "госпожа" и опустившись на колени сзади меня, впилась в мою киску.

Я честно скажу: у меня был некоторый лесбийский опыт, я трахалась и с подругами и в школе, и в институте, и по жизни, но более лучшей лизуньи я не встречала. Эта девчонка была способна даже покойницу заставить кончить своим языком. Что уже говорить обо мне! Несколько минут, и я бурно кончила.

Тут "госпожа" отстранилась, а её язычок сменил другой, более широкой. Самой собой, это был её собакен, Чарли. Я и без этого догадывалась, что он выполняет функции не только охранника и сторожа. А девчонка стала передо мной и сказала:

— Ну-ка покажи мне, что ты лесби!

Я, уже распалённая, с жадностью заработала языком. Лесби не лесби, а ублажать языком я умела. И вскоре "госпожа" кончила. Тут я почувствовала, что мою киску перестали лизать и собакен взгромоздился на мою спину. –Чарли кыш! – приказала девчонка. – Кыш я сказала! Сначала я, потом ты! У нас ещё вся ночь впереди! – Вот же засранец! – пожаловалась она мне. – Всё время пытается вперёд залезть. Сейчас слушается, а первое время приходилось за ошейник оттаскивать. Ну ладно, продолжим!

"Госпожа" покопалась в сумке и достала какую-то штуку.

— Знаешь, - сказала она, - мне не нравится, когда ты крутишь головой и смотришь по сторонам. Поэтому я решила надеть тебе этот ошейник!

Это хреновина из пластика окольцевала мою шею, не давая сдвинуть ни на миллиметр, плюс какая-то сбруя на голову со шторками. Так что я могла смотреть только вперёд. В рот вставлен кляп в виде большого кольца, растянув почти до предела. И всё это было заперто на замочки, я слышала как они щёлкали.

— Ну вот! – сказала девчонка. – Совсем другое дело! Какая красота! Моя ты прелесть! А теперь займёмся дырочками! Чарли, у тебя есть время для рта!

Девчонка надела здоровенный розовый страпон, я ещё успела заметить, что нижнюю часть она вставила себе в киску, очевидно собираясь и сама получить несколько оргазмов. Успела – потому что передо мной появился доберман и закинул передние лапы мне на спину, попав своим членом прямо мне в рот. Кольцо не позволило сжать зубы, так что чёртова псина могла свободно трахать меня. Чем и занялась.

Я ничего не видела, кроме собачьего паха, только закрыть глаза, что я и сделала. А мою киску в это время терзала эта маленькая "госпожа" своим здоровенным страпоном, да ещё, гадюка, стегала по заднице хлыстом. И нас троих – меня, "госпожу" и добермана – накрыл оргазм. Вы знаете вкус собачьей спермы? Словами не опишешь, нужно именно почувствовать. Когда в меня стала извергаться эта самая сперма, я едва не захлебнулась от количества её, но всё-таки справилась.

Дождавшись пока узел на его члене спадёт, доберман отбежал в сторону, а девчонка занялась моей попочкой. Я протестующе замычала, но девчонка достала надувной кляп и заткнула мне рот, заявив, что я своим мычанием перебужу всю гостиницу. И продолжила своё дело. Один её пальчик вошёл свободно, два с трудом, три – еле-еле, четыре уже не лезли. Но садистка оказалась упорной, добавила масла, крема и сумела сначала просунуть четыре пальца, а потом и всю кисть. И страпон, сука, выбрала просто колоссальный, и начала сношать меня в попу.

Собак девчонки трахал меня то в рот, то в киску, а "госпожа" исключительно в попу. До утра меня трахали как заведённые. Я уже еле стояла на четвереньках, замученная если не до смерти, то до полусмерти точно. Лишь около семи утра, девчонка скомандовала отбой и стала снимать своё оборудование: упряжь с кольцом, ошейник, палки, манжеты. Я, где стояла, там и свалилась без сил.

— Взглянув на одевающуюся девчонку, я спросила:

— Госпожа, а почему вы пришли именно ко мне?

— Заказ, Детка! – улыбнулась девчонка. – Кое-кому в вашей организации очень не понравилось, что тебя назначили начальником. И он заказал тебя опустить пожёстче. Думаю, траха с собакой будет достаточно.

В голове у меня щёлкнуло. Ваня, сукин сын! Он тоже претендовал на это место! И обещал сделать всё, чтобы меня убрали!

— Госпожа, - спросила я. – А нельзя ли этого "кое-кого" опустить ещё больше? Чтобы было несколько собак и пять шесть мужиков? Деньги у меня есть, я заплачу.

— Гм... - хмыкнула девчонка. – Я этим не занимаюсь, моя специализация – женщины, но я передам твой заказ нашему координатору. Жди звонка. И, кстати, если понравилось, я оставила тебе свой телефон. Чао!

И ушла.

Пришлось позвонить на работу, сказать, что я заболела и весь день отходить от это безумного траха. Весь день я пыталась разобраться в себе, своих чувствах. И лишь к вечеру сквозь негодование и злость пробилось истинное чувство: я хоте снова это испытать! Хотела, чтобы меня связали, хотела, чтобы меня обзывали, оскорбляли, унижали, и, конечно, хотела, чтобы меня трахали, трахали, и трахали! Я нашла номер телефона, который мне оставила девчонка и позвонила.

— Слушаю, - услышала я её голос.

— Госпожа, - сказала я, - это Детка. Мы можем снова встретиться?