Вечер прошёл относительно спокойно. Мама вернулась чем-то серьёзно взволнованной, на детали внимания не обращала, вопросов не задавала, и было видно, что ей сейчас не до дочек. Наташа пришла в себя и практически не нервничала, в то время как обычно спокойная Катерина явно была раздосадована решением сестры играть в молчанку. Движения её за ужином были порывистыми, резкими. Однажды она не удержалась и метнула выразительный взгляд на сестру, потом перекинула его на маму. В тот миг у Наты внутри всё похолодело. Но мама была настолько увлечена своими проблемами, что даже никак не отреагировала. Катя от этого распалилась только сильнее и, чтобы не нарушать обета молчания, встала, поблагодарила всех за ужин, хотя готовила сама и ушла. Мама только неуверенно улыбнулась ей и тут же погрузилась обратно в раздумья. Наташа быстро разделалась со своей порцией, прибралась на столе и тихо ушла в свою комнату.

Катя лежала на своей кровати, воткнув наушники, и не отреагировала на вошедшую сестру. Наташа постояла у дверей, чувствуя смутную вину по отношению к Катерине. «Наверное, мне стоит объяснится... Или перестать терзаться. В конце концов, это моя жизнь и я буду сама решать, что с ней делать», — решила про себя Ната, но чувство вины никуда не делось. В последнее время, начитавшись «умных» постов по психологии, она давала себе громкие обещания в попытках поднять самооценку. Наташа уже и сама поняла, что метод так себе, да и результатов никаких не даёт, но привычка осталась. Решив, что сейчас для разговора с сестрой далеко не лучший момент, Ната решила готовиться ко сну. День был богат на потрясения, сил на проекты и доклады не осталось никаких, да и включать уже притушенный свет с сестрой в таком состоянии могло дать искру для никому не нужного эмоционального взрыва.

Раздевшись до белья, Наташа почувствовала спиной пристальный взгляд сестры, но решила не реагировать. Только в горле образовался комочек, слегка затрудняющий дыхание, да в голове пронеслись развратные картины с Катериной, скидывающей джинсы на пол. Наташа тряхнула головой и глубоко вздохнула, пресекая всякие пошлые мысли. Пока мама дома, ни о каком сексе и речи быть не может. Скользнув в прохладнее свежее бельё, Наташа долго лежала с открытыми глазами, пытаясь расслышать, что слушает сестра, и угадать её настроение, но бесполезно. На кухне чем-то стеклянным зазвенела мама, и Наталья забросила своё дело, закрыв глаза и сознательно направляя себя в сон. Сестра зашуршала простынями, готовясь ко сну, скорее всего. Щёлкнул выключатель.

Ната была на грани сознания, когда одеяло внезапно сложилось пополам у неё на груди, оставляя всё ниже пояса снаружи. Не успела Наташа открыть глаза, как тень, сдернувшая с неё одеяло, уселась на её промежность, а на рот легла ладонь, за одно закрыв и нос, и доступ к кислороду. Ната уставилась на тень. Сочная грудь, пышные волосы. На bеstwеаpоn анализ ситуации не хватало времени — кончился воздух. Наталья дёрнулась головой назад, высвободив нос, вдохнула полной грудью воздух и тут же почувствовала запах сестринских духов. Значит, это сестра. Какого чёрта она творит? Неужели нельзя по-нормальному? С кухни раздался мелодичный звон. «Мама же на кухне! Сестра знала, что я ни в какую не соглашусь, пока мама дома». Наташа разозлилась на сестру. Ей-то не влетит, если их застукают!

Тем временем сестра уже стянула трусы с Наты и вовсю гладила её гладкие пухлые половые губки, которые Наташа побрила ради спокойствия ещё вчера, готовясь к свиданию с Кириллом. Катины пальчики нежно обхватили Наташин мягкий член и нежно его сжали. Наташа не могла справиться с нарастающим возбуждением и почувствовала, как её орган начинает наливаться кровью. Тогда она пошла на серьёзные меры и, обеими руками схватив руку сестры, закрывающую ей рот, спихнула её в сторону. Уперевшись в кровать обеими руками, Ната собиралась выскользнуть из-под сестры, но тут Катя, прекратив манипуляции с членом, обеими руками обвила Наталью, прижав её руки к телу. Лифчика на ней не было, и её голые груди сладко прижались к плоской груди Наты. К слегка привставшему пенису прильнуло горячее влажное влагалище, резко подстегнув его рост. Ната вздрогнула. После двух оргазмов непривычный к ласке член был излишне чувствительным. Даже от напора крови изнутри его начинало неприятно покалывать, но тепло мягкого женского тела заставляло хотеть ещё. Наташа рванулась из последних сил и обмякла, отдавшись на волю сестры. Катерина не заставила себя ждать. Впотьмах выудив откуда-то пакетик презерватива, она ловко раскрыла его и одной рукой натянула на окрепший орган. Тут же он отправился в её жаркое лоно. Бёдра Кати крепко сжали сестру, пока она самозабвенно прыгала. Двигались одни бёдра, сама Катерина лежала на груди у Наташи, обжигая её частым горячим дыханием. Обе сестры дышали часто, через рот, боясь проронить хоть стон. От сильных ощущений у Наташи закружилась голова, ноги онемели, а сама она потеряла счёт времени. Так продолжалось, пока до сестёр не донёсся стук дверей — мама наконец-то вышла с кухни и прошла в туалет. Катерина притихла. Сквозь головокружение Ната почувствовала страх и попыталась вырваться, но Катины бёдра держали её стальной хваткой, а силы онемевших ног явно не хватило для вооружённого переворота. Наташа добилась лишь того, что поняла: она на грани оргазма.

Двери хлопнули повторно и обе сестры, затихнув, услышали, как босые ноги прошлёпали к их комнате. Холод сковал внутренности Натальи, живот заболел, на лбу выступил липкий пот, а член задеревенел от ужаса. Катя сжалась, и Наташа почувствовала, как судорожно сокращается её влагалище от подступившего оргазма. Тут же Ната кончила сама, успев перед эякуляций набрать полные лёгкие воздуха и задержать дыхание, чтобы не застонать. Перед глазами поплыли разноцветные круги, от оргазма тело дрожало крупной дрожью, страх сжимал сердце ледяными тисками, воздух рвался обратно, а из пениса непрекращающимся ручейком капала сперма. Выгнувшись дугой, Наташа уже не знала как себя сдерживать, когда лицо ей снова прикрыла рука сестры. Как же Ната была ей благодарна. Постепенно оргазм миновал, тело расслабилась и Наташа тоненькой струйкой неслышно выдохнула. Босые ноги тихо потоптались у дверей и зашлёпали в сторону родительской спальни. Сёстры дали волю дыханию, с огромным удовольствием громко вдыхая прохладный ночной воздух. Поцеловав сестру в щёку, Катя негнущимися ногами добрела до своей кровати. Ната успела только поправить одеяло, как провалилась в глубокий тревожный сон без сновидений.