…и я почувствовал на головке своего члена ее горячий ротик.

– Диана! Прекрати! Прости меня ради бога! Я сам не понял, как это вышло! Я больше не буду! – взмолился я, отбрасывая одеяло.

Я увидел голенькую, стоящую на четвереньках племянницу, аппетитно смакующую мой хуй, и задрожал. Глаза мои закатились и я откинулся назад.

– Что же ты делаешь, племяшка?

Диана оторвала себя от члена и прильнула к моей груди. Чмокнула в кадык и заглянула в глаза.

– Око за око, дядя. Не такой это уж и грех.

– Что же я Сереге скажу?

– Ничего. Зачем это нужно? – спросила она и снова сжала мой член, – Мне уйти? – лизнула шею, – Или остаться и продолжить? – засунула язычок в мое ухо.

– Нет!… Да!… Останься… Нет!… Да!… Продолжай, девочка… Ох! Черт побери! Продолжай…

– Абсолютно верное решение, – тихо, но очень эротично прошептала она мне на ухо. – Я хочу отсосать у тебя. Понимаешь? Я. Очень. Хочу. Пососать. Твой. Огромный. Хуй.

– Да – а – а!

Водя своим языком по моей щеке, шее, груди, животу, лобку (!!!!), она опустилась вниз и медленно поглотила мой член. О, боже! Племяшка! Да – а! Она вынула его изо рта и лизнула член от самых яиц до головки, и снова заглотила. Гулкое хлюпанье в ее полости уходило все глубже и глубже и вскоре я ощутил, как головку моего члена сжала ее гортань, а ее язык вжался в мою мошонку.

– Твою мать! – вскрикнул я и, схватив ее за голову, прижал ее сильнее. – Диана, бля!

Племянница ударила меня по рукам и, когда я их убрал, отпрянула от моей промежности. Посмотрела на меня и широко улыбнулась.

– Не шали, дядька. Всего понемногу.

Она перекинула одну ногу через меня и ее пизденка оказалась на уровне моего члена. Диана потерлась клитором о его нижнюю часть и упала на меня, продолжая двигаться.

– Ну, и как тебе?

– Охуенно!

– Эх, ты, блудливый – шелудивый. Понравилось ебать спящую племянницу?

– Прости меня, Диан! – извинился я, задыхаясь воздействия ее паха мой член.

– Взял и глумливо изнасиловал беспомощную девочку, кончил внутрь, поковырялся в ее дырочке и убежал. Маньяк!

Крикнув последнее слово, девчонка выгнулась и точно опустилась своим влагалищем на мой хуй.

– Отличный у тебя хуй, дядька. Ебешь им эту свою брюнеточку? Анально, наверное?

Я схватил ее маленькую грудку и сжал. Диана ахнула от боли, но продолжила скакать на мне.

– Любишь грубость? Извращенец. Вот почему у тебя нет жены.

– Заткнись! – вскрикнул я и перевернул ее под себя. – Маленькая блядь!

– Да!

– Маленькая грязная сучка!

– Да! Ругай меня!

– Шлюшка!

Я заломил ей руки, укусил за ухо и стал яростно вдалбливать в нее свой хуй.

– Да, черт! Ах! Еби свою маленькую шлюшку! Ах! Боже мой, как хорошо! Ах!

Я сжал ее в своих объятиях, облизывая лицо и шею, и трахал ее в ее маленькую похотливую пизду, обильно сочащуюся от возбуждения. Едва дыша, в тисках моих рук, она бойко вскрикивала и старалась ритмично подмахивать мне.

– Нравится, сучка?!

– Да, дядечка! Трахай меня сильнее!

– Сейчас кончу! Господи!

– Трахай свою шлюшку, не кончай! Только не в меня!

– Тогда куда? В жопу?

– Да! О, нет! Это не я! Не в жопу!

Но было поздно. Сперма наполнила член и, еле ее сдерживая, я вогнал в смазанную ее выделениями попку свой хуй и бурно излился в кишку большими продолжительными струями.

– А – а – а! Черт! Больно, дядька!

– А, бля, терпи, Дианочка! А, терпи, моя девочка! А!

Я двигал своим членом в ее заднице и сжимал в объятиях ее хрупкое тело, и заполнял ее своей горячей спермой. Наконец, член выскользнул из ее ануса.

Мы долго лежали в темноте, я – на ней, она – подо мной, и приводили в порядок свое сбитое дыхание.

– Что ж ты наделал, дядя?

– Извини, солнышко мое, я не смог удержаться.

– В жопу меня поимел, – продолжала она. – Ты, наверное, там все разорвал. Я пошевелиться боюсь.

– Прости меня, но ты сама ко мне пришла.

– Ты меня пьяную изнасиловал!

– А не хер по ночам гулять. Шлюшка.

Мы оба захохотали.

Продолжение следует…

7809   2 9   +7.49 [54]

Диана, Грубость