Столь неожиданную сцену я лицезрел в течение каких-то долей секунды. Почувствовал перемену обстановки, девушка распахнула глаза, испуганно уставившись на меня. Одновременно с этим, Айпери, со свистяще-хлюпающим звуком выдернула из себя огромный фаллоимитатор, похожий на блестящую красную чурчхелу. Другой рукой она попыталась натянуть на голые ляжки подол халата.
Кровь резко ударила мне в голову, я почувствовал, как краска заливает лицо. Отведя глаза в сторону, я пробормотал:
— Там Олег волнуется.. Возвращайся, - и захлопнул дверь с другой стороны. Сердце бешено колотилось в груди, дышать было трудно. Всё ещё держась за дверную ручку, я посмотрел на себя в зеркало. Увидел безумный блеск своих глаз и зачем-то пригладил волосы. Сделал глубокий вдох и вышел из тамбура в зал.
Через пару минут Айпери вернулась на своё рабочее место. Друг на друга мы старались не смотреть. Время до утра прошло в молчании.
Ночная смена продавцов обычно уходила раньше нас, охранников. В утренней чехарде я не заметил, как вместо Айпери за кассой оказалась другая девушка. Наверное, в это время был на другом посту - тем более, что хоздвор уже распечатали и открыли для приёмки новых партий товара. Магазин начинал жить совсем другой, суматошной и шумной, дневной жизнью. Наконец я дождался сменщика, переоделся и вышел на улицу.
Эти минуты, первые минуты предстоящего выходного дня, я любил больше всего и старался максимально их растянуть. Сдав смену, я, как правило, покупал банку джин-тоника и присоединялся к толпе вечных бездельников у метро. Мимо нас под землю спускался непрерывный поток людей, рядом текла гудящая вереница автомобилей, чуть вдалеке звенел трамвай.
Воздух, совсем недавно по-утреннему свежий и чистый - насколько чистым может быть воздух в Москве - стремительно густел от выхлопных газов. Но эту вонь, смешанную с запахом горелой резины, поднимавшимся из каверны метро, и ароматами разложения из мусорных баков немного поодаль, я тоже любил. Как символ посвящения в тайное братство, как знак того, что я - часть огромного города, лучшего города на земле..
Отхлебнув алкогольной шипучки и закурив, я поставил банку на парапет подземного перехода и вдруг увидел Айпери. Она медленно шла в мою сторону, пропуская перед собой спешащих к спуску в метро, пересекающих её путь людей. На плече у девушки золотилась цепочка сумочки, которую Айпери придерживала рукой. Одета она была в чёрные лосины, светлую футболку с Микки-Маусом и короткую джинсовую куртку розового цвета с блёстками на груди. К моему утреннему благодушию добавился интерес - что она тут делает и почему после работы не поехала домой?
— Привет, - подойдя, сказала Айпери и настороженно улыбнулась, склонив голову набок, словно изучая мою реакцию.
— Вроде виделись, - грубовато ответил я и вдруг вспомнил в деталях ВСЕ обстоятельства, при которых мы успели пересечься минувшей ночью.
— Да уж, - смущённо промолвила девушка, опустив глаза. Затем решительно подняла их и, глядя мне в лицо, произнесла:
— Я хотела бы с тобой поговорить о.. - она вдруг осеклась.
— О том, что я видел, - завершил я за неё. -Будь спокойна, никто и ничего не узнает. Я не трепач. Все мы люди-человеки, - добавил я, сам не зная, зачем.
— Слав, я просто хотела тебе объяснить.. - было заметно, как непросто даётся Айпери построение этой фразы.
— Знаешь, что.. - я допил остатки джин-тоника и бросил пустую банку в стоявшую рядом квадратную жестяную урну, - если хочешь мне что-то объяснить, давай сделаем так..
Затянувшись в последний раз и выпустив дым, я щелчком отправил бычок вслед за банкой:
— Мы сейчас берём чего-нибудь выпить и едем ко мне. Вот там и поговорим. Тем более, - добавил я, - что в неформальной обстановке мы с тобой никогда не общались. Работа и работа..
Айпери задумалась.
— А как же твоя жена? - спросила она после паузы.
— А что жена? Жена на работе. Она, в отличие от нас, трудится в нормальном режиме.
— А соседи? - было заметно, что девушка не против предложенного мною варианта, но хочет подстраховаться со всех сторон.
— Да я этих соседей знать не знаю, - уже нетерпеливо и с лёгким раздражением в голосе произнёс я, - так же, как и они меня, впрочем..
Айпери снова задумалась.
— Нет, - наконец выдала она, - к тебе не пойду. Просто, поговорить хотелось откровенно, а чужая обстановка будет на меня давить.
Я нарочито равнодушно пожал плечами, рассеянно глядя в сторону. Толпа спускающихся в метро людей была уже не такой плотной. Солнце над головой висело в дымке. День обещал быть жарким.
— Слушай.. - глаза Айпери вдруг расширились, в них мелькнула какая-то новая мысль. -Недалеко от моего дома есть хорошее место, на берегу Москва-реки. Можно будет посидеть там. И на природе, и не помешает никто..
— Это в парке, что ли? - я знал, что Айпери живёт возле зелёного массива, естественной границей которого был обрывистый речной склон.
— Ну да. Пойдём! - девушка уже тянула меня за руку. Я оторвался от парапета..
Часа через полтора мы сидели на траве, прислонившись спинами к двум толстым берёзам. Вернее, на траве расположился только я - Айпери постелила под необъятную попу снятую с себя и аккуратно разложенную джинсовую куртку. Мы сидели лицом к лицу, соприкасаясь полусогнутыми, раскинутыми в стороны ногами. Между нами стояли пустая бутылка из-под Советского шампанского и полупустая - моя вторая с утра - банка джин-тоника.
Я решил не мешать напитки и предоставил шампунь в полное распоряжение Айпери, которая выдула его в один присест. Завершали композицию пластиковый стакан и обломки шоколада на мятой фольге. Со всех сторон полянка была окружена кустами метра в полтора высотой. Белёсо-голубое небо над нашими головами было отчёркнуто тёмной кромкой обрыва с бахромой жухлой травы по самому краю. В просветах между ветками кустов виднелась Москва-река.
— Мне два-адцать ле-ет, - говорила Айпери, растягивая слова. От выпитой в одиночку бутылки шампанского её язык временами заплетался. -Два-а-адца-ать.. Вот тебе сколько? - до этого момента монолог девушки носил автобиографический характер, но теперь она решила, наконец, переключиться на меня.
— Тридцать семь.
— А жене твоей? - Айпери прищурилась.
— Двадцать пять.
— Красивая? - в голосе девушки звучала неприкрытая ревность.
— Не без того..
Мне не хотелось вдаваться в подробности. Жена моя действительно была красавицей. Высокая блондинка классической модельной наружности. При этом она успела поучиться в испанском универе и поработать в кубинском консульстве, знала шесть языков и снималась для журналов, водила, как автогонщица, и - в отличие от меня - стремительно делала карьеру. Но в последнее время я всё чаще ловил себя на том, что наши отношения становятся привычкой. Не было больше той страсти, того предчувствия новой жизни, которое заставило меня сняться с насиженного места, бросить всё и уехать со вчерашней студенткой (а ныне успешной бизнес-вумен) в московскую неизвестность.
Дело было даже не в том, что разница между нашими социальными статусами стремительно росла, нет. Просто мы постепенно становились всё более и более независимыми друг от друга, всё меньше и меньше друг в друге нуждались, и единственным связующим звеном между нами оставался уже лишь общий московский адрес проживания. Да общая малая родина - ведь в столицу мы приехали вместе..
— Э-эй, ты где-е? - голос Айпери вернул меня к действительности. Я стряхнул с себя пелену невесёлых мыслей и посмотрел на девушку. В её серых глазах застыла укоризна.
— Говорю ему, говорю.. - обиженно протянула Айпери. -Ты, случайно, аутизмом не страдаешь?
— Нет, - попытался я шутить, - только алкоголизмом..
— Вот и я о том же, - девушка пыталась поймать ускользающую мысль, - такие кикиморы, как твоя, расхватали всех мужиков, а мне ничего не осталось.. Она горестно умолкла.
— Какие твои годы, - мне искренне хотелось её утешить, - встретишь ещё..
— Ну вот тебя встретила, и что? - Айпери встрепенулась. -Хочешь меня? Наверняка ведь не хочешь, жирную корову, - она похлопала себя ладонью по выпуклому лобку, обтянутому чёрной тканью лосин. Затем, как будто вспомнив о чём-то, осторожно погладила себя между ног, средним пальцем задержавшись там, где предполагался вход в её лоно.
— Между прочим, - в голосе девушки послышалась интрига, - у меня есть то, чего у твоей жены нет стопудово! И могу я то, чего она не может и не сможет никогда!..
— И что же? - сюрпризов я не ожидал, но посмотреть на то, что будет дальше, представлялось мне забавным.
— Сейчас увидишь! - эти слова Айпери произнесла, по очереди приподнимая с куртки половинки своего зада и стягивая с него лосины. Затем скатала с ног штанины и отбросила комок чёрной ткани в сторону. Трусиков на девушке не обнаружилось.
— Вот! - торжествующе сказала она и расставила толстые ноги в стороны, задирая при этом низ футболки и обнажая арбузоподобный живот. Тогда моему взору и предстало чудо татуажно-пирсингового искусства..
