По мотивам сериала «Шерлок».

Знаменитый сыщик Шерлок Холмс убивал кошку. Во всяком случае, это была не игра на скрипке, а хаотичная возня смычком по струнам. Доктор Джон Ватсон, лучший друг детектива, оторвался от ноутбука.

— Шерлок, прошу тебя, перестань.

— Я думаю, Джон, — отмахнулся Холмс.

— Ты не думаешь, а мучаешь чёртову скрипку! И вообще, ты ведёшь себя отвратительно. Разбить сердце девушки, у которой смог выпросить признание в любви!

— Дважды, — уточнил сыщик.

— Что?

— Дважды разбил. Ты прав, Джон. Я чёртов эгоист, — Холмс закончил этот кошмар, и отложив инструмент, вернулся в своё кресло у камина.

— Нет, ты не...

Ватсон не договорил, ибо его прервал звук, имитировавший женский стон.

— Что?! Опять? — Ватсон в недоумении уставился на мобильный Холмса.

Это было звуковое оповещение об СМС-ке, когда-то поставленное одной женщиной, Ирэн Адлер, которую Холмс никогда не называл по имени.

— Брось, Джон. Она постоянно мне пишет. Это ничего не значит.

— О да! Конечно. Ты же машина! Да в тебя сама ДОМИНАНТКА влюблена! Ох, если бы я только мог вернуть Мэри!

— Она мертва, Джон. Не тешь себя иллюзиями. Хотя...

Холмс впервые при Ватсоне прочитал сообщение. И тут же ответил на немой вопрос друга:

— Обычно она на одном не останавливается. Шлёт и шлёт. Но тут... Сам взгляни.

Ватсон взял в руки телефон и прочитал текст:

— Сегодня чудесный день, не правда ли, мистер Холмс? И поэтому я стою у вас под дверью. О Господи! Шерлок, она здесь!

— Любопытно, да? Кстати, а какой праздник?

Посмотрев на сыщика с укором, Ватсон ответил:

— День Святого Валентина.

—?

— И? Это день всех влюблённых!

— Вот как? Не знал, что существует и такой праздник.

— Я больше не вынесу, — бедный Ватсон вскочил на ноги.

В комнату постучали условным стуком. Мужчины хором произнесли:

— Входите, миссис Хадсон!

В дверном проёме показалась голова их домовладелицы.

— Мальчики, прошу прощения, но мне кажется, у нас под домом стоит какая-то очень знатная и красивая молодая особа.

— Доминантка, — спокойно произнёс Холмс, хотя от Ватсона не ускользнул возникший блеск в глазах детектива.

— Она? — поразилась миссис Хадсон.

— Женщина, предпочитающая доминировать в сексе, — пояснил Холмс.

— Уж не думаете ли вы, мистер всезнайка, что я не знаю, кто такая доминантка? Я спросила, действительно ли это она?

— Не обращайте внимание, миссис Хадсон, — попытался замять ситуацию Ватсон, — и впустите, наконец, её.

Миссис Хадсон удалилась, хмыкнув на прощанье.

— И он ещё носом воротит. Что может быть лучше — доминантка и великий сыщик, — донеслась из коридора реплика.

— Вот! И миссис Хадсон так считает. Я ухожу, Шерлок. Оставлю вас наедине.

— Зачем тебе уходить, Джон? — спросил Холмс, но Ватсон прочитал в его глазах совсем другой вопрос.

— Да, надолго.

— Что «надолго»? — не понял Холмс.

— Ты хотел спросить «надолго ли я собираюсь уйти»? Отвечаю — надолго.

— Но как... Ах, дорогой Джон. Зря я над тобой иногда подшучиваю.

Накинув на себя куртку, Ватсон открыл дверь и хотел было выйти, но наткнулся на неё. Аромат дорогих духов, а точнее, аромат дорогой женщины словно нокаутировал. Их глаза встретились.

— О, доктор Ватсон! Как поживаете? Я слышала... В прочем, не важно. Он там?

— Да, мисс Адлер, — при виде этой женщины у Ватсона всегда появлялся ком в горле.

— Ошибаетесь, доктор. Миссис Нортон. Разве мистер Холмс вам ничего не рассказал? В прочем, это так на него похоже.

Пройдя мимо ошеломлённого доктора, женщина зашла внутрь комнаты, и захлопнула за собой дверь.

— Чем обязан? — Холмс тут же встал с кресла при виде доминантки.

Женщина была одета в длинное мужское пальто, застёгнутое на все пуговицы, под которым совершенно не угадывалась одежда. На прекрасных, точёных ножках шикарные туфли на высоких «шпильках», благодаря которым они практически поравнялись ростом.

— Удивительно, что ваш друг не знает, что на днях вы стали нашим с мужем свидетелем на свадьбе.

— В этом нет ничего удивительного. Куда более интересно другое.

— Например?

— Почему на вас нет одежды.

— На мне есть одежда.

— Неужели?

Женщина улыбнулась, глядя в пронзительные глаза детектива-консультанта.

— Мой муж адвокат и учень уважаемый человек. Он далеко не глуп. Но Боже мой, по сравнению с вами... Как вы узнали?

— Холод. Находясь в тёплом доме и в тёплую погоду вы застёгнуты...

— Хватит. Иначе я испытаю преждевременный оргазм. Я пришла по делу.

— По какому?

— Сегодня праздник.

— Ну и что?

— Я хочу кое-что сделать. Хочу признаться.

— В чём? — Холмс указал жестом на стул для клиентов.

— В своих чувствах, — женщина проигнорировала приглашение.

— При чём тут я? — Холмс заложил руки за спину.

— Вы и есть мои чувства, — женщина подошла вплотную к Холмсу.

— Миссис... Нортон. Вы замужняя женщина.

— И это меня должно остановить?

— Говорил я Джону, женщина — вещь непредсказуемая.

— М-м-м, как сексуально, — доминантка закусила нижнюю губку, накрашенную ярко-алой помадой. — Женщина — вещь.

— По вашей части, — Холмс напрягся.

Считанные дюймы отделяли их друг от друга.

— Тогда, у меня дома. Если бы не дурацкий телефон, вы бы трахнули меня?

Холмс сглотнул.

— Предпочитаю воздерживаться...

— О, Шерлок! Ты — пароль от моего сердца! Ты — единственный мужчина, которого я хочу! И которому доминантка хочет подчиниться!

Пальто упало к ногам. Идеальное голое тело роковой женщины. Бархатная кожа, словно магнитом притягивала к себе. Волосы, завитые в чёрные локоны, ниспадали на точёные плечи, дурманя волшебным запахом.

— Боевой наряд. Завтра я улетаю, Шерлок. В...

— Швейцарию. Узнал, — хрипло ответил Холмс.

Он стоял, будто под гипнозом. Эта женщина сводила его с ума. И как бы далеко он не отгонял от себя мысли о ней, всё равно она всплывала перед его глазами. Каждый день с момента их первой встречи.

— И ты, Шерлок, меня больше не увидишь. Никогда. Умоляю, возьми же! Прошу.

Эта женщина впилась в губы сыщика. И... Холмс пал пред этой женщиной. Руки обняли совершенную талию и ответили поцелуем, полным настоящей страсти.

Холмс проснулся. И тут же услышал женский вздох. Текст гласил:

— «Прощайте, мистер Холмс. Видит Бог, нам не суждено быть вместе. Знайте, я впервые с вами лишилась девственности. Духовной. Вы отымели меня морально. Но я лишила вас физически. Я та единственная, сумевшая вас подчинить».