Схватил и вырвал с корнем под самое плечо. Ее старухи уродины сгорбленный самой старой в этом мире лярвы костлявая рука как стеклянная или фарфоровая треснула и отлетела, оставшись в руке Вуаленфура. А старуха, завертевшись волчком, отскочила от его золотого трона к длинному столу, где сидели все остальные существа второго уровня. И все они подскочили с мест, оскалившись длинными острыми клыками. Напуганные они все вампирические лярвы и все кошмарные создания этого инфернального мира. Сбившись в одну большую кучу черной массы, в конце длинного стола.

– Что, есть еще желающие оспорить право владения этим миром. Моим миром – прокричал Вуаленфур – Миром моего отца, Азраила.

Никто не посмел, даже оспорить, теперь, что – либо перед ангелом Вуаленфуром. Поняв и почувствовав его силу. А многие, обрадовались его возвращению. Славя возвращение своего правителя, царя и Бога.

Они преклонили головы перед ним, и встали все на колени перед его золотым большим троном в его каменном из железа и бетона дворце и замке.

– То та, же! – на нескольких голосах произнес он, сотрясая стены своего огромного стоящего посередине черного с застывшей мертвой, но и одновременно живого водой озера громким похожим на рык чудовищного зверя голосом.

***

Он выскочил из поезда мертвых. Он, просто понял, что надо это сделать.

Он провалился в белый глубокий снег, по самые колени. Снег светящийся ярким солнечным ослепительным светом. Снег пушистый и мягкий и совершенно невесомый.

Андрей осмотрелся по сторонам и вдохнул свежий проникающий внутрь его воздух.

Он посмотрел вверх и увидел яркое над головой горящее ослепительным светом солнце и облака. Белые густые кружащиеся над его головой облака.

Вдруг вдали, почти у самого горизонта белого снега, уходящего в неизвестность Сурганов Андрей, просто увидел свечение. Яркое свечение. И, он, побрел по тому невесомому искрящемуся в лучах солнца снегу на это свечение, и увидел ее свою мать, идущую к нему и за ним. Он, просто понял, что видит ее и побежал к ней. Он ее узнал.

Мама шла к нему. Шла, улыбаясь по тому искрящемуся глубокому чистому снегу. Она шла за ним, чтобы забрать с собой.

– Мама! – прокричал он и бросился к ней. Он уже и не мечтал увидеть ее снова. После стольких лет и тех, уже давно исчезнувших сновидений. В которых, он видел ее, еще какое – то время после смерти.

Он увидел ее. Увидел свою родную мать, живую и смотрящую на него не тем уже холодными мертвыми взором, а совершенно другими глазами. Живыми и добрыми. Сама в ореоле яркого света, она подошла к Андрею и прижала его к себе.

– Мама! – он произнес снова, слыша как странным эхом, далеко разносится его в этом мире голос. Он зарыдал, и из его глаз потекли слезы.

– Я так счастлив, что ты пришла ко мне! Ты не представляешь даже, как я счастлив! Мама! Я куда угодно пойду за тобой мама! Ты мой Бог!

Ведь для ребенка мама все равно, что сам Бог. И по степени любви к матери, оценивается любовь к самому Богу.

Его мама не ушла совсем. Не стала, и не вернулась, снова в облике человека на грешную землю.

Она осталась в Раю. Где и Андрею Бог нашел место.

И его поглотил вдруг жар тысячи солнц. И этот жар разлился по нему, поглощая Андрея Сурганова целиком, и уносил вверх, туда, куда уходят все души умерших людей. Души тех, кто смог пройти через уровень второго плана.

Раздался оглушительный свист и все, что окружало душу Сурганова Андрея схлопнулось, и превратилось в точку. И исчезло. Образовав черную в этом месте пустоту из ничего. Просто пустоту.

***

Лев Семенович Дорофеев засмотрелся на блестящих в прозрачной застывшей воде инфернального озера красивых сверкающих серебристой чешуей, и снующих, туда – сюда рыбок. Он не заметил приближающуюся опасность.

Дорофеев Лев Семенович, все еще не до конца понимающий куда попал и, что с ним произошло, бродил по берегу этого песчаного озера у скрипящей карусели, которая, вращалась быстро и издавала странные детские звуки. И крутилась со скрипом. Он ближе к самой воде не стал подходить. Там была топь. И он это понял, ступив, осторожно ногой и его нога, чуть не провалилась в топкую в прибое воды прибрежную липкую глину.

Он оказался осторожнее, того завязшего здесь в иле, утонувшего и поглощенного озером, до него полоумного Гаврикова.

В следующее мгновение Лев Дорофеев, услышал громкий топот, чьих – то тяжелых ног. Это бежал тираннозавр. Он бежал за своей теперь добычей.

– Оглянитесь назад Дорофеев – произнес ангел Вуаленфур, покойному. И Лев Семенович поднял вверх голову, и увидел парящего перед ним крылатого ангела. Он не заметил его до того, пока тот не заговорил с ним.

Ангел появился внезапно из самого прозрачного сдавленного, странного здесь, словно спрессованного, воздуха.

– Я вас предупреждал, а вы мне не верили – произнес Вуаленфур, превратившись в Сурганова Андрея – Бегите! Или вас сейчас сожрут!

Дорофеев или то, что называлось, когда – то по фамилии Дорофеев, оглянулось, и увидело громадного тираннозавра. Бегущего к нему. Легко на своих трехпалых с когтями ногах. Как, словно, тот был пушинкой. Казалось, такая шеститонная громадина, должна медленно сотрясать все под своими трехпалыми с когтями ногами. Но, нет, он несся, почти как спринтер, лишь, подымая песчаную пыль.

Дорофеев увидел тираннозавра, выскочившего из черного корявого страшного леса. И понял, что это он за ним.

– Они нашли меня! – прокричал Дорофеев ангелу Вуаленфуру, уносящемуся ввысь на раскрывшихся крыльях и в сторону своего озерного дворца и замка. В светящемся ярком лучистом астральном шаре, и бросился улепетывать от прожорливого хищника. Который в два прыжка молниеносно, все – таки настиг его. И схватил раскрытой и огромной зубастой пастью.

Тираннозавр пронесся мимо живого светящегося, улетающего в сторону каменного дворца замка шара, в который превратился ангел Вуаленфур. Чуть не коснувшись его длинным мускулистым динозавра призрака хвостом.

Он пролетел мимо и не тронул его, потому, что он здесь был теперь, снова, и всегда и всего этого мира хозяин.

Конец Киселев А. А.

16. 06. – 10. 08. 2016 г.

(89 страниц)