– Вы, что, это вы че, – Леночка захныкала и терла личико ручонками. Я продолжал дрочить свой член. Что я хотел, я сделал. Я удивился, какое количество спермы выплеснул мой организм. Все ее личико, руки, волосы были в белой жидкости.

– Все, вставай, – подошел к столу, где оставил ее трусики и взял их. Что бы окончательно унизить девочку, я стал вытирать головку от остатков семени, ее детскими плавочками, потом подошел к Лене, которая уже сидела на диване, она уже открыла глаза, и с удивлением смотрела на меня. Руки она держала на весу, ее ладошки были в сперме и все ее лицо блестело от белой жижи.

– Не шевелись, я все уберу, – сказал я. Я стал обтирать ее мордашку ее трусиками, я вытер лобик, промокнул ее влажные волосы, старательно вытер щеки, носик губки. Девочка не шевелилась, она была похожа на куколку из секс – шопа, только ее глазки изредка моргали и смотрели куда – то в пустоту. Трусики были совсем мокрые, они пропитались спермой, и я разложил их на столе, что бы они немного подсохли.

– Вот Лена, – я взял со стола деньги и протянул ей. – Они твои. Тебе понравилось, как легко ты их заработала?

– Да. Только вы меня зачем всю чем то обляпали? Я даже случайно проглотила, что – то.

– Леночка, это обычная сперма. Взрослые дяди должны из писи поливать тетенек спермой. Это нормально и совсем не страшно, и тетям очень нравиться. Это называется кончать. Ты согласна, если я буду еще так делать и платить тебе по 200 рублей каждый день?

– Да.

Она сидела на диване, голенькая, не сильно понимающая, что с ней произошло. То, что было, не сильно пугало ее, она узнала что – то новое из взрослой жизни, и ничего такого в этом нет. Я посмотрел на часы, было почти время обеда, и скоро должна была подойти Маша. Я не хотел засветится в этой щепетильной ситуации.

Я отдал девочке платье.

– Одевайся, и уходи.

Она, не вставая с дивана натянула его. Я выдал ей трусики. Она хотела надеть их, но трусики были мокрые, после того, как я вытер ими свой член и мордашку девочки.

– Ну не без трусов же тебе ходить. Одевай, они подсохнут.

Она натянула трусы, одернула платье, одела сандалики. Я открыл окно, надо было проветрить офис от запаха спермы и моих гениталий.

– Иди, и если кому то расскажешь, сюда больше не приходи. Если твои подруги узнают, что так легко можно заработать деньги, они все сюда набегут, и я им буду платить, а не тебе.

Я не стал дожидаться ответа, вытолкал Лену к двери. Только тут я обратил внимание, что стою в одной футболке. Я быстро оделся, и дождавшись Машу закончил рабочий день.

На следующий день, в то же время, моя гостья снова была у меня. Сегодня она пришла в том же платьишке.

– Здравствуйте. Можно сегодня тоже, вы меня обольете за 200 рублей, – произнесла девочка, робко посматривая в область моей ширинки.

Я был рад такому предложению, но решил схитрить.

– Нет, мне вчера понравилось, но каждый день одно и тоже, что то не хочу. Может раз в неделю. Давай, дней через пять зайди. Или можно, что новое...

Девочка переменилась в лице, но когда я пробубнил, что не все потеряно, и что то новое может меня заинтересовать, в ней затеплилась надежда.

– Что новое? – спросила она.

– Ну давай я тебя в ротик оттрахаю. Это называется миньетом, слыхала?

– Да. То есть нет, а что мне делать? Мне надо быть голой?

– Конечно, давай снимай с себя все, я тоже разденусь.

Пока я скидывал с себя одежду, она уже успела стянуть с себя и платьице и трусики, и стояла готовая.

На этот раз я предстал перед девочкой абсолютно голым. Мысль о возможности оттрахать эту сучку в рот уже подействовала на мой стояк и он мелено, но верно поднимался. Запах моего члена, который я не мыл более суток чувствовал даже я. Не знаю, как воспримет девочка то, что этот вонючий орган должен оказаться в ее ротике.

Я прекрасно понимал, что эта крошка не умеет сосать, не знает, что надо делать язычком, максимум, на что я мог рассчитывать, это на облизывание "чупа – чупса", но все же, трахнуть в рот эту малышку, не то что просто залить ее спермой. Перспектива миньета, переходящего в изнасилование Лениного ротика заставила мой орган подняться в полный рот.

– Вы меня обольете опять?

– Нет. От тебя будет зависеть. Я же в ротик. Ты давай, на стул сядь. И вот еще, что бы не мешала, я тебе ручки уберу, а то ты не поймешь и будешь отпихивать и не получится не че, и без денег уйдешь.

Она села на стул, я аккуратно зашел сзади и свел ей ручки за спину. У меня был широкий скотч, и я прихватил ее детские ручонки к спинке стула. Она восприняла все как должное, и совершенно спокойно сидела на стуле. Все было готово. Теперь ее ротик был на уровне моего члена и я встал перед ее личиком. Мой хер был в сантиметре от ее ротика.

– Леночка, ротик открой очень широко, как только можешь и не закрывай я туда писю просто засуну.

Она не сразу повиновалась, еще раз посмотрела на меня, сглотнула, потом ротик открылся. Она старалась и открыла рот ротик как будто была на приеме стоматолога.

Ее ротик, даже полностью раскрытый был очень не большой, тоненькие миниатюрные губешки натянулись обнажив мелкие желтые зубки.

– Теперь ничего не делай, рот держи открытый, – я приблизил хер к ее ротику, и вот начал погружать его в ротик девочки. Я почувствовал, что касаюсь ее острых зубиков, как она не старалась открыть рот шире, я все равно занял всю ее дырку. Я поместил туда только головку, а ее губки уже плотно облегали мой ствол. Она смотрела на мое лицо, прямо в глаза, только иногда опускала взгляд куда то в район моего пупка. Я попутался пихнуть член дальше, но Леночка засопела и что то пыталась сказать. Получилось какое то "авуа".

– Соси.

Она взглянула на меня. Начались причмокивания. Где то там я чувствовал ее маленький язычок. Девочка действительно сосала мой член как чупик, или как титьку у мамы. Мерные причмокивания, которые чуствовала головка члена заставляли содрогаться все мое тело. Я обхватил ее головку руками и стал немного подавать тазом вперед – назад, пытаясь настроится на темп девочки. Ощущения были просто неописуемые, я не отрываясь смотрел на маленькую головку, плечики, ее связанные ручонки и начал понимать, что получаю кайф не от того, что нечто нежное касается моего члена, я получал удовольствие от того, что я владел этим созданием, девочкой, которой только 11. Мой член первый вошел в ее ротик, ее ручки связаны и я могу делать с ней все, и сколько угодно, я ее господин, я ее палач. Я увеличивал размах движений.

Девочка уже не справлялась, она пыталась делать что сказано, но я вошел на пару сантиметров глубже и видимо, коснулся ее горлышка, я услышал рвотный звук. Она попыталась отвести головку назад, и на мгновение ей это удалось, но тут же я снова вошел в поглубже и девочка начала паниковать. Ее голову теперь приходилось держать, ей явно не нравилось продолжение процесса. Я понял, надо было действовать самому. Мой член был в ее ротике не более чем на треть, и уже я достиг всей глубины, на которую мог войти в ее детский ротик. Это была не проститутка, которой можно было засаживать в самое горло, это была маленькая девчушка, но получить от нее я хотел по полной.

Мои руки покрепче обхватили упирающуюся голову Лены. Ее глаза умоляющие смотрели на меня и из них уже покатилось две слезники. Она издавала мычание, ее губки пытались что – то сказать, видимо она была готова отказаться от денег, она хотела попросить пощады у нехорошего дяди с большой писей. Я остановился, и чуть ослабил хватку, что бы девочка чуть отдышалась, она так же умоляюще смотрела на меня.

– Лена, придется потерпеть, ты уже большая девочка, и все большие девочки терпят, а я тебе денежку дам, а если будешь плохой девочкой, я тебя насовсем прогоню.

И не дожидаясь реакции, я впихнул в рот малышки своего монстра, чуть не до половины. Внизу раздалось то ли шипение, то ли рычание, ее тельце выгнулось дугой. Я чуть вынул член, и снова повторил, потом еще. Бедняжка изгибалась как могла, она пыталась что то кричать, но из ее рта вырывались только хрипящие и шипящие, слезы текли из ее глаз. Я уже не мог остановиться я увеличивал темп насаживая детскую головку до середины моего члена. Хрипы девочки только возбуждали меня, я понинмал, какую боль и страх испытывает она, понимал, что каждое мое движение вызывает у нее рвоту, что она задыхается от нехватки воздуха, и собственных слюней, но это было бесподобно. Я владел этой игрушкой, я мог делать с ней все. Ее ротик и горлышко плотно обхватывали мою голову и результат этого противоестественного акта был близок, я чувствовал, как подступает момент, когда я волью свое семя в горло этой маленькой твари, и это заставляло меня еще глубже вбивать свой хер в голову Лены. Теперь она только изгибалась, ее глазки закатились, а губки и личико стали синеватыми, ей явнее не хватало воздуха, из ее носа текли то ли сопли, то ли ее рвота.

Меня затрясло, я кончал, мгновение и я залью малышку своей спермой, я плотнее обхватил голову, удар, удар, с каждым толчком я выпускал порцию за порцией. Девочка хрипела, теперь еще и сперма заливала ее горлышко, не оставляя никаких шансов на глоток воздуха. Не знаю, сколько порций я в нее залил, на последнем ударе я замер, продолжая удерживать свой член в ее голе, мои ноги дрожали, все тело пробивала волна такого кайфа, что я ничего не понимал, я потерял чувство времени и пространства, только мои руки давили на голову малышки, впихивая мой член глубже и глубже. Я посмотрел на Лену, ее глазки смотрели куда то в пустоту, личико было синюшного цвета, пока я кончал, она не могла сделать ни глотка воздуха. Я резко вынул член, и Лена стала жадно втягивать воздух, она кашляла, с ее губок стекали потоки слюны, рвоты и моей спермы, она поперхнулась, пытаясь что то произнести, из ее рта хлынул поток этой мерзкой жижи, заливая ее животик и ножки. Мой член был весь в этой желтушной массе.

– Ты че, наблевала на меня? – я схватил ее за волосы на затылке и поверну головку к моему члену.

– Я тебе такие бабки плачу, что бы ты мне сделала приятное, а ты мне всю письку заблевала, весь пол, у меня ноги в твоей блевотине. Ты что потерпеть не могла?

В ее глазках было удивление и страх, только что она пережила настоящий ужас, она ждала жалости, а теперь, она виновата, на нее кричат, ей недовольны, она не справилась. Девочка смотрела зареванными глазками, ее ротик дрожал, она все еще не могла отдышаться. Ее ручки оставались завязаны за спиной и она понимала, что все еще находится в моей власти.

– Пожалуйста, я не хотела вас испачкать, простите, вы так далеко писю засунули, я тошнилась, простите, я не буду больше, не наказывайте, – голос девочки дрожал. Я стоял прямо перед ней, и мой член свисал в каких то двадцати сантиметрах от ее заплаканного личика.

Немножко наказать девочку была не плохая идея. . Я взял свой член у основания. Он был скользкий и жутко грязный, весь в блевотине, слюнях, сперме. Я чуть приподнялся на носках, и придвинулся к личику Лены вплотную.

– Я накажу тебя, ты здорово накосячила, за такое таких как ты..., – я не закончи.

Теперь я размахивался хером как дубинкой и наносил удары по ее лбу, щекам, тер член по ее коротеньким волосикам. Особого удовольствия мне это не доставляло, я просто показательно наказывал девочку, унижал ее. Она зажмурив глаза покорно сидела, она боялась сделать что то не так, и тем получить еще порцию мучений. Минут через пять мой член окончательно размяк, я прекратил. Теперь я уже ничего не хотел. Маленькая грязная девочка была мне не очень интересна и даже вызывала некое отвращение. Я зашел ей за спину и разорвал скотч, освободив ручонки.

Потом я подошел к столу, и достав 500 рублей положил на стол.

– Одевайся, и берись за тряпку. Что бы тут и следа не было от твоей блевониты.

Я ватер свой член влажными салфетками и стал одеваться. Лена медленно встала, она хотела было начать одеваться, но посмотрев на свою заблеванную грудь и ножки, задумалась, посмотрела на меня.

– Че стоишь? Повторить?

Она замотала головой, и быстренько стала натягивать одежду.

Одевшись, я сел и пол часа наблюдал, как девочка мыла пол, потом она взяла вознаграждение со стола.

– До свиданья, завтра приходить?

– Не, давай после завтра.