– Сейчас я включу стимулирующую программу, которая будет прошивать электроимпульсами твою половую систему. К сожалению, она затронет все твои части, поэтому ты снова зальешь мне все кресло своими соками. Впрочем, этого не избежать, как ни старайся! – хихикнула доктор, в предвкушении незабываемого шоу. Конечно, Грета не собиралась подвергать девочку такой пытке – она намеревалась лишь истощить спящую доселе половую систему девочки, дав себе время на то чтобы несколько раз кончить, глядя на действие электростимулятора, и затем дать Маше прийти в порядок, слегка пожурить... и отправить домой... назначив повторный анализ...

От этих мыслей в животе у лаборантки сладко заныло, и уже не особо церемонясь, она выставила на приборе стимулирующую программу на пять с половиной минут. После прибор должен был переходить в обычный режим, и Грета бы его просто выключила, как только привела бы себя в порядок. Выставив таймер на срабатывание, взглянув на девочку, все еще мычащую в кляп, извивающуюся с зондом в своем дико чувствительном отростке и глухо стонущую в кляп каждый раз, как шарики на конце проезжали по точке G изнутри, Грета прошла на свое место и облизав пальцы, приготовилась к шоу.

Неожиданно в дверь кабинета постучали. Доктор подскочила на кресле, встала, одернула халат, вытерла об его полу свои пальцы, и пройдя через кабинет открыла запертую дверь. За ней стояла заведующая и молодой врач, интерн, который умоляющим взглядом смотрел на нее.

– Фрау Грета, нам нужна ваша помощь. Как вы помните, сегодня на 11 утра вам назначено волонтерство над нашим молодым пополнением. Я предупреждала вас вчера утром.

– Но... я... пациент... – Грета путалась в мыслях, она знала что таймер истечет очень скоро и звуки, доносящиеся из – за ширмы, с трудом скроет даже кляп.

– Ничего, пациент подождет. Не заставляйте меня напоминать про ваши обязанности, фрау! И про то что премию вам начисляю я! – отрезала заведующая, грузная и старая тетка, с неприязнью глядя на молодую Грету. Той не оставалось ничего, кроме как быстро взять свою сумку и направиться к интерну, который уже зашел в кабинет. Спохватившись, Грета быстро направилась за ширму, но была остановлена криком заведующей из глубины коридора "Грета! Сколько можно ждать!"

Быстро написав записку на стикере, она вышла из кабинета с молодым интерном, которому должна была провести инструктаж, и закрыла дверь кабинета ровно в тот момент, когда за ширмой раздалось протяжное мычание девочки. Ничего не объясняя интерну, она наклеила стикер на дверь, взяла будущего врача за руку и поспешила в первый корпус, оттаскивая его от кабинета и отчаянно пытаясь успеть.

... Когда легкие испульсы начали пронзать низ ее живота, Маша еле нашла в себе силы, чтобы не застонать, прислушиваясь к голосам в кабинете. Ее тело напряглось, отросток, набухший от крови и от постоянного ерзанья зонда внутри по самым чувствительным точкам ее невинного тела, торчал колом вперед, с торчащим изнутри шариком зонда, из которого торчала трубка и черный, толстый резиновый провод. Он был закреплен еще одним жгутиком, чтобы не выскочил... когда... когда... – на этом месте мысли Маши прервались, и неспособная себя контролировать, девочка забилась в первом оргазме, когда импульсы прибора стали совсем невыносимыми.

Это отличалось от первого включения, и немного отойдя от затяжного оргазма, тяжело дышащая и корчащаяся девочка поняла, что освободиться у нее даже в такие пиковые моменты не хватит сил. Но, как уже было сказано, это не было непрерывным оргазмом, который так остро бил по нервным окончаниям юной маленькой девочки в первый раз, и  Маша поняла что доктор на самом деле только ее пугала, не желая подвергать девочку такому испытанию для получения пяти литров. Да и откуда в ней будет столько жидкости? Сигналы снова стали слабыми, легонько щекоча ее изнутри, создавая странное напряжение внутри ее пещерки – в той самой точке, куда упирался зонд. Расслабившись, подросток не знала, что Грета специально выставила прибор на серию стимулирующих, растущих со временем импульсов, которые бы не только доводили ее до экстаза, но и заставляли кончить продленным оргазмом – тем самым, который она испытывала при прошивании ее половой системы током от клитора до точки G.

Когда девочка была не в состоянии больше выносить напряжения внутри – ласковые импульсы сменялись сильными и жестокими, заставляя ее выплескивать очередную порцию прозрачного густого секрета через трубку прямо в резервуа, напоминающий капельницу, которая была закреплена на кресле. Электрод в анусе служил приемником, закрепленным прямо на линии зонд – точка G – перинеальная губка, и мыщцы внутри девочки бешено сокращались, а сама она, дико извиваясь, кончала, насаженная на прибор, как птица на вертел, не имея возможности как – то ослабить или прекратить поток наслаждения.

Только после второго раза девочка поняла, в чем состоял коварный план доктора – периодически заставляя ее кончать, она постоянно стимулировала ее точку G током, пробуждая ее нервные окончания и усиливая следующий оргазм. По крайней мере, именно так думала Маша, в третий раз изгибаясь в яркой разрядке, который на этот раз длилась уже целых 12 секунд, заставляя девочку задыхаться от своей длительности и интенсивности. Закатывая глаза, Маша неистово изогнулась в кресле, так, что зонд снаружи уперся в удерживающий ремень и, придя в движение, погрузился в нее еще глубже, чуть не проткнув ее чувствительную, набухшую точку G, пока ее отросток бешено пульсировал, сжимая и расжимая стенки канала и вставленный зонд. Чувствуя небывалое наслаждение, гораздо сильнее чем в самый первый оргазм, она не смогла больше его сдерживать, и из ее сокращающейся пещерки начал капать секрет – тонкой струйкой он выливался из кончающей девочки и сбегал по сиденью кресла на пол, заполняя кабинет острым запахом первого обильного сквирта, пока девочка кричала в кляп, изнемогая от удовольствия. Падая обратно на кресло, Маша посмотрела на таймер – оставалось еще 4 минуты и 15 секунд усиливающихся оргазмов.

Под конец сладкой пытки, Маша чувствовала, что сходит с ума. Ее дырочка бешено пульсировала, а отросток горел огнем и медленно сочился смазкой, пока таймер наконец – то отсчитывал последние секунды. В резервуар накапало даже более пяти миллилитров, от невыносимого наслаждения ее отросток фонтанировал смазкой даже между оргазмами. Бросив взгляд на прибор еще раз, в изнеможении, глаза Маши раскрылись от ужаса, а в ее воспаленном мозгу стала биться лишь одна мысль – "обычный" режим прибора сейчас стоял на взрослом уровне стимуляции, а Грета все еще не вернулась!

Пытась изо всех сил освободиться, Маша не заметила, как таймер подошел к концу.

Резкие, невыносимо сильные импульсы буквально прошили ее тело, заставляя кричать, изогнувшись в самой нелепой позе, пока ее дырочка сокращалась, выплескивая из себя смазку, а отросток бешено и дико пульсировал, заставляя зонд внутри стимулировать ее точку G не только электричеством, но и буквально расцарапывая невероятно чувствительный нервный узел. Пока девочка пыталась справиться с оглушающими ощущениями, начала сокращаться ее недоразвитая простата – не выдержав силы тока, пропускаемой сквозь себя, она начала посылать в детский мозг настолько невообразимые сигналы наслаждения, что смазка буквально выплеснулась внутрь трубки нескончаемым потоком, который все не хотел прекращаться, очень быстро иссякнув и прекратившись в поток легких капель – но какими ощущениями сопровождался этот слабый ручеек!

Вкупе с одновременной электростимуляцией точки G невинного ребенка, который испытывал на себе всю прихоть удовлетворения врачебной похоти, испытывая невероятно сладострастные мучения от затяжного оргазма, оказавшегося гораздо сильнее чем все что она, Маша, ни разу не мастурбировавшая, испытывала до этого, ее отросток начал сокращаться, сжимая торчащий внутри зонд! Судорожно корчась в непрерывном принудительном оргазме, неспособная хоть – как то остановить это юная девочка в белой блузке, с мокрыми от пота волосами, красным от прилива крови лицом, сокращающимися дырочками и постоянно качающимся отростком, который проезжал металлическим, испускающим постоянные импульсы тока шариком прямо через ее точку G, пока ее руки и ноги судорожно пытались высвободиться, она могла только кричать от этой невероятной пытки затяжным оргазмом...

Заведующая, которая шла по коридору в очередном обходе, заметила какие – то звуки из кабинета. Порывшись в памяти, она вспомнила, что у Греты, которую она отправила на "короткий" инструктаж с интерном, который прервался полчаса назад оттого, что Грета, в очередной раз взглянув на часы, вдруг уставилась в одну точку, как будто что – то вспомнив, вскрикнула и пошатнулась, потеряв сознание, в кабинете оставался пациент. Подойдя к двери, она обнаружила наклеенный стикер с надписью "Не входить! Идет процедура!" и, задумчиво хмыкнув, пошла дальше, продолжая свой обход и не обращая внимание на странные звуки из – за двери кабинета.