Все происходило в полном молчании. От начала и до конца. В процессе церемонии ни один из ее участников не произнес ни слова, не считая вырывавшихся гортанных фраз во время кульминации. К естественному теплу июньского воздуха прибавлялся внутренний жар, исходящий от моего возбуждения, от предстоящей неизвестности, от некоторой растерянности. И только редкие легкие порывы ветра создавали упорядоченность в хаосе множества сердцебиений и бесконечно сменяющихся фантазий стоящих людей. Мне казалось, что эти фантазии буквально проецировались в вибрирующем воздухе огня. Единственного огня пылающего костра, который горел прямо за Арданель. Сегодня она была скорее своей определенной частью, иллюзорной сущностью, что вырывалась наружу в эту ночь. Ночь огня и пиковой силы, которые она впитает через обряд.

Легкая темно-синяя ткань, тоненький шнур на бедрах, который держит две полосы этой ткани. Спереди и сзади, открывая по бокам лишь босые ноги, стоящие на траве. Эта ткань пока что не дает увидеть то, куда несомненно желают проникнуть все стоящие возле нее. На плечах ее была такая же короткая, почти доходящая до грудей, накидка без рукавов, по низу косами уходили сплетенные отрезки ткани. Грудь по середине была открыта. Соблазняющий живот и полуоткрытая грудь, лишь иногда под дуновением ветра показывались соски. Никакого лифчика на ней, разумеется, не было. Иногда, забывая где нахожусь, я впадал в оцепенение — вот она стоит, действительно полуголая перед группой людей разного пола, это пугало и возбуждало животные инстинкты, хотелось, чтобы ветер тут же сорвал ее призрачный наряд и унес в стоящий позади костер, а она застонала, вскинув голову с распущенными волосами.

Внезапно зазвучал барабан, оборвав мысли. Очень низкий гул начал пронизывать меня своей вибрацией и привел в действие механизм, построенный из живых тел, стоящих на поляне в густом зеленом лесу. Она медленно отошла немного дальше от костра. Я понял, что церемония начинается и мое сердце забилось еще чаще. Люди, стоящие до того неподвижно, начали образовывать вокруг нее круг. Одна девушка с черными вьющимися волосами и в зеленой полуоткрытой тунике отделилась от круга и направилась в ее сторону. В правой руке ее лежало красное перо, а в левой находилась очень маленькая чаша наполненная парящей жидкостью. Девушка подошла к центру, к той, которая сегодня должна наполниться силой до краев. Она опустила перо в чашу и нанесла на переносицу впереди стоящей знак. Знак, который теперь делал ее открытой для посвящения. Теперь к посвященной начали подходить остальные участники церемонии. Двое мужчин подняли ее за бедра и посадили на плечи. Теперь процессия из шестерых мужчин вместе со мной и такого же количества женщин двигалась прочь от костра, к месту, предназначенному для кульминации.

Пройдя немного по тропе, мы вышли к большому белому шатру в чаще леса. Издалека в нем были видны огоньки свеч. Вместе с той темноволосой девушкой мы открыли проход в шатер и посвященную занесли внутрь. Пол его был застелен белой тканью, а по краям горели закрытые лампады. Посвященная стояла в центре, а мы очень близко к ней. Я слышал ее громкое дыхание и вздымающуюся грудь. Ближе к ней стояла та, которая делала помазание. Их лица были очень близко, девушка начала гладить двумя руками талию посвященной, она коснулась ее губ. Арданель тяжело задышала и закрыла глаза. Руки девушки, поглаживая ее живот, открыли грудь Арданы. Туника посвященной спала. Сзади подошла еще одна девушка со светлыми волосами и страстно взяла в руки ее грудь. Арданель негромко застонала и обхватила за талию девушку, которая ее целовала. Впереди стоящая опустила руку под полоску ткани впереди и начала гладить ее между ног. Затем она стянула с веревки ткань спереди и сзади и опустилась, целуя все ниже. Сзади грудь Арданель по прежнему гладила белокурая девушка, а спереди, опустившись на колени, теперь уже облизывала языком между ног кудрявая. Посвященная застонала и начала часто дышать.

Ее клитор теперь был достаточно влажный от языка одной из участниц. Протяжно облизав в последний раз, темноволосая поднялась и взяв за плечи, теперь уже полностью обнаженную Арданель, поставила ее на колени. Девушки отошли. Настал черед мужчин. Мы подошли к ней вплотную. Один из мужчин стоял прямо перед ней с возбужденным членом на уровне ее лица. Она смотрела на него с полузакрытыми глазами, приоткрыв рот, втягивая ночной воздух. Он подошел еще ближе. Арданель, испустив протяжный стон, открыла ротик и погрузила в него член. Она стояла на коленях, а он медленно трахал ее рот. Слева от нее стоял еще один, а справа я, обомлевший от увиденного. Тот другой также поднес свой член к ее щеке и она, не отпускав из руки член первого начала уже более быстро сосать его. Я поступил также. Мы встретились взглядами, ее глаза полыхнули, Арданель взяла мой член в правую руку и начала страстно облизывать его сверху вниз, затем она погрузила его глубоко в рот, а вытаскивая проскользила по его основанию зубками. Она уже стонала довольно громко и облизывала язычком все три члена одновременно. Так продолжалось еще пару минут и еще трое сменили первых. Я смотрел, как стонет Арданель, а ее по очереди трахают в рот шесть человек, обнаженную и горящую страстью.

Один из них подошел сзади и, взявшись за волосы, поставил ее на четвереньки. Ее распущенные волосы опускались на плечи и грудь, спина прогнулась, а бедра покачивались в стороны, открывая влажное влагалище. И сзади в нее вошел один из участников. «А, даа!», — закричала она. В этот же момент я вставил в ее ротик свой член. Рядом стоял еще один, она сосала их по очереди и вместе, а сзади ее попа сотрясалась от сильных толчков во влагалище, грудь дергалась в такт. Она кричала пока ее трахали сзади и спереди, я никогда не слышал, чтобы она так кричала. После этого она села сверху на один из членов и прогнувшись начала пронизывать им себя, быстро и резко. Спереди она все еще сосала два члена. Мое дыхание было очень частым. Я подошел сзади. Она стонала и прогибалась, находясь на члене, и держа другой во рту, отдавшись животному инстинкту. Я прислонился к ее попе членом и начал медленно входить в ее попу, Арданель сильно прогнулась и я погрузился в нее. После некоторого замедления она с открытым ртом опять начала извиваться и громко стонать, но уже более высоким тоном. Тот, который трахал ее в рот, высунул свой член и снова погрузил в рот посвященной, она начала облизывать его, а он начал кончать ей в рот. Арданель погрузила его член глубже и с протяжным стоном глотала сперму, пока мы трахали ее в попу и влагалище.

Продолжение следует...