ВЕРНЫЙ СПОСОБ

В нашем классе Геннадий слыл ловеласом. Удивляло то, что внешне неряшлевый, плохо выбритый, нередко с торчащей «козой» в носу, он постоянно вращался в кругу очаровательных девиц, которые к нему липли, как мухи на мед.

Курсанты в то время были затворниками военных училищ. В наше время, за небольшим исключением, на увольнение с ночевой отпускались курсанты только с третьего курса, и то при условии наличия в Питере родственников. Поэтому многие из нас обзаводились «тетями» и «дядями», лишь бы попасть в желанный город.

У Геннадия в городе была своя точка, куда он поваживал красивых девушек. Многие из нас сгорали от любопытства, не зная, как Геннадию так легко удается умыкать из под носа у наших видных парней их, не менее красивых, подружек. Особенно это задевало самолюбие тех, кто считал себя неотразимым в дамском обществе, но уступал Геннадию в искусстве обольщения наиболее видных представительниц прекрасного пола. Они пытались разными путями выведать Генин секрет, но тот был неумолим в сохранности этой тайны.

Во время одного из праздников мы с Геннадием оказались в одной компании. Его сопровождала высокая, стройная блондинка, одна из студенток престижного вуза. После третьего тоста заиграла музыка, и по комнате в медленном танго закачались пары. Генину студентку пригласил один из видных и галантных кавалеров.

 — Ревнуешь? — подошел я к Гене, внимательно следящим за танцующими.

 — Нет. С чего ты взял?

 — Не верю... У нее в поводу племенной жеребец.

 — Эта кобылка уже заарканена.

 — Кем?

 — Мной.

 — Давно?

 — Со вчерашнего вечера.

 — Слушай, Ген. Поделись опытом, как тебе это так просто удается арканить таких ярких чувих? — кивнул я в сторону его подружки, сильно прижатую в танце умелым партнером.

 — Э-э-э, брат. Это секрет фирмы. Впрочем, тебе, как верному другу, так и быть, поведаю. Но, чур! Никому! Понял?!

 — Могила! — стукнул я себя в грудь кулаком.

 — Секрет прост. Выбираешь себе достойный внимания объект, приглашаешь потанцевать и вкрадчиво шепчешь в ее прелестное ушко:

 — Девушка. Хотите, расскажу смешной анекдотец? Та, конечно, утвердительно кивает. Тогда я рассказываю ей анекдот про слона. Слыхал такой?

 — Нет...

 — Тогда слушай. Один русский мужик летел на самолете над Африкой. Вдруг что-то испортилось в моторе, и самолет сделал вынужденную посадку. Не успел мужик выбраться из самолета, как его окружили людоеды, с копьями, и повели к вождю. Тот ему и говорит: — Если хочешь жить, то выполни три моих желания, иначе... , указал пальцем вождь на воду, кипящую в котле.

 — Загадывай, — весело отвечает мужик.

 — Слушай первое желание. Вон стоит слон. Рассмеши его.

Мужик подошел к слону, попросил того наклониться к нему и что-то шепнул ему на ухо. Слон отрицательно замотал головой и, размахивая хоботом, залился утробным смехом.

 — О, Кей! — сказал вождь. — А теперь смути слона, иначе...

 — Понял, — ответил мужик, подошел к слону, взял его за хобот и увел за хижину. Через минуту вывел. Смотрят дикари, а слон сам не свой: голова понурена, глаза косят в сторону, и хобот висит, как веревка.

Сильно удивились дикари, а вождь и говорит:

 — Если хочешь жить, выполни мое третье желание: объясни, как тебе удалось рассмешить и смутить слона? Иначе...

 — Очень просто, — отвечает мужик. — Сначала я сказал слону, что мой член больше, чем у него. Вот слон и рассмеялся.

 — А как ты его смутил?! — стукнул вождь копьем о землю.

 — Я просто показал ему свой...

 — Живи, Иван! — сказал вождь и отпустил мужика.

Я рассмеялся и спросил у Гены:

 — Значит, девицы у тебя выступают в качестве слонов?

 — Слоних, — поправил меня Геннадий.

 — Неужто, такая демонстрация так неотразимо на них действует?

 — А ты попробуй. Верный способ, если у тебя не карлик, — метнул свой взгляд Гена на мои брюки.

Через пару недель одна из симпатичных девиц, с которой я познакомился на танцах, пригласила меня к себе домой. Родители уехали на дачу, и мы одни пили чай. Потом мы сидели на диване и целовались. Чтобы ее поразвлечь, я рассказал ей анекдот про слона. Выслушав, она залилась звонким смехом, но когда я расстегнул ширинку и показал ей Свой, она замолкла, смущенно потупила глаза и стала медленно раздеваться.

МЕРИН

Вечеринка, в которой принимали участие морские офицеры, была в самом разгаре. Когда наступило время третьего тоста, поднялся с рюмкой в руке моложавый, поджарый, спортивного вида капитан третьего ранга.

 — Выпьем, по традиции, за тех, кто в море!..

Рюмки звякнули, офицеры молча осушили их. И тут тишину нарушил голос миловидной блондинки:

 — А кто там?

 — Мерин, — невозмутимо ответил автор тоста.

Офицеры, улыбнувшись, многозначительно перемигнулись, а блондинка удивленно уставилась на автора тоста:

 — А кто этот мерин? — ее взгляд был полон крайнего любопытства.

 — Мерин? Э-э-э... Как бы это вам более доходчиво объяснить. Кстати. А вы — то сами, как думаете?

 — По-моему, это просто старая лошадь, — уверенно пояснила блондинка.

 — Э-э-э... Ошибаетесь, о достойнейшая из женщин! Мерин, это... Впрочем, по вашей логике я, к примеру, к какой категории «лошадей» отношусь?

 — Конь, наверное... , — лукаво улыбнулась блондинка.

 — Именно. А точнее — племенной жеребец, мустанг — покоритель самых красивых и строптивых кобыл...

Присутствующие прыснули в кулаки, так как новоявленный «мустанг» слыл отчаянным бабником, имеющий самый могучий «прибор» среди всех мужиков в поселке.

 — Ну, а мерин? — не унималась блондинка.

 — Это, скорее, ваш муж, уважаемая, — скромно потупился «мустанг».

За столом дружно хохтнули, так как все, кроме блондинки, знали, что ее мужа, командира одного из малых противолодочных кораблей, уже давно в офицерском кругу прозвали «мерином» за его дистрофичный вид и, наверняка, неработающее «облако в штанах».

Но то, как это выставил всем напоказ любовник жены этого рогоносца, стали свидетелями только сейчас.

Эдуард Зайцев.