Дин, мой двулетний далматинец, залаял и побежал к двери. Первое что пришло мне в голову, что нужно идти открывать дверь, и правда на пороге стояла моя знакомая Леся, из-за жары на ее лице выступила испарина. Переводы с испанского языка для нее я почти закончила. Пригласив Леську в гостиную, попросила ее подождать пару минут, пока я все до ума доведу. Пронаблюдала за тем, как гостя скину со своих стройных, загорелых ножек босоножки, прошла в гостиную, и буквально сползла на ковер, резонно заметив, что теплый воздух поднимается вверх, а значит на диване душнее. Я ушла к переводам.

Не было меня минут пять, когда вернулась, увидела умопомрачительную картину, Леся лежала на полу, широко раскинув ноги, ее тело купалось в солнечном свете. Светлые волосы разметались в стороны, голубой топ плотно облегал вспотевшее тело, сквозь него отчетливо выступали два возбужденных сосочка, ниже обнаженный глубокий пупок украшал плоский животик. Задранная вверх белая юбка открыла две подтянутые, рельефные ножки, широко раскинутые в стороны. А между ними морда моего далматинца. Леся вся извивалась, временами замирая и постанывая. Дин тщательно вылизывал ее киску. Я замерла, тихонько сев на пуф, продолжала наблюдать. Как Дин, виляя своим хвостом, вылизывает довольную нимфу. А ее руки еще сильнее раздвигали ягодицы.

Завороженная этим зрелищем я оттянула резинку своих трусиков, там все взмокло. Я избавилась от трусиков, опустилась на корточки, играя с бугорком клитора, половыми губками и массируя лобок, продолжала смотреть. Леся застонала сильнее, ее бедра судорожно задрожали... , такого я еще не видела, потом она оттолкнула морду песика от своей промежности, притянула его к своему лицу, чмокнула в нос, и несколько минут пролежала без движений, пес лизал ее обнаженные ступни.

Затем она встала, оправила юбку, откинула назад растрепавшиеся волосы, потребовала от меня переводы, за которыми пришла. И как не в чем не бывало, направилась к двери. И лишь переступив порог, спросила, разрешу ли я поседеть ей с моим далматинцем.