Схватив меня за волосы, поташил в толпу... Нате, имейте, она узкая, кайф.

Под дружный одобрительный возглас, за грудь меня схватил Рома, и потащил обратно.

Рома, Рома, сквозь плачь молила я... за что? Отпусти меня!

– Да брось, оставь, ты не поняла еще? Ты общая блядь, на круг. Ты никуда не денешься, пока не обслужишь всех. Ложись и молчи! Блядь.

Я не блядь... Это все, что я смогла сказать. Сняв штаны, Роман лег на меня и стал трахать, хватая за грудь, шлепая меня по лицу. Член у Романа был меньше чем у Аслана, больно было меньше, но о кайфе не могло быть и речи... Он и кончил быстрее. В меня...

Высунув член, он взял меня за волосы и поднес член к лицу... Соси, облизывай, маленькая блядь. Нет, нет... я не соска! Да ну нахер! Открой рот и соси! Нет! Удар руки по лицу вернул меня в реальность... В глазах все светилось. Рот открылся сам. Следом вошел член. Обмякший, весь в сперме... Лижи сука, ни дай бог укусишь, все зубы выбью... Тварь... И я лизала, боролась с накатывающей тошнотой лизала, лищ бы не били.

Он встал и ушел. Я лежала и не могла встать...

– А я ей ротик распечатал...

– Вот молодец, Пацан!

Подошел мужик, взрослый, с пузом, и бородой.

– эй, деточка, а ну ка встань!

Я поднялась.

– Встань на колени,

Я поняла. Он расстегнул ширинку, взял меня за голову и насадил на свой член. Еше не вставший, умм. Ум, уммм, Соси, соси сука, давай, давай... Член пах мочей, и гнилью, было до ужаса противно и тошно. Удары в рот членом усиливались, член креп, и вот, неожиданно для меня в горло ударила спермма... Горячая, жирная, горькая, заполнила весь мой рот и горло! Я попыталась вскочить на ноги, руками схватила его за ляжки, и, кажется поцарапала.

– Ну все, ну все, пиздец тебе, сука... пиздец... Молись, тварь!

Я сейчас тебя угандошу! Удар, еще, еще... пинок ногой в живот... я кажется потеряла сознание...

Звук возвращался бульканьем, откуда то из далека... Открыв глаза я увидела всех насильников над собой.

– Ну Дед, ну Дед, ну молодец... чуть не убил нашу шлюху...

– Да ну а хуле она царапается! Пальцы ей откусить? Пасатижами...

ха ха ха...

Ну что продолжим? Живот болел, Лицо горело, из носа шла кровь... я не могла ни двигаться ни кричать, горло перехватило.

– Малой, а ну ка принеси ведро воды!

Мужик, по кличке Малой, принес ведро, и тряпку.

На, мойся, блядь, а то смотреть тошно... ха ха ха... .

Я сидела согнувшись, двигаться мне не хотелось. Я только тихо скулила...

– Что, не хочешь? Блядь? Малой, тогда ты! Помой её и еби, как хочешь, она твоя! Только не убей...

Малой... Детина. Размером с двух мужиков, но по виду молодой, качек. Схватил меня за шею, вся рука его обхватила мою шею, практически полностью. Другой рукой он начал меня "мыть", тряпкой, окуная ее в ведро, начал тереть меня... холодная вода, синяки от ударов болели, по лицу тряпкой. По пизде... я даже плакать перестала, просто, как котенок...

Схватив меня за одну ногу, он приподнял ее открывая пизду. Сев на другую ногу он вошел в меня... Огромный член... как дубина, бил внутри меня, натыкаясь на матку, разрывая края, каждый удар как напильник... кажется я начала кровоточить. Держа меня за шею, придушив, я не могла плакать, закинув голову наверх, распахнув рот, я делала вид, что кричу. Но крика не было... Я кажется, несколько раз теряла сознание... Но резкая боль в промежности возвращала меня к жизни. Малой ревел, как бык. Ему, наверно было по кайфу. И тут меня облили кипятком на живот, или углями... Широко раскрыв глаза от ужаса, я почувствовала, что во мне нет члена... это он кончил... Его сперма была настолько горячая, что кажется ошпарила меня... И ее было настолько ммного... что я обрадовалась. Что не в рот, а то бы я захлебнулась... Он отпустил меня, я рухнула без сил...

– Ну что, Малой, наигрался? Как дела? Жива, потаскуха?

– ОООО, да, Ромка, ублажил, сука... Хороша, блядь, еще хочу...

– Не не не... Стопэ, а то нам ничего не останется... тормози, Малой...

– Тащи ее сюда, хуле она там, валяется...

малой схватил меня за ногу и потащил... реально потащил к костру, я как могла вертелась...

Ну что, девочка – припевочка? Накончалась? Или нет?

Я безвольно хныкала, стонала, рукой держась за пизду... Я ее на ощупь даже не узнала, даже страшно представить, что там внутри... горела она огнемм...

– Мужики, мужики, а мы то ее в задницу еще не трахали?

– Та куда там! У нее пиздень как у кошки. Еле вставил...

А ну ка, Ромка, попробуй, твое право!

Роман схватил меня за волосы, поставил раком, и стал тыкать в мой анус членом, конечно, у него ничего не вышло, я даже и подумать о том не могла, что когда нибудь я буду трахаться в жопу... Иногда судьба поворачивает тебя в противоположную сторону...

– Дайте Пива!

– Рома, ты че?

– Дайте, мне не пить!

Он взял стеклянную бутылку пива, вылил ее, и вставил горлышко внутрь...

Резкая боль заставила меня заорать, задрыгать ногами и руками, я пыталась вырваться.

Держите ее, блядь, держите эту суку! Кто то наступил мне на голову. Прямо в обуви. Прямо на щеку... Втоптал меня в грязь... Руки завели за спину, и там держали. Роман впихивал бутылку глубже, вперед назад... глубже... с каждым разом больней и больней... Представьте себе кол в заднице, разрывающий вас пополам... Адская боль... Слезы даже не лились, они брызгали из глаз, с каждым движением, от крика я охрипла, крик превратился в хрип, звериный хрип...

Роман! У нас Шампанское есть! Его малой пьет! ОООО! Давай! На место бутылки пива, пришла бутылка Шампанского. Но она не вводилась...

– Смажь ее чем нибудь. Чем? Да вон, жидким мылом...

И понеслась, мыло, конечно, принесло облегчение, но не сильно...

– Ладно, по моему уже пора...

Рома стал жарить меня в задницу, сильно ударяя меня то по спине, по ляжкамм... Спереди ко мне пристроился кто то... Сунув член в рот, держа меня за волосы, потому, что сил держать головку не было. Карусель продолжалась, конца этому не было. Кто то рвал мне зад, кто то рот, кто то пизду... Я сбилась со счета... Ночь подходила к концу. Я очнулась в канаве. Голая, Утро только занималось, Едва теплился рассвет. Мне было холодно. И больно. Сильнее всего болела голова. Ее как будто сжали в тиски. Я попыталась встать, кое как перевернулась на живот, я пыталась встать, уткнулась головой в песок, еле еле встала.

Мои водители разъезжались. Пахло выхлопными газами, были слышны голоса. Я незнала, как я буду дальше... Жить... Куда мне идти... Что дальше? Я подождала, пока машины разъедутся, стало немножечко светлее, и холоднее... Я пошла в сторону костра, там валялась моя одежда. То, что осталось от одежды... Юбку не спасти, в лохмоты, ни лифчика, ни трусиков не было. Из рубашки я кое – как соорудила набедренную повязку, и пошла... Вдоль дороги, по обочине. Еле передвигая босые ноги, руками прикрывала груди. Куда иду, я не знала. Вдоль дороги, солнце за спиной... Когда я слышала, что идет машина, я пряталась в канаве у дороги. Я боялась людей. Я хотела жить. Просто жить. Мама, папа, зачем вы меня бросили? Почему вы не взяли меня с собой? Что теперь будет... Когда солнце поднялось выше, стало тепло, даже жарко. Я ушла с дороги, в лесопосадку, нашла самый темный уголок, кстати рядомм был ручей, я напилась, умылась, и уснула. Отрубилось.

Мне снилось детство. Я маленькая девочка, На заднем дворе моей любиммой школы играю в волейбол. На мне Синенькие шортики, белая маечка, кеды... Мяч взлетал над сеткой, я отбивала его скрепленными руками, и тот взлетал ввысь, к светло голубому небу, огромному и высокому... Солнце светило мне в лицо, было весело и приятно... Счастье... Беззаботность... Детство... Детство, ты куда ушло...

Очнулась. Было больно. Раскалывалась голова. Ломило тело. Тошнило. Я жива...

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ Цыгане шумною толпой...

Если вы думаете, что все скоро закончиться, вы ошибаетесь. Ошибалась и я. Вот никогда не бывает так плохо, чтобы не было еще хуже.

И так, я валялась в лесу, возле ручья, голая, избитая, изнасилованная везде, куда только можно, и где мой дом я не знала.

Солнце садилось. Я решила идти дальше.

Шла я медленно, очень сильно болели ноги, ныл живот, голова внутри была похожа на кисель. Я плохо видела, горло пересохла. Между ног кажется была открытая рана.

Меня тревожило, кроме всего прочего, редкие машины... Очень редко мимо меня проезжали машины. Автобус проехал всего один раз. В основном были большие фуры, их я боялась больше всего. Легковушки, в основном, были старые. Где я? Какая то проселочная дорога? Куда я иду? От машин я пряталась, было стыдно. Из одежды на мне была только блузка, обвязанная вокруг жопы. Мне было страшно... И жутко хотелось жить. Жить... Выжить...

Я решила сдаться. Будь что будет... Надо идти к людям. Говорят, что чего сильно хочешь, никогда не сбудется. А чтобы сбылось, надо расхотеть... Так и вышло. Я уже идти не могла. Я еле еле волочилась по дороге... Я умирала. И, кажется, смирилась с этимм. Как вдруг я увидела огоньки в поле. Деревня? Нет. Туристы? Пофиг. Надо идти к ним. По траве, по грязи, я пробиралась к ним. Я решила подойти по ближе, приглядется. Но не тут то было. Вскоре я услышала сзади меня окрик. Эй, ты кто? Я упала в траву, но вскоре ко мне подошел мужчина. В темноте я его не разглядела, но по разговору я поняла – цыган...