Джерри Адамс лежал на жесткой кушетке, вытянувшись в струну – ноги вместе, руки по швам. Он был очень бледен и его всего трясло. Джинсы его под ремнём заметно выпирали.
Доктор Штейн, пожилой, но все еще привлекательный мужчина, с сединой на висках, обошёл кушетку и встал напротив. Его светло-карие глаза под стеклами очков смотрели внимательно и спокойно.
– Вы должны начать говорить, – мягко сказал он – Я только хочу вам помочь.
От его голоса Джерри затрясло ещё сильней, он сжался на кушетке в комок, затыкая уши и сильно зажмурив глаза. Истерично закричал:
– Встаньте за моей спиной! Встаньте за моей спиной!.. Доктор Штейн удивился, даже немного испугался, хотя за свою многолетнюю практику видел еще не такое, но выполнил просьбу.
Тогда Джерри заговорил. Это давалось ему нелегко, он весь обливался потом.
– Знаете, док, у меня есть девушка, она вдруг перестала меня возбуждать. Она красивая, с вот такой грудью, но я её не хочу! Мало того, меня стали раздражать и другие женщины… Джерри громко сглотнул.
– А примерно тогда же меня стали возбуждать мужчины… Доктор Штейн сделал в своем блокноте пометку – «склонность к гомосексуализму».
Джерри аж подскочил, будто мог это видеть.
– Нет, док, не подумайте чего, я не пидор. Мне мужики никогда не нравились, но теперь у меня встает на всех подряд. Знаете, док, – Джерри понизил голос до шёпота – Мне хотелось и вас выебать…
Доктор Штейн скривился и сухо сказал:
– Продолжайте.
– Когда вижу любого парня, у меня сразу хуй встает, я хочу его выебать и даже не важно, где мы находимся, на улице, в баре… – в голосе Джерри появилось отчаяние – Я больше не могу появляться на пляже. Я даже в сортир не могу спокойно зайти! Я дрочу по восемь раз в день! Так не может долго продолжаться, док, вы должны мне помочь!..
Джерри повернулся и уставился на своего психиатра.
От его взгляда доктору Штейну стало немного не по себе. Тёмные глаза Джерри смотрели так пристально, и в них вдруг появился похотливый огонёк.
– Док?
* * *
Этот парень пришёл снова.
Этот Джерри Адамс.
Он и так ходил почти всю неделю, оплачивал время, ложился на кушетку и… молчал. Доктор Штейн думал, ну вот сейчас он начнет говорить, но странный парень, немного помолчав, вдруг вскакивал и убегал так стремительно, что дверь грозила сорваться с петель. Ну, точно с головой не в порядке!
А сегодня он начал говорить. И нёс какую-то откровенную чушь. Или… нет?
А в конце и вовсе снял джинсы и полез… Фу, даже вспоминать противно.
А после Джерри к доктору Штейну просто валом повалили такие же он. Многие так же молчали, а другие и вовсе сразу бросались в атаку, член у них был в полной боевой готовности и не раз за один этот день, мистер Штейн в прямом смысле слова спасал свою задницу. Рабочий день закончился, а он просто валился с ног от усталости.
И всё же, дома он не поленился перерыть все книги, справочники и даже свои собственные конспекты со времен университета.
Но нигде. Ничего. Не было об этом.
Ужин прошел как всегда тихо и незаметно, он проглотил еду, даже не заметив, как она приготовлена, как сервирована и вообще, что это.
И сразу закрылся в своем кабинете. Там он пробыл почти до полуночи.
В спальне, когда они готовились ко сну, жена попросила помочь ей снять узкое джинсовое платье, которое она купила совсем недавно. Он подошёл, и вдруг увидел то, на что раньше никогда не обращал внимания.
Миссис Штейн была и не красивой и не уродливой, обычная средняя американская женщина. Светлые, с рыжиной волосы, вытянутое овальное лицо и большие белые зубы, чуть выпирающие вперед.
Талии у неё не было никакой. Платье, которое она так силилась снять, наконец, застряло на ней где-то в районе плеч, открывая жирный, в три складки живот и молочно-белые слоновьи ляжки.
Он почувствовал такой приступ отвращения, что к горлу подступил ком. А член его, под плотной материей брюк и трусов, непроизвольно съежился. Он выскочил из спальни и припустил в сторону гостиной, а в след ему доносилось:
– Дорогой, дорогой… Всю оставшуюся ночь он проблевал в туалете. Заснул только под утро, естественно, в комнате для гостей.
Днем, совершенно уставший и разбитый, он прошлёпал босыми ногами на кухню. Налил себе апельсинового сока из холодильника и вышел на задний двор. С соседнего участка валил чёрный дым и изумительный запах гамбургеров, поджаренных на гриле.
Выглянул сосед, молодой и улыбчивый латиноамериканец, он приветливо помахал рукой. Его жена, толстая и беременная полезла к нему целоваться. А во дворе еще бесилась целая куча смуглых, сопливых ребятишек.
Доктор Штейн завистливо проводил взглядом молодого хозяина дома, и член у него встал торчком, готовый порвать тонкие теннисные шорты.
Почему он никогда не замечал, что у него есть соседи? Что у него прямо под носом живет такой охуенный парень?
Пожилой мужчина стоял, упираясь бедрами и животом в забор.
– Барбекю? Отличная идея, – сказал он, принимая приглашение на ланч. И похотливо улыбнулся, подумав о чем-то своём.
