Недовольно вздохнув, Даша, молча, кивнула. Недолго думая, Антон расстегнул ширинку, вынул стоячий член и приблизил его к губам девушки:

– Осталось только одно: минет.

– Фу, воняет от тебя, как от козла, – возмутилась Даша. – Помойся!

– Она ещё выпендривается, – пробурчав, Антон повернулся к умывальнику. От процедуры с холодной водой его пенис повис и сморщился, как урюк. – Он упал. Это ты виновата, – разъярённый мужчина опять приблизил член к девичьим губам. – Соси, давай, не выделывайся! Он должен подняться.

Даша вопросительно посмотрела на Клима, но тот в ответ изобразил мимику типа: "Ничего не поделаешь. Мы в безвыходном положении". Поддерживая рукой вялый пенис, девушка ухватила его сочными губами и натренированными движениями пыталась привести телесный инструмент в боевую готовность, но тщетно: мужское достоинство упрямо не поддавалось женской ласке.

– Не встает, – после длительной и бесполезной попытки выдохнула Даша.

– Соси, давай! – нервничая, приказал Антон. – Он должен встать.

– А смысл? – не выдержал Клим. – Я ведь знаю: у тебя после водяры почти всегда сбой.

В дверь постучали:

– Вы долго там будете сидеть? Нашли, где переговоры устраивать. Людям в туалет надо.

– Пока пассажиры не устроили здесь сабантуй, иди к проводнице и объясни всю ситуацию, – посоветовал товарищу Клим. – Всё равно тебе от минета никакого толку.

– Ладно, будешь должна. – Застегнув молнию, Антон быстро вышмыгнул из туалета.

Клим быстро замкнул за ним дверь, но в неё начали неутомимо стучать. Мужчина попробовал снять с себя девушку, но безрезультатно, Казалось, что влагалище своими ненасытными губами намертво засосало мужской орган.

– Какой позор! – чуть не плача, промолвила Даша. – Что будем делать?

– Трахаться, – Клим нежно обнял подругу по несчастью – В нашем положении другого выбора нет:

Когда Антон рассказал проводнице о создавшейся проблеме, та сначала не поверила, но затем залилась писклявым хохотом.

– У людей горе, а вы смеётесь.

– Пойдём, посмотрим на это горе, – успокоившись, женщина поднялась с места.

– Это не выставка, чтобы на неё смотреть. Люди, как – никак, стесняются. Вызовите медика, пусть сделает расслабляющий укол и – всё.

– Во – первых, медики на станциях. Во – вторых, чтобы их вызывать, надо ставить в известность начальника поезда. А что я ему скажу, если сама ничего не видела? Может, ты пошутил.

– Ничего себе шуточки. Ладно, пойдём...

Подойдя к туалету, проводница обратилась к собравшимся пассажирам:

– На какую тему собрание?

– На тему о закрытом туалете, – выискался один умник.

– Граждане, этот туалет не работает. Желающим пописать и покакать разрешаю пользоваться служебным туалетом.

Толпа сразу поредела. Остались самые любопытные. Посыпались вопросы:

– А кто там внутри? Что произошло?

– А ну – ка ушли все отсюда немедленно! – опытная в подобных ситуациях проводница знала, как себя вести. Когда посторонние удалились, она ключом – вездеходом открыла дверь. Нет, она не оторопела, она любовалась картиной соединённых между собой молодых людей. – Какая прелесть!

– Что вылупилась? – не выдержала пристального внимания Даша. – Не видела, как трахаются? Или хочешь тоже так попробовать? Я не сомневаюсь, что за каждый рейс ты обслуживаешь по несколько кобелей.

– Ах, ты подлая хамка! – вышла из себя проводница. – Ещё молоко на губах не обсохло, а ты уже сношаешься, как конченная сука. И где? В отхожих местах! Вот и сидите здесь до опупения, – она собиралась закрыть дверь.

– Постойте! – остановил её Клим. – Не слушайте девку. Она дерзит от обиды. Прошу вас, помогите нам. Уверяю, я вас хорошо отблагодарю.

– Скажи "спасибо" деликатному молодому человеку, шлюха, за то, что он изменил моё решение вызвать милицию, – пальцем погрозила проводница перед демонстративно отвернувшейся Дашей. – Так и быть. Я вам помогу. Скажу честно: чего – чего, а именно такого в моей практике ещё не было.

Когда проводница удалилась, Антон протиснулся в туалет и прикрыл дверь.

– Эврика! – встрепенулась от пришедшей мысли девушка. – Клим, надо снять с себя остатки одежды.

– Зачем?

– У Антона член упал от холодной воды. Может, от неё и у нас этот столбняк сменится на расслабуху?

– Попытка – не пытка. Нам не достать, а ты, Антон, будешь нас брызгать водичкой с умывальника.

Водные процедуры пошли на пользу: мышцы половых органов, которые были почти парализованными, расслабились, и спаянная, казалось бы, на веки вечные пара наконец – то разъединилась.

– Спасибо, Антон, ты – настоящий друг. – Похвалил Клим. – Теперь выйди, пожалуйста, в курилку и дай нам обсохнуть.

– Скажите: пожалуйста, – перекривил его товарищ и вышел из туалета.

Когда пара обсохла, Клим прошептал в приоткрытую дверь Антону:

– От любопытных ротозеев прикрой собой проход, который ведёт в наш вагон, а мы проскочим в тамбур.

Благополучно избавившись от вонючего заключения, прикольная троица сразу нашла повод посетить вагон – ресторан.

– Теперь трахаться в транспорте или в общественных местах не буду, – подняв рюмку с водкой, решил Клим. – Не то, что не буду – не смогу! Как отрезало. Всё! За свободу, друзья!

Все дружно поддержали тост:

Через пару часов любители приключений на свою задницу мирно отдыхали на своих спальных местах в купе. Было тёмная ночь. Неожиданно роликовая дверь отодвинулась и в её проёме нарисовалась качающаяся фигура подвыпившей проводницы:

– Вот они, голубчики, дрыхнут без задних ног, а я ищу их по всему подвижному составу.

Лежащий на верхней полке Клим поднял голову:

– Вы что – то хотели?

– Хм. Я? Ошибаешься, дорогуша. Это ты хотел меня как – то отблагодарить. Ну, осчастливь бедную женщину. Устрой ей аттракцион невиданной щедрости.

Клим спустился па пол, обулся и, выйдя в коридор, прикрыл дверь.

– Видите ли, – начал неуверенно мужчина, – получилось так, что мы обошлись без вашей помощи.

– Что мямлишь, как двоечник перед учителем? – не церемонясь, перебила его проводница. – Думаешь, мне твои вшивые копейки нужны? – Она указала на своё служебное купе. – У меня там для счастья всё есть. Тебя там только нет, а это значит, что ты там будешь. – Пропев, она дернула его за рукав рубахи. – Пойдём. Если бы ты знал, как мне хочется скопировать вашу туалетную картинку.

– Но я не смогу... – сопротивлялся Клим.

– Разговорчики встрою! Не мужик, что ли? Днём умел, а сейчас не может. Заставим. Вперёд! – проводница схватила его за руку и потащила за собой:

Тяжело вздохнув, Антон тихонько спустился с верхней полки и, склонившись над спящей Дашей, нащупал её спелые дыни грудей.

– Тебе чего? – проснувшись, прошептала она.

– Мне кажется, что сейчас у меня получится.

– Как ты меня задрал своей мышиной вознёй! Ты же не отстанешь. Хрен с тобой, давай попробуем, – девушка расстегнула ширинку и опытным движением руки начала возбуждать пенис.

Длительная попытка не дала даже намёка на эрекцию. Даша прекратила мануальные манипуляции. Мужчина понял, что ловить ему здесь нечего.

– Пора завязывать с пьянками. А можно я тебя пальчиками потыкаю? – умоляюще попросил он.

– Не пойму, какое тебе от этого удовольствие?

– Никакого, но зато приятно.

– Ну, тыкай. Куда тебя денешь: Только под простыней. Вдруг мать проснётся, – раздражённо вздохнула Даша. Она не знала, как избавится от назойливого "мухоблуда". Если человек противен, пусть даже он станет альтруистом, всё равно останется противным. Мужская рука чересчур "освоилась".

Мне больно! – чуть не выкрикнула девушка. – Что ты хочешь?

– Вовнутрь просунуть.

– Зачем?

– Интересно, как там всё устроено.

– А ну – ка пошёл отсюда, живодёр! – Даша брезгливо оттолкнула его руку и отвернулась.

Не солоно хлебавши, Антон полез на своё спальное место:

Утром Дашу разбудил ввалившийся в купе в стельку пьяный Клим.

– Ну, что, отрезало? – намекнула девушка на его вчерашнюю клятву в ресторане.

– Не совсем. Разве под таким сногсшибательным напором устоишь?

– Это тебе наука – никогда не надо зарекаться. Ложись, отдыхай, а я пойду, приведу себя в порядок.

Взяв туалетные принадлежности, Даша вышла из купе и увидела в коридоре мать с неизвестной женщиной, которая что – то тайно ей нашёптывала.

– Я хотела уже тебя будить. Скоро наша станция. Поторопись, – подогнала девушку серьёзная мать.

Умывшись, Даша вернулась в купе. За время её отсутствия мать успела достать с багажных рундуков их чемоданы и сдать постель. Антона так и не было. Клим продолжал храпеть. По громкоговорителю объявили о прибытии поезда в родимую Горловку. Взяв поклажу, мать с дочкой вышли в тамбур. Поезд сбавил скорость. Открыв двери, сонная проводница глянула на выходящих пассажиров и, узнав Дашу, посоветовала её мамаше

– Вам надо внимательней следить за дочкой.

– Почему? – насторожилась та.

– Потому что со смазливой мордахой чаще всего залетают. Я имею в виду не на Луну. Дай Бог, чтоб вам не сказали, как в том анекдоте: "А Галя ваша балована".

– Может, хватит учить учителя? – "взорвалась" Даша. – По твоему виду можно догадаться о беспризорном детстве.

– Ты глянь на неё: зубки показывает, – слегка качаясь, ухмыльнулась проводница.

– Даша, молчи, – грозно приказала мать.

Поезд остановился. Проводница подняла подножку:

– Кому надо – выкиндштейн, короче – выплёвывайтесь. Добро пожаловать в загазованную Горловку.

Мать с дочерью сошли на перрон. Долго разглядывали встречающих, но своего Славика женщины не увидели.

– Это правда? – неожиданно спросила мать.

– Ты о чём? – вздрогнула дочь.

– О туалете.

– Кому ты веришь? Временным попутчикам? – Даша вспомнила о незнакомой шептухе в коридоре. – Они сплетню втолкнули в твою голову и исчезли из твоей жизни, а ты, поверив, долго ещё будешь мозгами пережёвывать воспринятую информацию.

– Вон, как птичка защебетала звонко. Мне ничего не остаётся делать, как поставить об этом в известность отца.

– Я тоже молчать не буду. Расскажу о кавказце, о: – Даша начала перечислять всех маминых половых партнёров.

– Заткнись, тварь небла