В отеле сразу в душ, я ещё сижу, записываю своё разведдонесение, она мирно спит рядышком. Всё, хватит эпистолярничать, надо заняться делом. Я обязательно должен ещё разок в неё кончить...

... Что я и проделываю. Она лежит под одеялом и дрыхнет как сурок. А у меня ж снова стояк, что неудивительно – маршрут – то сегодня вечером был нелёгким и весьма возбуждающим, учитывая специфику развратного и ненасытного персонала на нашем пути. Это обнажённое, прекрасное, манящее тело, которое сопит рядом со мной, нагло прикрывшись одеялом только наполовину, просто не оставляет мне ни малейшего выбора. Я тихонько заползаю под одеяло, приподнимаю и слегка сгибаю её правое бедро, чтобы легче добраться до заветной сахарницы. Крышечка легко открывается с помощью смазки, аккуратно сплюнутой на пальчик – ключик, и я, наконец, погружаю своё твердостоЯщее орудие туда, куда оно так стремилось. И снова наступает такое блаженство, что я просто не могу себя удержать. Она моя Missis Right! Я уже полностью внутри неё и трахаю её как последний кролик, шарю обеими руками по её плотному, упругому телу. Мне нужно всего несколько минут и я кончаю с глубокими стонами... Как в кино, ей богу!. . С той лишь разницей, что мой восторг настоящий, а не киношный. Я оставляю своё заряженное камагрой орудие бурения внутри скважины – пусть оно там мирно уснёт. Потом буравчик выскользнет сам, но я этого уже не замечу – я ещё там, внутри, когда я блаженно засыпаю.

На следующее утро я заказываю себе минет. Но это явно не самое любимое её упражнение... Ладно, через пять минут я её поднимаю и усаживаю в позу всадника. Немного поскакав, спешиваемся и играем в миссионера. Обычно я не люблю миссионерствовать, но с ней мне это доставляет истинное удовольствие. При этом я обеими руками обхватываю снизу её булочки, на которых она, собственно, лежит, и с наслаждением и особой тщательностью разминаю их. Потом мы скатываемся на бок, я обхватываю её оказавшуюся наверху булочку и с силой притягиваю её к себе в ритме своих толчков. Я в пяти секундах от оргазма, но я не могу кончить. Дальше – хуже: я снова пытаюсь совершить оральное окончание – и... сдаюсь. Видимо такова цена за рекордные достижения прошедшего дня.

Показываю ей фотографии, которые я сделал прошлым вечером, когда она уснула. Она смеётся. Я говорю, что ночью её вкусненько потрахал. Она действительно ничего такого не помнит. "I don t know, I was mau" (mau= пьяная), снова смеётся она.

Мы одеваемся и идём завтракать в город. Льёт дождь. Моей мышке нужна новая обувка... У меня нет настроения на совместный шоппинг, потому даю ей денежку, сажаю в такси и отправляю в самостоятельное плавание по залитому тропическим ливнем городу. Посмотрим, когда и с – рыбка снова всплывёт.

Я уже лег в кровать для небольшого дневного сна, как вдруг в начале пятого приплывает моя рыбка. С новой причёской и в новых туфельках.

Рыбка снова становится мышкой, юркает ко мне в кроватку и врубает телик. Я тут же завожусь и желаю реализовать свой законный, но щенный утром выстрел. Поднимаюсь, ружьё наперевес, беру с ночного столика ружейную смазку – детское масло, захватываю из ванной большое полотенце и раскладываю его на большом столе в гостиной, рядом ставлю бутылочку с маслом. Поляна для дичи накрыта, приборы – приправы сервированы. Охотник направляется в спальню и вытягивает мышонка из – под покрывала. Мышка уже знает, что ей предстоит и смеётся. С гнусной ухмылочкой тащу свою жертву из ей норки, укладываю на спину на наш замечательный большой и прочный кухонный стол, обильно намасливаю сечку отличным таиландским детским маслом и вставляю патрон в предназначенный ему патронник. Жертвенная мышь ликующе взвизгивает при каждом ударе. Да, этот мой тортик просто сенсационен. Не только обалденно тесненький в нужном месте, но ещё и радостно пищащий во время наших упражнений, причём по – настоящему, а не притворно.

Разворачиваю сладкую тушку на бок, её бёдра скрещены, коленки подтянуты, так что попа немного выступает за край стола. Картинка выглядит как очень заманчивое приглашение, и я потихоньку схожу с ума. Я принимаю приглашение и несколько минут тупо барабаню, что твой кролик. Моя барабанная палочка хлопает по её заднице. Экзекуция продолжается уже на кровати. Я снова беру её наискосок сзади и быстро выпаливаю свой заряд точно в яблочко, то есть в персик. И всё это время реву, как олень. Мне уже почти неудобно – я снова испытываю такой невероятный оргазм, что мурашки бегут и бегут по всему телу.

Ах, да – ещё одна деталька: перед нашей разминкой на кухонном столе мышка ещё и пописала на мой член. Я сидел на унитазном троне, а она просто присела на меня сверху, лицом к лицу. И пустила свою струйку прямо на мой стоячок, при этом целуя меня в гланды, взасос. Вот это была прелюдия, доложу я вам! Вытираться я и не подумал – мы направились прямиком к уже накрытому (полотенцем) столу. С меня ещё стекали тёплые мышкины капельки – писаньки, когда я с блаженной улыбкой медитировал перед столиком, сервированным дичью, а сама цыпочка с миндальными глазками медленно – медленно опускала свои лапки на нужную ысоту. Её попа тоже была вся – вся влажная...

Уффф... Мы заказываем какой – то перекус в гостиничном ресторане. Мышка клюет что – то рисовое со свининой, а я наслаждаюсь кофе и десертом.

Когда через пару часов мы снова лежим в кровати – она вся в своей мыльной пене опере, а я как раз закончил свою деловую переписку – мой фитиль снова начинает требовать огня, и я спускаю до колен свои шорты. " "Ой, нет!" " – жалобно пищит мышка, " "Tscheeep!" ", пусечка бобо! И показывает мне, где именно там бобо. Я говорю " "No bumbum" " – я хочу лишь чуть – чуть засунуть, что я и проделываю – иногда ведь аппетит приходит во время еды. Однако номер не проходит. Она жалобно скулит, я останавливаюсь.

Прости меня, моя девочка, но если этот фокус повторится и сегодня вечером (после запланированной вылазки в Патпонг), то завтра тебе придётся отправиться домой раньше срока. Я так ей и говорю. Конечно, трахал я её, может быть, немножко слишком часто, а она действительно такая там вся узенькая... Но что ж делать, если она с этим не справляется? При всей симпатии у меня нет желания лежать радом с хорошенькой киской, с эрегированным членом наперевес, и не иметь возможности утолить томленье плоти. Тут нужно чётко расставить приоритеты. Жизнь слишком коротка для гнилых компромиссов.

В 9 вечера мы едем на такси в Патпонг – ещё одна разведочная вылазка в известный городской квартал. Всё там понятно – и вполне тоскливо.

Лучше поедем – ка в НАНА, в Мандарин! Вчера нам там очень понравилось, и моя мышка хочет поболтать одной местной девочкой... Болтаем, выпиваем. Я тем временем примечаю двух сладеньких морковок, в весовом классе до 40 кг – как раз мой размерчик. Делаю себе заметку на послезавтра. Там же, в НАНА, и перекусываем. Потом домой.

В 7/11 мы уже прикупили бутылочку скотча " "100 Pipers" " с разбавителем, теперь осталось только взять льда. Я делаю несколько пробных фото, завтра будет больше, заливаю ей ещё пару штук. Когда возвращаюсь из душа, обнаруживаю свою компаньоншу спящей.

Посмотрим, удастся ли мне сейчас пристроить свой шомпол – или же лучше будет пощадить мою мышку, чтобы утренний номер вышел помощнее.

Что ж, решаю нынче оставить её в покое. Честно говоря, и моя собственная макаронина тоже немного побаливает. Но зато с утра всё происходит относительно быстро: я намасливаю её пусечку детским маслом, пока она ещё пребывает в полусне и в дремотном состоянии, без задержки запихиваю свой стоячок, как мне это полюбилось, сзади наискосок. Никакого сопротивления, напротив, она сразу начинает тихо подмяукивать и принимает игру – протягивает свою руку назад и, подталкивая меня в спину, притягивает к себе. Меняю позицию – теперь я знаю, как это описать понагляднее – практически я располагаю её в " "устойчивом положении на боку" ", как учат на курсах оказания первой помощи. А затем мои согнутые коленки оказываются между её бёдрами, словно в полуприсяде. Гениально, трудно, но очень чувственно.

Мои ощущения изумительны, это так хорошо, что я очень быстро кончаю в её пусечку, и снова реву как олень на гоне. Я отваливаюсь, и мы снова засыпаем. В конце концов, ещё ведь только 7 часов утра.

Сегодня у нас в программе маленькая фотосессия в гостиничном номере – кухонька и балкон представляют собой прекрасный антураж. А вот и несколько картинок.

Сегодня она хочет отправиться в один из крупнейших шопинг – молов в Бангкоке, но мне эта идея совсем не нравится – жарко, душно, опять пялиться на эти витрины... Кроме того, снова начинаются жалобы на пусечку – мол, болит... Она бы и хотела, я это ещё утром вполне ясно заметил, но просто больше не может – там действительно всё изранено.

Ну что ж, давай тогда минетик, что ли, по – быстрому.

После успешного орального упражнения спрашиваю свою мышку, не хотела бы она уже сегодня отправиться домой, разумеется, при полной оплате изначально оговоренного гонорара. Она сразу соглашается. Итак, баланс в целом положительный – я с ней вдоволь наигрался, а она отлично подыгрывала. Прощаюсь со своей ненаглядной. Сегодня вечером предстоит вылазка в НАНА, в бар Мандарин – там я ещё вчера заприметил несколько сладких птичек, произведших на меня весьма благоприятное впечатление.