Спустя минуту я поднялся и двинулся к экзоскелету. Зачем, не знаю. Наверное, удрать хотел. Сделал пару шагов и тут же развернулся. Стал рассматривать существо.

Видно, в момент, когда я его нашел, я слегка все – таки офонарел, потому что сейчас я не мог понять, с какого это испуга я обозвал приличного человека уродом. Это был молодой парень, худощавый, стройный, в меру накачанный. Никакого хвоста у него не было.

Что за фантазия мне пришла в голову! Хвост! Это же надо было такое придумать!

Я присел на корточки и осторожно прикоснулся к его плечу пальцем.

И про бетон я загнул! Обычный человек, обычное тело.

Я на всякий случай потрогал еще и руки – ноги. Да, обычное тело. Именно то, что ожидаешь почувствовать, когда прикасаешься к человеку.

И теплый, кстати. Телесной, так сказать, температуры.

В общем, передо мной лежал обычный парень.

Вот только лежал он черте где, в центре галактики, на ядовитой пустынной планете.

Ну, бывает:

Наверное, минуту, если не две, я смотрел. Потом меня пробило – нужно же доложить на базу!

Я бросился к экзоскелету.

Черт, спутник ушел за горизонт! Он был один, двигался по спирали, обслуживал всю планету. Так что в следующий раз связь появится не раньше, чем через семь часов.

Ну и ладно. Через пятнадцать минут я могу быть у своей шлюпки. Еще через час – на базе:

А с парнем – то что делать? Оставить здесь? Тащить с собой?

И тут я понял, что есть более срочная задача. Надо его сфотографировать! Иначе никто ведь не поверит!

На необжитых планетах все еще используются камеры, и именно камеру я и схватил. Кто не знает, там есть такой экранчик, на который надо смотреть, чтобы видеть, что снимаешь. Древность, конечно, но зато очень надежно. Сломаться не может, хоть гвозди забивай. К тому же, опечатана и не имеет связи с коннектом, не потребуется доказывать, что ее содержимое – настоящие фотографии реальных объектов.

Вот этой штуковиной я свою находку и снял.

Потом понял, что в таком ракурсе не видно поверхности планеты. Обогнул человека и сделал новый снимок – так, чтобы в кадр попали и экзоскелет, и горошины.

Надо было бы еще сфотографировать лицо. Я подошел к парню вплотную и, пригнувшись, повернул его на спину.

В последнее мгновение, перед тем, как безвольное тело осело на поверхность в новом положении, я вдруг испугался, что, как в фильмах ужасов, увижу что – то чуждое, опасное, жуткое. Ничего страшного не произошло. Действительно, молодой парень. Половые признаки не оставляли сомнений. Самый обычный человек.

Я навел камеру и замер. Палец автоматически нажал на кнопку, раздался звук съемки, но я уже не следил за тем, что происходит. Не веря глазам, я смотрел на экранчик. Потом опустил фотоаппарат:

Это был он!

Вот так, на чужой планете, в ненаселенном мире, я вдруг увидел:

Его:

Я отнес камеру обратно. Вернулся, посмотрел в знакомое лицо, тут же отвел взгляд.

Что же здесь происходит?!

А он точно живой?

Я встал на колени. Грудь не поднималась, человек не дышал.

Я бросился за запасным синтезатором кислорода, вернулся, поднес раструб к лицу парня, и тут ясно увидел, как спокойно поднялась и опустилась его грудь.

Дышит!

Дышит?

Местной атмосферой?

Я прижимал синтезатор кислорода к лицу человека и глядел на него, не в силах оторвать взгляда:

До момента, когда я перевернул парня на спину, я как – то не осознавал, что передо мной самое настоящее инопланетное существо. Он ведь выглядел совершенно как человек! И только теперь я понял, окончательно, бесповоротно понял – да, это не землянин!

Потому что я знал этого парня:

Я, как все, дрочу. Я всех шокировал? Ха! Держитесь, это еще не все – я при этом фантазирую не только о девушках, но и о юношах. Ну, да, представляю себе, что трахаюсь с другим мужчиной. Это, как всякая ненормальность, и заводит сильнее, и оргазм получается ярче. Я так "перепробовал" практически всех своих одногруппников и еще парочку знакомых. Однако по – настоящему красивых мальчишек очень мало, вот мне и пришлось придумать для себя идеального партнера, прекрасного и возбуждающего юношу, самого сексапильного парня, на которого только была способна моя фантазия:

И вот теперь передо мной лежал именно он.