И вот он здесь среди влиятельных гостей, от одной мысли, что он может увидеть меня, у меня всё похолодело внутри, я побледнел и покрылся испариной. Я понимал, что он не сможет узнать меня, но он мог выбрать для уединения любую из нас. И я как мог, избегал его и когда какой то пожилой иностранец забрал меня, я вздохнул с громадным облегчением, хотя меня никак не радовала перспектива быть оттраханным этим месье. Он неторопливо лапал меня, потом я стимулировал его вялый член, но все без толку, однако он позвал своего молодого переводчика, у которого совсем не было проблем с потенцией, тот сразу поставил меня раком и начал трахать.

Месье с восторгом наблюдая как меня сношают, таки возбудился и вставил свой член мне в рот. И тут я понял, что обслуживать сразу двоих очень непросто. Во первых от такого унижения у меня стали щипать глаза, а во вторых амплитуда у переводчика была будь здоров, и помимо боли в попочке, я весь шатался насаживаясь глубоко ртом на другой член. Так продолжалось сравнительно долго, но потом месье повторяя "манифика, манифика" кончил первый, аккуратно мне в ротик. Потом по – доброму улыбнулся, сказал "мерси" и подмигнул. Переводчик тоже хотел слить мне в ротик, но не успел и брызнул мне на попу и спину.

После этого, как положено правилами, я пошел и принял душ, далее гигиена и потом снова в гримерку навести красоту. Я надеялся, что когда я буду готов, мероприятие закончится и гости, пьяные и довольные уже разъедутся по домам к своим женам.

Одев пушистые ушки из костюма белой кошечки я посмотрел на себя в зеркало. Что и говорить, в зеркале была очень желанная красотка. Упругая высокая грудь, призывно выпирающая из лифа, осиная талия, длинные стройные ноги, милое и даже красивое лицо с полными губами и большими глазами. Я подумал насколько Маркиз настоящий друг, но и такой ботаник, хотя будь на его месте я, я бы повел бы себя точно также; ведь я знал, как бесконечно тяжело выносить то, что со мной сделали и я бы не стал ни за что, ловить свой похотливый кайф на чужой трагедии. Тяжело вздохнув я вышел в зал, так никого не было, не считая моего отца с которым я столкнулся нос с носом. Он был под ручку с директором нашей "фабрики" Николь.

Я в оцепенении обмер. – О! – обрадованно сказал он и оглядел меня с ног до головы. Улыбнулся, провел руками по телу и залапал попочку: – Какая милая и упругая. – сказал он почему то смотря на Николь: – Очень хорошо!

– Как тебя зовут, детка? – спросил отец у меня, они с Николь расположились в мягких креслах, я стоял перед ними, ни живой, ни мертвый, смотря себе под ноги.

– Ну, отвечай мистеру Верханену. – спокойно приказала Николь.

– Салл... Саллочка. – пролепетал я, желая испариться.

– У вас не было проблем с ним? – спросил мой отец, повернувшись к Николь.

– Никаких проблем, Саллочка очень послушная и быстро учится. – ответила Николь с интересом смотря на отца.

– Ну иди на коленки к папочке, Салливан, – сказал отец, похлопывая себя по коленям.

Он сказал "К ПАПОЧКЕ?" – шокирующие мысли пронеслись в голове.

– Папа, ТЫ ЗНАЕШЬ? – воскликнул я, автоматически садясь ему на колени: – Пожалуйста, забери меня домой, папа!!!

– Твой дом здесь, Саллочка. – холодно ответил отец и стал мять меня за грудь. – Может, хоть сейчас ты перестанешь только и делать, что вымогать у меня деньги.

Ужасный лёд сковал мой разум, я был в глубоком шоке.

– Комната свиданий свободна мистер Верханен, – сказал Николь.

– Спасибо, Николь, – ответил отец, вставая и увлекая меня за собой.

– Папа, пожалуйста, папа... – начал просто молить я.

– Хватит! Просто будь хорошей девочкой! – строго оборвал меня отец.

Я не мог, не мог в это поверить, это не укладывалось в моей голове, но я покорно шел за ним, отец открыл дверь и пригласил жестом:

– Проходи, Саллочка.

Я вошел в комнату, и почувствовала его руку на своей попке. Он нежно погладил её и я услышал как закрылась дверь.

Отец плюхнулся на кресло и достал сигару: – Сними мои ботинки и носки.

Я встал перед ним на колени и аккуратно стянул с него обувь и носки и вопросительно посмотрел на него. "Боже мой, боже мой" – только и мог думать я.

Отец выпускал клубы дыма и задумчиво смотрел на меня. Потом большим пальцом ноги он легонько провёл мне по губам.

– Салли. . – сказал он тягуче и засунул пальцы ноги мне в рот. – Ты знаешь что делать.

Я принялся сосать его пальцы. Через некоторое время видимо ему это наскучило и он оттолкнув меня ногой встал и, спустив свои штаны с трусами, он помог мне встать на ноги. Вплотную приблизил своё лицо к моему. Я заново смотрела на хорошо знакомое с детства лицо.

– А они действительно сделали из тебя красотку, Салли.

Он стал мять и тискать мои груди. – Отличная форма, размер, и хороши на ощупь, – удовлетворенно объявил он. Потом прислонил меня к стене и впился глубоким поцелуем. Запах табака и виски, его ухоженное лицо было гладко выбритое и не кололось в отличии от одного доктора. Его язык пошерудил у меня во рту, я робко ответил ему.

– Мм. . какие сладкие губки, Салли. Не могу больше ждать! Покажи их в деле!

И отец властно опустил меня на колени перед собой и тут же засунул свой эрегированный член мне в рот.

– Соси.

Я легко принял его не маленький член и начал активно сосать, довольно глубоко заглатывая. "Что я делаю... о боже мой, что со мной стало, как так получилось, что в моём рту член моего же отца!"

– Салли запомни, когда мой член у тебя во рту я хочу чтобы ты смотрела на меня.

Я покорно поднял глаза, это было не очень удобно, сосать его член и смотреть ему в глаза, но я старался. И увидела на лице отца довольнейшую улыбку.

– О Салливан это так чудесно, ты только и мог, что постоянно клянчить у меня деньги, а сейчас ты просто даришь мне наслаждение: – Я хочу оттрахать твоё чудесное личико!

Он схватил меня за волосы и прижал голову к стене и начал мощные фрикции мне в горло. Это было больно и я стал задыхаться, но умение и опыт меня спасло, ведь многие как я теперь знаю любят подолбить в ротик.

– В глаза Саллочка, в глаза! – прохрипел отец. Я встретился с ним взглядом и уже старался не отрывать взора. На его лице была написана и похоть и удовольствие, но больше всего было торжества. Отец просто ликовал, как будто сорвал джек – пот. Потом он вынул член, и похлопал им мне по щекам.

– Высунь язык, – приказал он. Я сделал это и он стал хлопать по языку, а потом резко всунул во всю длину, что мой нос да и всё лицо упёрлось в его живот. Вернее в складки уже появившегося брюшка. Больно и нечем дышать, но я терпел как мог. Отец заурчал от удовольствия. Прошло немного времени. Потом снова высунул и я смог наконец нормально вздохнуть. И это повторилось несколько раз.

– Хорошая девочка, Саллочка. Твой ротик просто нечто! А теперь давай проверим попку.

И он стал снимать рубашку. Я тоже разделся и стал забираться на кровать, но тут на меня накатило: "Но господи он ещё хочет поиметь меня и в попку, но это же больно и это мой папа, человек который должен оберегать меня! и мне стало так бесконечно обидно и жалко себя, ну за что мне, я так хорошо жил раньше, я был так счастлив, передо мной была вся жизнь, а теперь я стал подстилкой для Сявки и богатеньких козлов. И что я теперь всю оставшуюся жизнь должен буду развлекать и удовлетворять их?" и я как девчонка расплакался:

– Папа ну пожалуйста, пожалуйста, не надо, не надо! Я буду самым хорошим, самым правильным! Пожалуйста, пожалуйста! Забери меня отсюда!

Отец растроганно меня обнял и прижал к себе, и надежда затеплилась в моём сердце!

– Ох Салливан, Салливан, – жалел меня отец, успокоительно поглаживая рукой по спине, но почему?! почему при этом его вторая рука лежала на моей заднице, сжимая её.

Потом он молча, аккуратно развернул меня и нагнул и я почувствовал как он стал проникать в меня.

– Оооо, – застонал я. Больно, ведь его член заметно больше Сявкиного. Он вошёл в меня.

– Салливан, а я тебе говорил, что надо поступать в военное училище! Но как же! Разве ты послушаешься! Так что сам виноват! – с этими словами он начал трахать меня. Ну как же больно то!

– Папа, я пойду, оооо... я пойду в военное правда. . ооо. . только не надо. . – моё бормотание прерывалось стонами боли.

– Хахахаха, – громко, во весь голос засмеялся отец. – Салливан, мальчик мой, посмотри на себя, какое теперь военное, ты теперь горячая киса, мечта мужчин.

– Хаха, и как я возьму тебя домой, моя новая жена будет ревновать! Твоей красоте и твоим умениям! Да и посуди сама – твоя попка просто создана для члена! Такая тугая и классная! А сосешь ты как? Гораздо лучше моей жены!

Отец стал сильнее и быстрее трахать меня. Его член входил по самые яйца, он шлёпал меня по попе, хватал за грудь, больно сжимая её, оттягивал за волосы. В общем был груб и никак не стеснял себя.

Было по прежнему больно, но уже не так сильно. Я терпеливо ждал когда же он кончит. Я перестала плакать и думал какой же он козёл. Как он мог! Но нужно чтобы он остался доволен, главное чтобы он не пожаловался администрации! Нет! Только не это! Я больше выгнул спинку, а одной рукой, просунув под собой, стал нежно массировать его яички.

– Да, сучка, ты знаешь как угодить! – прохрипел отец продолжая наяривать меня. Тут он вынул член и грубо схватив меня за волосы притянул к себе. Он очень неудобно задрал мне голову и насадил меня на свой член. И стал кончать. Мой рот наполнился его спермой. Я не мог ни дышать ни глотать. Оставалось только ждать когда он закончит. Он сделал ещё пару фрикций и вынул член изо рта, пристально смотря на меня. Я глядя ему в глаза открыла рот, показав что он полон его спермы и проглотил всё.

– Умничка Салли, довольно сказал отец и плюхнулся на кровать. – Хорошая шлюха. Николь умеет делать прекрасных ублажительниц.

Да и ты понимаешь что называть меня надо только мистер Верханен.

– Конечно, мистер Верханен.

– А теперь прежде чем я трахну тебя снова я хочу почитать сегодняшний НьюЙоркер, там интересная статься о ситуации в Сирии. А ты пока полижи мою жопу. Да хорошенько, Салли, оближи её всю и чтобы весь твой язык был в моей жопе.

С этим словами отец перевернулся на живот и раскрыл газету.

Мне опять стало очень жалко себя, я подумала ну как можно быть таким уродом, но вспомнив что может Николь сделать мне, стал старательно вылизывать ему жопу.

Через пол часа, когда я окончательно устал, а его жопа начищенно блестела от моих усилий, отец еще раз трахнул меня. На этот раз он положил меня на спину, на пол. Высоко как я только мог задрал мои ноги и трахал меня заметно дольше первого, смотря мне в глаза и довольно улыбаясь. Потом он трахая в попу, попеременно то одной то другой ногой наступал мне на лицо и говорил что не зря они с мамой меня вырастили. Что я настоящее услада и утешение для родителей. Грубо и больно сжимал мои сиськи. А потом опять спустил всё мне в ротик.

После этого я окончательно решил, что убью его.

Я помогл ему одеться и отец сказал:

– Саллочка, всё было супер! Ты отличная шлюшка! На следующей неделе я приду снова и мы попробуем что – нибудь погорячее. – он довольно засмеялся и потрепал меня по щеке.

Когда дверь закрылась за ним, я снова чуть не заплакал. Как же так получилось, что теперь смысл моего существования лишь в том, чтобы качественно ублажать козлов вроде моего отца.

Но Маркиз завтра или послезавтра придёт и я несмотря на абсолютно выжженную землю моей души слабенько улыбнулся.