Глава 10

Спортзал и "Стоматолог

Поднявшись по лестнице, пожилая женщина, в промокшей от пота накидке, на дрожавших от напряжения ногах и вскрикивая на каждом шаге, пошла по коридору в поисках кабинета. Постучав в нужную дверь, она вошла. Это был большой спортивный зал. Здесь пахло потом и кровью, по залу раздавались щелчки и удары хлыстов и кнутов, чередовавшиеся со стонами и криками. "Госпожи" и "мастера" тренировали на тренажёрах своих рабов и рабынь. Старуха увидела своего "надзирателя", она подошла к ней и встала в ожидание приказа.

– Ты, старая корова, опоздала на двадцать минут! За это, тварь, ты будешь наказана! – Взяв из рук рабы "ежедневник", "надзиратель" сделала отметку. Помахивая трёх хвостой плетью он подошла к старухе. Рукоять плети упёрлась в спину пожилой женщины.

– Сними накидку, тварь! И пошла на дорожку, старая сука!

Со стоном, женщина встала на беговую дорожку тренажёра. "Надзиратель" пристегнула руки стару – хи к перекладине над тренажёром.

– А теперь, тварь, шевели ногами! – Она стегнула плетью старуху по отвислому заду.

Вскрикивая от боли, с плачем, женщина медленно пошла по дорожке. При каждом шаге рабы, "расширитель" и "затычка" двигались, растягивая шейку матки и уретру пожилой женщины, причиняя ей дикую боль.

– Бегом! Бегом, ленивая корова! – Стегая рабу плетью, прикрикивала "надзиратель". Вздрагивая от ударов плети и подвывая от боли между ног, старуха прибавила шаг. Через несколько минут, раба потеряла сознание, и её тело повисло на перекладине, а ноги безжизненно волочились по движущейся дорожке.

"Надзиратель" привела рабу в чувство и заставила снова бежать по дорожке, подгоняя ударами пле – ти. Старуха несколько раз теряла сознание, но её снова и снова приводили в чувство, и снова заставляли бежать по дорожке. Через час "занятий", измученную пожилую рабу отстегнули и разрешили сойти с дорожки. Старуха подошла к "надзирателю". Женщина посмотрела на свою жертву. Пожилая женщина хрипло и тяжело дышала, её старческое тело блестело от пота. Спина, плечи, бёдра и зад старухи были покрыты красными рубцами, следами от плети. Рукоятью плети, "надзиратель" подняла голову рабы. Седые волосы на голове женщины слиплись, на щеках засохли дорожки от слёз, а в её глазах, застыли страх и боль

– Ты, старая корова, оправдала свою репутацию, тупой и ленивой шлюхи, боящейся боли и наказания. Но, ничего, я из тебя эту дурь выбью. За это "занятие" ты, тупая тварь, получаешь "три". И пошла в свою камеру, сука! – Она протянула старухе "ежедневник".

Надев накидку, измученная старуха пошла в свою камеру. Она заметила, что теперь, при каждом шаге, боль уже была менее заметна.

Войдя в камеру, пожилая женщина нажала на красную кнопку. Сходив в туалет и подмывшись, она, со страхом, открыла свой "ежедневник". В "ежедневнике" в разделе "оценки" стояла жирная "тройка". В разделе "задания" было указание, какие штекера "обруча" надо воткнуть в какие разъёмы на стене камеры. Старуха, послушно, выполнила все указания, надела на голову обруч, легла и пристегнула себя к спинкам кровати. Дикая, оглушающая боль в голове заставила пожилую женщину закричать, а её тело изогнуться. Несколько долгих минут, старуха корчилась и кричала от боли. Наконец, всё прекратилось, тело рабы, без сил, распласталось на кровати. Старуха хрипло дышала, всё плыло перед глазами. Она увидела своего "надзирателя" и "медсестру".

– Что бабка больно тебе? Привыкай. Будешь плохо стараться, будет очень больно. Побольше ей раз – двинь! – Обратилась "надзиратель" к "медсестре", склонившейся над старухой. Неожиданно, пожилая женщина истошно закричала, и её тело выгнулось от боли.

– Ничего, ей это полезно. Скоро она у нас, как шёлковая будет. – Проговорила "надзиратель" подталкивая "медсестру" к выходу из камеры.

В течение трёх часов, через каждые двадцать минут, старуха корчилась и кричала от боли. Наконец, пожилая женщина почувствовала, как расстегнулись зажимы на браслетах. Встав с кровати, она присела над "очком". Испражнившись и опустошив мочеприёмник, раба помылась. Со страхом, открыв "ежедневник", она прочитала новые указания. Дрожащими руками, старуха надела на голову обруч и воткнула штекеры в панель на стене. Женщина покорно приковала себя к кровати. В камере погас свет, а через несколько минут раздался крик боли.

Когда в камере зажёгся свет, пожилая женщина встала с кровати. Поев и выполнив все процедуры, она поспешила в тренировочный зал. Помня о наказании, она, превзнемогая дикую разрывающую боль, бегала по дорожке, приседала, крутила педали велоэргометра. За свои старания, старуха получила "четвёрку".

– Видишь, бабка, ты всё можешь, просто тебя надо подтолкнуть. – Проговорила "надзиратель" похло – пав ладонью в перчатке по её мокрой от слёз и пота щеке.

– Спасибо, Госпожа. – Всхлипывая, проговорила старуха.

– Иди в камеру, отдохни и возвращайся, старая корова.

Войдя в камеру и нажав кнопку, пожилая женщина рухнула на кровать и разрыдалась.

Прочитав "ежедневник", раба надела обруч и легла на кровать.

Когда в камере зажёгся свет, старуха снова пошла в спортзал. В зале её уже ждали. "Надзира – тель" приказала ей раздвинуть ноги, а "медсестра", разжала "расширитель" и "грушей" накачала "затычку". После этого, старуху снова заставили бегать по беговой дорожке и крутить педали велоэргометра. Пожилая женщина стонала и кричала от боли, выполняя все упражнения. Когда ей разрешили слезть с тренажёра, она без сил рухнула на пол. Ударами плети, "надзиратель" заставила её встать на ноги.

– Я смотрю, ты, бабка устала. Не пора ли тебя взбодрить?

– Нет! Нет, Госпожа! Я крепкая. Я сделаю всё, что вы мне прикажете! – Рухнув на колени, взмолилась старуха.

– Что ж, посмотрим. – Взяв старуху за ошейник, "госпожа" потащила её по залу. В углу зала на полу, в луже экскрементов и крови, лежал голый старик – раб. Садистка пинком подтолкнула полупридушенную рабу к нему.

– Иди, отсоси у своего сородича! Шевелись, тварь! – Она плетью огрела старуху по спине.

Пожилая женщина, на четвереньках, подползла к старику. От него пахло мочой и калом. Брезгливо сморщившись, старуха взяла член раба в руку. Он был сантиметров двадцати длинной, довольно толстый, головка члена была разрезана на две части, а за головкой было вставлено большое кольцо. Яйца старика были перевязаны у основания члена и были тёмно бордовыми.

– Что застыла, сука! Выполняй приказ! – "Надзиратель" стегнула старуху по спине плетью.

Зажмурившись, старуха низко наклонилась и взяла грязный вонючий член старика в рот. Она стала сосать, на глазах всего зала, её дважды вырвало, кольцо больно било по зубам. Через несколько минут, женщина почувствовала, как чьи то руки больно вцепились ей в волосы. Пришедший в себя раб, схватив старуху за волосы, стал насаживать её голову на свой член. Кончив, он отпустил старуху и снова потерял сознание.

– Ты его, сучка, до смерти засосала. Смотри, тварь, они, даже умирая тебя выебут! – "Надсмотрщик", держа старуху за волосы, заставила её смотреть, как рабы, за ноги, уволокли тело старика.

– Ладно, бабка, иди в камеру и, как следует помойся, и прополоскай свой вонючий рот!

Войдя в камеру и нажав кнопку, старуха помылась и прополоскала рот, она языком почувствовала, что один зуб сломан. Она и не заметила, пока сосала член, что кольцо сломало ей зуб. Прочитав "ежедневник", пожилая женщина надела на голову обруч и, воткнув штекеры в разъёмы, легла на кровать.

Свет в камере зажегся и, раба проснулась. Проделав все процедуры, она вышла из камеры и пошла к лестнице. Постучав в дверь, пожилая женщина вошла в кабинет.

– Садись в кресло! А ты, пристегни её! Можешь вынуть из неё прибор"! – Приказал "доктор" надевая резиновые перчатки. "Ассистентка" пристегнула старуху к гинекологическому креслу и сильно раздвинула ей ноги. Отстегнув ремни, она вывернула винт "расширителя" и, спустив воздух из "затычки" потянула за пластину. Женщина застонала, когда из её тела вынули "прибор".

– Что ж, посмотрим. – Сев на табурет между ног рабы, "доктор" вставил ей два пальца в растянутую уретру и стал двигать ими. Старуха застонала, ей было больно, но эта боль действовала на неё возбуждающе. Увидев белую густую смазку по краям уретры женщины, "доктор" усмехнулся.

– Так, от этой "дырки" она уже возбуждается. Посмотрим другую её "дыру".

Расширив вход во влагалище, "доктор" ввёл в шейку матки небольшой включенный вибратор. Старуха тихо застонала и попыталась сделать движение навстречу.

– Замечательно! Отвязывай её!

Пожилая женщина слезла с кресла и встала перед "доктором". Мужчина протянул ей небольшой чемоданчик.

– С этой минуты, ты сама будешь заниматься своими "дырами". Каждый день, перед сном, ты будешь надевать, и регулировать "прибор". Ты всё поняла?

– Да, Господин.

Вернувшись в камеру, пожилая женщина нажала на кнопку. Помывшись, она встала посередине камеры в ожидание "надсмотрщика". Минут через десять, в камеру вошла "над – смотрщик". Осмотрев старуху, она достала из кармана блокнот и склонилась над "ежедневником".

– Выполняй! – "Надсмотрщик" вышла из камеры.

Дверь камеры закрылась. Склонившись над столиком, старуха открыла "ежедневник". Пожилая женщина вскрикнула, присела, струйка мочи потекла по её ногам на пол. В "ежедневнике" был указан номер кабинета и "процедура" – "Удаление всех зубов". Старуха разрыдалась. Не много успокоившись, она надела накидку и пошла к двери.

Найдя нужный кабинет, раба, дрожащей рукой постучала в дверь. "Доктор", в красном халате и маске, приказал ей сесть в кресло. Его помошник пристегнул старуху за ноги и за руки к креслу, а затем притянул её голову ремнём к подголовнику. "Доктор" взял "ежедневник" рабы и раскрыл его.

– Раскрой ей рот, пошире!

Мужчина поднёс к губам рабы два металлических "расширителя". Старуха, покорно, открыла рот. Пожилая женщина, с ужасом, смотрела на "доктора", который, щёлкая клещами, подходил к ней.

– Я смотрю, старушка "в теле", будет много крови. Надень на неё передник. А для тебя, бабка, у меня сюрприз. Я удаляю зубы без наркоза. – С этими словами, садист – доктор склонился над жертвой.

Уже через полчаса, старуха потеряла сознание от боли. "Процедура" продолжалась несколько часов. "Доктор" рвал зубы старухи, останавливался, перекуривал, или разговаривал с помошником, а потом снова возвращался к своей жертве. Пожилая женщина хрипела, захлёбывалась кровью, она несколько раз теряла сознание от боли и ссалась.

Наконец, всё было кончено, садист отложил клещи.

– Последний штрих! – Кресло опустилось назад и, над окровавленным ртом старухи, появился возбуждённый член "доктора", из которого брызнула сперма.

Пожилой женщине дали умыться, и она медленно пошла в камеру. Нажав на кнопку, старуха принялась холодной водой полоскать рот, пытаясь уменьшить боль в окровавленных, разодранных дёснах. Вошла "надсмотрщик", женщина вздрогнула, её ноги подкосились, и она опустилась на колени перед Госпожой. Старуха попыталась просить прощения, но смогла издать лишь хриплый стон.

– Ладно, я тебя прощаю. После нашего "зубного" и не такое бывает. Через десять минут отбой! – Написав что – то в "ежедневнике", она вышла из камеры.

Словно очнувшись, женщина поднялась с пола. Взяв со столика чемоданчик, она достала "прибор" и взяла тюбик со смазкой. Смазав "расширитель" и "затычку", она, раскорячившись на кровати, ввела их в себя. Присоединив пластину, женщина вкрутила винт в "расширитель", а к "затычке", подсоединила мочеприёмник и "грушу". Пристегнув пластину к ногам, она стала отвёрткой крутить винт "расширителя", почувствовав боль, она сделала ещё два оборота и отложила отвёртку. Пожилая женщина взяла "грушу", и стала накачивать "затычку", растягивая свою уретру.

Когда боль между ног стала нестерпимой, старуха отложила "грушу" и встала с кровати. С трудом, переставляя раздвинутые ноги, она склонилась над столиком и открыла "ежедневник". Надев обруч и вставив штекеры в разъёмы, пожилая женщина легла на кровать. В камере погас свет. Пока она регулиро – вала "прибор" она отвлеклась от боли в дёснах, но теперь, боль вернулась. Пожилая женщина застонала, но через мгновенье, издав крик боли, уже корчилась на кровати. Так продолжалось несколько часов.

Стоило старухи забыться после воздействия обруча, как боль в дёснах не давала ей отдыха. В камере зажёгся свет. Раба, на расставленных ногах подошла и раскорячилась над "очком". Испражнившись, она помылась и, сев на кровать, вынула из себя "прибор". Разобрав "прибор", раба вымыла его и убрала в чемоданчик. Полакав из миски похлёбку, пожилая женщина присела на кровать. Десны уже не болели. Неожиданно для себя самой, она сунула руку себе между ног.

Пальцами, разведя половые губы, женщина нащупала вход в растянутую уретру. Смазав смазкой палец, она ввела его себе в уретру. От нового ощущения, боли и возбухдения, старуха, буквально, задохнулась. Тихо постанывая, она стала, пальцем, сношать себя в мочеиспускательный канал. Но этого ей показалось мало. Взяв со столика небольшой, тонкий анальный вибратор, старуха ввела его себе в уретру и стала им сношать себя. В камеру вошла "надзиратель". Женщина с любопытством наблюдала, как обезумевшая от похоти старуха сношает себя вибратором в уретру. Старуха захрипела и откинулась на кровать. Судороги оргазма сотрясли её тело, вибратор упал на пол, а из уретры хлынула струя мочи, обрызгав противоположную от кровати стену.

– Встать перед Госпожой, тварь!

Старуха вздрогнула и попыталась вскочить с кровати. Но силы оставили её и она повалилась на пол, к ногам своей "надсмотрщика".

– Давай "ежедневник", похотливая тварь! – Она, брезгливо, пнула старуху в бок ногой.