Два последующих дня я провела в смятении чувств и мыслей. Я не могла решить – толи мне продолжать ходить на танцы с сыном, рискуя чем – то, что я теперь уже и сама не могу определить как грех или как нормальное поведение. Толи отказаться от таких желанных и соблазнительных действий в угоду общепринятым моральным нормам. Мои сомнения разрешились, когда я заглянула в книгу Веллера "Всё о жизни", где этот современный и, главное, разумный философ написал, что "мораль – готовый и вылежавшийся плод чужих размышлений". Слова "чужой" и "вылежавшийся" показались мне признаком того, что не всегда обязательно следовать нормам морали. Иногда нужно действовать так, как подсказывает сердце и требует душа. Жизнь даётся один раз и если чего – то очень хочется, то надо, по возможности, это совершить! В общем, я решила – буду ходить с сыном на танцы! И будь, что будет!

Какое – то время в наших танцевальных "прелюбодеяниях" ничего нового не происходило. Но, примерно через месяц, я стала замечать, что Андрей уже не отодвигается от меня, когда у него происходит эрекция... Я в таких ситуациях старалась отодвинуть свой таз подальше от него, тем более, что именно такой прогиб тела рекомендуется в аргентинском танго.

Примерно с месяц я молчала, а потом, во время возвращения с очередного занятия, я высказалась:

– Андрюшенька! Во время танцев у тебя происходит эрекция. В твоём возрасте это – нормально. Но, скажи, что тебя возбуждает – музыка, движения или (я немного замялась). .. я?

После непродолжительной паузы он, смущаясь, пробормотал:

– Всё вместе...

Этот достаточно прямой намёк на мою привлекательность вместе с воспоминанием о нашей беседе про инцест снова заставили меня смятенно задуматься о том, к чему же может привести наша танцевальная близость... К этому времени я уже чётко сознавала, что, внутренне помолодев, я стала больше интересоваться молодыми парнями. И что в сексуальном плане они для меня намного более привлекательны, чем мужчины постарше, которые и раньше не очень – то меня волновали, а теперь и вовсе стали безразличны. Мысль о том, что я возбуждаю молодого парня как женщина, щекотала мне душу и даже, почему – то, радовала. Ну, а то, что этот парень – мой сын, как – то отодвигалось на второй план.

В начале мая муж был в командировке, а из – за праздников у нас пропало два занятия в танцевальной студии. Чтобы не потерять приобретённый автоматизм движений я предложила Андрею потанцевать дома. Он согласился, но внёс встречное предложение – отметить праздничный день не только танцами, но и бокалом хорошего вина. Накрыли стол, я переоделась, как обычно для танцев, то есть в полупрозрачную блузку с эффектным декольте, широкую короткую юбку, чулки, туфли на шпильках. Добавила макияж и духи "Сальвадор Дали"! Когда я вышла в таком виде к Андрею, у него радостно заблестели глаза... Выпили по бокалу вина, включили музыку и начали танцевать. Отсутствие посторонних и вино несколько раскрепостили нас. Во всём мире мы как бы остались только вдвоём. Молодой мужчина и молодая женщина. Возбуждение нарастало.

В аргентинском танго кавалер крутит перед собой даму, заставляя её отступать назад и, как бы, уступать ему. Потом он ставит на её пути ногу и она томно поглаживает её своим скользким чулком. Такие насыщенные эротикой движения оказывают на танцующих весьма заметное возбуждающее действие. Как – то незаметно для меня самой, моя левая рука обхватила шею партнёра, а грудь так плотно прижалась, что даже слегка смялась... Дыхание потеряло ровность. Тут же я ощутила давление твёрдого выступа чуть выше моей промежности. В этот раз я не отстранилась, а положила голову ему на плечо. Его правая рука соскользнула с моей спины и обняла, слегка сдавливая, левую чашку бюстгальтера.

Я повернула лицо и подставила губы для поцелуя. Для нашего первого ТАКОГО поцелуя! И мы замерли. Когда "звонок с верхнего этажа на нижний" достиг места назначения, я опустила правую руку и слегка сдавила молодой член. В ответ его рука скользнула вдоль бедра, приподняла юбку и погладила мои ягодицы. Меня пронизал какой – то разряд. Я обмякла и глаза сами собой закрылись. Мне не нужно было ничего видеть. Я превратилась в сплошное тактильное чувство. Каждое прикосновение рождало новую волну восторженного наслаждения, граничащего со сладостной и желанной болью. Что такое случилось со мной, я не понимала. Никогда раньше я не испытывала подобного ощущения, но сейчас я жаждала прикосновений везде – везде. Эта жажда требовала немедленного удовлетворения. Каждое мгновение промедления казалось бесконечным.

Внутри всю меня охватило жаркое пламя. Чтобы спастись от огня я начала срывать одежду и с себя и с него. Я выхватила из его брюк огнетушитель. Он показался мне настолько желанным, что я сразу прильнула к нему губами и, неожиданно для себя самой, запустила его в рот и, с неизведанным никогда ранее наслаждением, лизнула его языком. Дальше у меня не осталось сил даже стоять на коленях. Я бессильно распласталась на полу, но руки продолжали тянуть огнетушитель туда, где бушевало самое жаркое пламя... Когда он вошёл в меня, восторг вырвался из меня криком "А – а – а – а – а – а – а – а... ". А когда он пошёл обратно, я устремилась за ним, боясь, что он уйдёт навсегда и всё моё тело застонало от страха расставания: "О – о – о – о – о – о – о... ". Но он услышал мой протест и вернулся. И снова "А – а – а – а – а – а... ". И снова "О – о – о – о – о – о... ". И так до полной потери сознания.

Когда я очнулась, я с удивлением спросила кого – то, может быть саму себя:

– Что со мной было???

Какой – то знакомый голос ответил:

– Похоже, это был оргазм.

Голос был знакомый, но чей? Находясь в полуобморочном трансе, я не могла понять – чей же это голос...

Я повернулась на голос, чтобы посмотреть, кто же это говорит знакомым голосом. Рядом со мной лежал мой Андрюшенька!

"О, Боже! А ведь я всегда думала, что так и проживу всю жизнь, не узнав, что такое – оргазм! Мне казалось, что женский оргазм – это выдумки мужиков для обмана доверчивых женщин и что женщины только имитируют оргазм, чтобы обмануть своих мужей или любовников".