{ Краткое содержание пропущенного: в поисках денег для сестры Нелли обращается к своему однокласснику Ринату – ныне "преуспевающему бизнесмену" и одному из главарей "рыночной" группировки – с просьбой дать им в долг тысяч двести на пять лет. В ответ Ринат объявляет, что сестры могут заработать гораздо больше сами за несколько дней, снявшись для эротического журнала на студии его брата. Выкурив предложенный хозяином косяк, Нелька соглашается.

Текст сильно урезан. Поклонники desadov. com – пишите в личку, поделюсь полным. :) }

***

– Ты свихнулась, Неля?!

– Не ори, Кать...

– Да че "не ори"? Дура! Ты че, всерьез? Ты мне предлагаешь... в порно сниматься?!

– Это ты дура! Залетчица хренова! Кому тут деньги нужны срочно? Мне?

– Блядь, да не настолько срочно! Не, ну ты вообще. Даже не думай, короче. Я не такая.

Нелька вдруг замолкла и с интересом стала разглядывать сестру. Та нервно оглядела себя, ничего интересного не обнаружила, и снова воззрилась на все еще изучающую ее Нельку:

– Че уставилась?

– Да вот... пытаюсь понять, как в тебе это помещается. Такая худая вроде...

– Че помещается? Че ты гонишь?

Старшая засмеялась с неожиданным облегчением:

– Чего? Умница и дура, шлюха и монашка – и все в одном теле. Смешная ты, Катюха.

Катька глядела исподлобья, сжав зубы: ждала продолжения. Нелька перестала смеяться и пояснила:

– Кать, ты в школе под лестницей трахалась, в классах на партах. В подъездах пацанам отсасывала, еще до Тика. Сама рассказывала. Втроем со мной и с ним сколько раз уже была. Скажи, пожалуйста, а какая ты, собственно? Честная блядь, так это называется? Ебаться можно, а сниматься нельзя?

У девчонки на глаза навернулись злые слезы. "Нет уж", – раздраженно подумала Нелли, – "жалости ты от меня сегодня не дождешься. " Вслух она продолжала:

– Короче, Кать: хватит выпендриваться. Я тебе объяснила насчет денег. Взять их негде, а без них ты сдохнешь, вместе с ребенком. Мать этого не переживет. Так что выбирай: или я тебя волоку принудительно на аборт, или ты соглашаешься сниматься. В первом случае ты, кажется, обещала повеситься, во втором получаешь что хотела плюс угрызения совести. Которой у тебя нет, впрочем... И вот что: если ты откажешься – я все равно сама пойду. Только мне придется уже всерьез, по – настоящему трахаться, иначе и смысла нет.

Катька разрыдалась. Нелька едва сумела подавить импульс – броситься, утешить... Сидела, как каменная, и смотрела на плачущую сестру. Мыслей не было, внутри что – то похрустывало, как сминаемая фольга от шоколадки.

Когда затихли всхлипывания, воцарилось молчание. Минут через пять сквозь него пророс тихий, покорный голос Катьки:

– Ладно. Согласна. Какая разница теперь...

***

На ушко:

– Расслабься, Катюш. Не бойся. Забудь про них.

– Я стараюсь, Нель...

На роскошной "королевской" кровати с балдахином – два сливочных тела в огненных коронах. Пока что интимные детали у обеих прикрыты дорогим кружевным бельем (шепот в раздевалке: "Слушай, нельзя как – то подменить, что ли? Офигенное же!" – "Дурочка, я тебе с зарплаты подарю такое!"). Старшая сестра лежит сзади, обнимая и разогревая младшую. Камера щелкает раз в несколько секунд, оператор пока доволен: очень натурально ведут себя девочки, почти не играют. С деланным равнодушием рассматривает пару в видоискатель.

Старшая чрезвычайно хороша. Лицо очень необычное для наших мест (да и не только для наших), но это и плюс: истинные гурманы ценят именно необычность. Фигура – блеск, кожа обалденная, ухоженная, волосы совершенно роскошные. И не стесняется, что самое важное – наоборот, все напоказ выставляет. Готовая порноактриса, только дать втянуться.

А млааадшенькая... против обыкновения, оператор чувствует, что у него при взгляде на Катьку ощутимо шевелится в штанах. Стройная фигурка – еще не женщина, уже не подросток – подтянутая, с тонкой талией и длинными ровными ногами, увенчанная медно – медовым кудрявым шаром волос над милой округлой мордашкой: миндальный разрез зеленых глаз, нежные румяные щечки, задорный носик и резные тонкие губки. Остатки веснушек и родинка на правом виске только придают девочке шарма. Совершенно непохожи сестры друг на друга: если старшая – сильный, стремительный, обтекаемый дельфин, то младшая – резвая и игривая молодая кобылка. Жеребчика бы ей, покрыть как следует... брат, кажется, на старшую нацелился, а мне пусть эту уступит. Ух, как я ее покрою!

Брат стоит тут же, в углу зала, с улыбкой наблюдая за парочкой. Он как раз сейчас пытается понять: какую из девочек выбрать для начала? Обволакивающую мягкость или чувственную резкость? Крупное и нежное женское вымя, или маленькие и острые девичьи сисечки? Пухлые губки или тонкие? Разработанную умелую попку или невинный узкий задик? Опытность или свежесть?

Впрочем, чего гадать. Обеих попробуем, сравним, посмакуем. Будет и свежесть, будет и опытность, никуда они уже не денутся. И с братиком поделюсь, обеими. А сейчас надо съемки закончить. Нелечка уже разогнала сестричку: вон как Катя дышит. Соски у нее – полный ахуй! Сквозь любой лифчик торчат, наверное...

Оператор протягивает камеру поближе к девушкам: Нелли это замечает, но игнорирует, а Катьке уже не до внешнего мира: закрыв глаза, она берет у сестры урок фехтования на языках. Покручивая попочкой под ласкающей ладонью. Прижимаясь маленькой грудью к сестренкиным дойкам. С абсолютным блаженством на личике.

"... Нэт, однозначно сначала младшую... "

***

– Ну что, Рыжая? Пора?

– Ага. – Нелька еще раз оглядела их уютный кабинетик на две персоны: уставленный тарелками стол, диванчики, догорающие свечи, тихая приятная музыка. "Хорошее место, давненько в таком не была. Некому меня тут приглашать в такие места... теперь, впрочем, есть кому... "

– Да. Пойдем, Натка. Подвезешь?

– Что за вопросы, Нельк? За кого ты меня держишь?

Ринат с удовольствием оглядел женщину. "Какой апельсинчик, так бы сейчас взял и почистил прямо здесь, и – дольками, дольками... Но еще чуть – чуть надо потерпеть. А потом сестренку ее. . уммм... какая кошечка... свеженькая, нежненькая, страстная, как тигрица. Надо подумать, как ее подцепить, нельзя такую упускать. Предложу ей сняться соло, девочка понятливая, сообразит... Сколько ж я на них подниму? Полтаха пришла за эту сессию, столько же обещают за следующую с этой брюхатой дурочкой... простите, сестренки, но дяде Ринату тоже надо на что – то жить. Вам и тридцатник на двоих – фантастические бабки, а остальное мы с братиком поделим. Все честно – справедливо. "

– Куда тебя, прямо к дому подвезти? Или подальше, в темный переулок? – скромная "Тойота" Рината вывернула со стоянки у ресторана и пошла, набирая скорость, по Октябрьской в направлении "Стройки". – А то ведь увидят тебя, что говорить будут?

– Хмм.

Ринат подождал продолжения; не дождался; посмотрел влево, на девушку. Наткнулся на многообещающе – замутненный встречный взгляд и резко сбавил скорость. "Ты не шути, красотка... так и врезаться недолго!" Нелька смотрела выжидающе, с легкой усмешкой... и с плохо скрытым напряжением. Как будто чего – то ждала.

В принципе, все уже понятно. Еще когда она, прощаясь возле банка, тихо сказала ему: "Натка... пригласи меня куда – нибудь?", и прищурилась на секунду – уже тогда все стало понятно. Обязанной себя чувствует: напрягла друга, столько хлопот из – за нее, а что он за это будет иметь? Одно моральное удовлетворение. Нет, так не годится, надо отблагодарить одноклассника.

Что ж он ее, разубеждать будет? Он с седьмого класса о ней мечтал. Заглядывался на эту рыжину, на рано созревшее тело. И продолжает заглядываться, невзирая на семейное положение. Восточная женьщина Диночка уже привыкла не возражать, когда любимый муж приводит домой других женщин: он повелитель, а они презренные твари, недостойные даже внимания, так что это не измена. На войне, скажем, мужья насилуют пленных баб – не считать же это изменой?

"Как смотрит! Какие глаза шикарные! Только боится еще слегка. Надо с ней немножко поиграть... "

– Так домой? Или...

Молчание. Свист асфальта под колесами.

– Или...

– Оо. Ты чего – то хочешь, да?

– Даа, – с легким придыханием.

Машина сбавила ход и остановилась в тени мощного дерева, под негорящим фонарем. Ринат выдохнул и медленно повернулся к своей спутнице. Та так же медленно повернулась навстречу.

– Уверена?