Я смотрел на неё и понимал, что она сама этого хотела. Как всё удачно совпало!

Детка была что надо. Личико, фигура и характер покладистый.

И сама в клетку прилетела. Об этом можно было только мечтать.

Как же я её хотел! С того момента, как только увидел. Я еле сдержался вчера, прямо в аудитории:

И вот она здесь. Детка:

Стоит спиной ко мне, беззащитная дурочка и даже не подозревает, что ждёт её в ближайшие часы, дни, а может и месяцы:

Я хотел растянуть удовольствие, но когда она стала рассказывать мне всю эту чушь по теме экзамена, не выдержал. Её спина и задница так возбудили меня, что я решил начать незамедлительно.

Сдерживаться больше я не могу, хотя в голове у меня и был совершенно другой сценарий.

Она ничего не замечала за своей спиной и была явно довольна собой и своими идиотскими ответами. Немного эфира, чтобы голова не болела очень сильно и чтобы её не вырвало и всё было кончено, вернее, начато.

На вид она казалась тяжелее, но я без труда перетащил её на свой оборудованный чердак.

Начнём с обычного стола, чтобы у детки не было шока. Хотя: шок, а что же ещё, как не шок.

Если вы просыпаетесь привязанными к столу, во рту у вас кляп и рядом с вами маньяк, это ли не шок?

Я привязал её крепко, но аккуратно – мне не хотелось, чтобы на её нежной коже оставались следы.

Ах, она была в чулках, как будто хотела почувствовать себя настоящей шлюхой. Я оставил её в одежде – только разрезал трусики и снял то, что от них осталось.

В одежде она будет чувствовать себя комфортнее, что для начала будет мне на руку. У ней ещё будет теплиться надежда на скорое освобождение и она будет сговорчивее:

Лиза, Лиза, девочка моя:

Очнись скорее, без тебя я не могу начать свою игру.

Я глажу её по волосам – шёлковым, мягким. Я хочу распустить её дурацкий хвост, я хочу, чтобы её волосы распадались по плечам:

Мои руки касаются её лица – нежнейшей кожи:

Губы – я закрываю глаза и трогаю её губы. Детка, как же хорошо.

Совсем скоро эти губы доставят мне наслаждение.

– Ну давай, детка, очнись, – потрепав её по щекам, громко говорю я, – пора и за дело приниматься.

Она постепенно приходит в себя. Головой крутить она может, но это пока.

Хочет что – то сказать – кляп мешает. Бедная девочка. Вынимаю кляп.

– Дайте воды, – хрипит она.

Ах да, вода.

Пою её из чашки – непроливашки.

– Сейчас, детка, вода бесплатно, но потом – тебе придётся расплачиваться за воду.

Она в недоумении смотрит на меня.

– Да, да, придётся.

Пока она не успела опомниться, я вставляю ей кляп в рот и туго затягиваю. Она пытается сопротивляться, но это бесполезно.

Я чувствую сильное возбуждение – вид её голой задницы, чулок, туфелек и задранной юбки заводит меня.

Пожалуй, пора начинать.

Я касаюсь её попки, нежно – нежно, кончиками пальцев и меня трясёт от удовольствия. Она дрожит от страха. Это возбуждает меня ещё сильнее, но я хочу растянуть удовольствие.

Я трогаю её пизду – пока что она сухая, но дело это поправимое. Встаю на колени, раздвигаю губки и медленно вожу языком по её пизденке. Девочка дёргается – ей страшно, стыдно и приятно. Я знаю, что приятно. Мой палец проникает в её пизду и внутри всё сжимается – детка не хочет, боится меня. Жду, пока она расслабится и вставляю второй палец. Я чувствую, что её пизда наливается соком и вставляю третий палец – ебу её глубоко и резко, вставляю и вынимая пальцы до упора. Она стонет и дёргается в оргазмах. Теперь её пизда готова принять мой член.

Резко, глубоко, как зверь я ебу её, навалившись всем телом. Ей нечем дышать – это возбуждает только сильнее.

– Сучка, ты этого хотела? Этого? – она мычит и пытается вырвать свою голову из моих рук. Я зажимаю ей нос. Она крутит головой.

Мои движения становятся всё резче и грубее. Я даю ей вдохнуть немного воздуха и снова зажимаю нос.

– Шлюха, чулки надела, экзамен пришла сдавать, – я ебу её как последнюю блядь.

Даю ей вдохнуть ещё немного и, заткнув нос, вынимаю свой член из и кончаю на её задницу с диким криком.

Некоторое время я лежу на ней, чувствуя, как тяжело она дышит. Я знаю, что она получила несколько оргазмов. Она шлюха. Моя шлюха.

Я собираю сперму с её нежной попки своей рукой.

– Деточка, тебе нужна питательная маска для твоего личика, чтобы кожа оставалась такой же нежной как можно дольше, – говорю, снимая кляп с этой милой шлюшки, и размазывая сперму по её лицу. Она даже не успевает опомниться, как её губы, носик и щёчки оказываются в моём соке.

Я засовываю ей в рот свои пальцы – она пытается сопротивляться – лёгкая пощечина и рот открывается совершенно свободно. Я ебу её в рот своими пальцами, вымазанными в моей сперме. Стон наслаждения вырывается из меня, я готов кончить ещё раз только от этого зрелища.

Её волосы вымазаны в сперме. Её лицо в сперме. В моей сперме. Моя девочка в моей сперме.

– Детка, какая же ты славная, – наклоняюсь я к ней и шепчу на ухо. Она прекращает сосать мои пальцы и смотрит на меня с ужасом и удивлением.

Мне хочется целовать её в губы, я хочу чувствовать её рот и язык. Мне мешают её волосы – схватив их одной рукой я впиваюсь в её блядский рот своими губами и кусаю, кусаю до крови её нежные мягкие губки. Бедная моя Лиза кричит от боли и пытается вырваться от меня, но я силён и не собираюсь отказываться от наслаждения. Капельки крови на губах, которые я вижу, возбуждают меня ещё больше: Но: я отпускаю её и ухожу из комнаты, оставив детку на столе: Я устал, я хочу встать под воду и успокоиться. В последнее время я стал слишком нервным:

Когда Лиза очнулась, то не сразу поняла, где она находится. Но сразу стало ясно, что она привязана к чему – то, скорее всего к столу. Ей ужасно хотелось пить. Наконец девушка осознала, что всё ещё в квартире у В. Н. и что именно он привязал её к столу и вставил кляп в рот.

Странно, но никакого особого страха она не испытала. Чувства были разными – удивление, недоумение и даже любопытство, но страха не было. Возможно сработал защитный механизм или старое изречение про "расслабиться и получать удовольствие".

А может она просто была уверена в том, что В. Н. не допустит "ничего такого". Ну поиграется и отпустит.

Секса с ним она не страшилась, даже, наоборот, хотела, хотя и призналась себе только сейчас, на столе, находясь в такой интересной позе.

После того, как он засунул в неё первый палец сдерживаться она не могла и кончала раз за разом. И хотела ещё и ещё.

Уходя из комнаты, он сообщил Лизе, что кричать бесполезно – звукоизоляция отличная и никто её не услышит. Лиза и не думала кричать. Вернее, кричать – то она хотела, но от оргазмов и наслаждения, а не звать на помощь. Завтра был выходной и торопиться ей было некуда, а такое удовольствие, хоть и немного странное, вряд ли она ещё где – то получит.

Только очень хотелось пить.

В. Н. напоил её ещё раз, но опять предупредил, что за каждый глоток ей придётся теперь расплачиваться. Как именно он не уточнил, но между ног у Лизы приятно заныло и, если бы он повторил свои фокусы с пальцами, она бы с радостью согласилась.

Лёжа на столе девушка почти что заснула и очнулась только тогда, когда перед её лицом оказалось лицо Владимира Николаевича. Он смотрел на неё, сидя на корточках.

– Что же ты, детка, такая неряха, – он нежно убрал волосы с её лица. – Да и помыться тебе не помешает.

– Но для начала, тебе надо вымыть дочиста своего Хозяина.

С этими словами он достал свой член из шорт, взял Лизу за подбородок и вставил ей свой хуй прямо в рот.

– Не ломайся, детка, тебе не поможет, лижи его, соси, – он вставлял свой член глубоко в глотку девушке и она давилась и мотала головой.

– Ах ты, сучка, – разозлился профессор и, вынув свой хуй из Лизиного рта, размахнулся со всей силы и влепил ей затрещину, затем вторую. Схватил её за волосы, прижав к столу и прошипел: "Будешь плохо себя вести, искалечу".

После первого урока процесс пошёл гораздо спокойнее.

Она сосала и лизала его член, вылизывала его яйца и снова сосала.

– О, какой кайф, какая соска, – её губы, которые он так вожделел наконец на его члене.

– Теперь вылижи мне мой зад, – я наклонился к ней и поцеловал её в губы. К моему удивлению, она страстно ответила мне.

Я почти что раздавил её своей задницей и она стала вылизывать меня, сначала робко, но потом всё сильнее входя в азарт и даже стала стонать.

Мне удавалось смотреть на неё, повернув голову и я видел, как эта девочка становится Моей, Моей рабыней, Моей шлюхой, Моей девочкой:

Я еле сдержался, чтобы не кончить. В моей программе были другие пункты.

Я с трудом оторвался от неё, надел шорты и вышел из комнаты.

Детка, несмотря на свои несомненные успехи, всё – таки вела себя плохо и к экзамену подготовилась не совсем прилежно. А за отсутствие прилежания полагается наказание.

Я возвратился в комнату, держа в руках свой любимый ремень, указку и длинную пластиковую линейку.

– Детка, – сказал я, засовывая кляп ей в рот, – ты была плохой ученицей – ты почти что завалила экзамен и за это будешь наказана.

Тут в её глазах промелькнул страх, которого до этого я не замечал. Этот страх возбудил меня ещё сильнее и я уже еле сдерживался, чтобы не избить её сразу, всю и до полусмерти.

Проведя рукой от её шейки до голой задницы я приступил к делу.

Погладил нежную попку руками, взял ремень, замахнулся и сильно ударил.

Из – под кляпа вырвалось что – то похожее на крик.

На коже остался розовый след, в который я впился зубами. Лиза затряслась от боли.