Марат, приподнявшись над Артёмом – став на колени, подал своё тело назад, скользя губами по шее Артёма... по груди... по животу... перемещаясь телом назад, Марат приблизил лицо к лобку Артёма, одновременно с этим пальцами обхватив Артёмов член у самого основания, – Артём был младше Марата на три года, но член у Артёма был ничуть не меньше... ничуть не меньше!

Возбуждённый, сладко ноющий ствол, вертикально вздымаясь сочной залупившейся головкой, находился в нескольких сантиметрах от губ Марата, – приподняв голову – затаив дыхание, Артём возбуждённо ждал, что будет дальше... какое – то время – секунду – другую – Марат неотрывно смотрел на крупную, сочную, влажно блестящую в полумраке головку Артёмова члена, как будто он видел такое впервые, затем лицо Марата медленно, плавно качнулось вниз, рот его приоткрылся... и Артём почувствовал, как головка его напряженного, распираемого сладостью члена плавно въехала Марату в рот: горячие губы Марата влажно обжали, плотно обхватили член там, где находился рубец крайней плоти, язык скользнул по уздечке, – Артём, содрогнувшись от удовольствия, непроизвольно стиснув мышцы сфинктера, с силой сжав их, откинул голову на подушу... это был кайф – охуительный кайф!

Горячие губы Марата, влажно обжимая член, скользнули по стволу члена вниз, к основанию, и Артём, словно не веря своим ощущениям – словно сомневаясь, что всё это происходит в реале, происходит наяву, с ним, снова приподнял с подушки голову, чтобы не только чувствовать, но и видеть,

– Марат, между ног Артёма склонившийся над Артёмовым пахом, плавно двигал головой вверх – вниз, насаживая свой округлившийся рот на вертикально торчащий ствол члена, и это был не сон... парень, студент – третьекурсник, сосал у него, у первокурсника Артёма, сосал по – настоящему, делал это сам – без всякого принуждения, и это... это было наслаждение, о котором он, Артём, лет с двенадцати рукодельничая – воображая секс с девчонками, даже не подозревал... то есть, он предполагал, что в рот – приятно, но что это будет приятно с парнем, он никогда не думал.

Оторвав губы от члена – выпустив изо рта влажно блестящий ствол, Марат приподнял голову, и Артём увидел в глазах Марата искрящийся блеск ликования.

– Классный писюнчик! – Марат широко улыбнулся, совершенно не стесняясь, не стыдясь того, что он только что делал.

Артём, ничего не отвечая – не зная, что сказать, нерешительно улыбнулся... а может быть, так и надо – не стесняться и не стыдиться? Они здесь одни – их никто не видит... может быть, брать в рот самому – это так же приятно, как приятно, когда кто – то берёт у тебя?

– Ты как – быстро кончаешь? – Марат, выпрямляясь, стал на колени.

– Ну, когда как... не знаю... а что? – отозвался Артём, невольно глядя на член Марата.

– Бывает, что пацаны быстро кончают – никакого удовольствия, – Марат засмеялся. – Ты, если что, не торопись... не спеши кончать. Ага?

– Ага, – словно это, отозвался Артём, по опыту рукоделия зная, что можно кончить по – быстрому, за минуту или две, а можно, делая паузы, растянуть удовольствие и на десять минут, и на двадцать... бывало, что он, Артём, зависал на каком – нибудь порносайте по полчаса, рассматривая девчонок!

Член Артёма распирало от возбуждения, – сказав "ага" – пообещав Марату не торопиться, Артём, тем не менее, хотел продолжения, то есть был бы не против, и даже очень, очень не против, если б Марат, опять наклонившись, снова вобрал бы его напряженно торчащий член в свой горячий, жаром обжигающий рот... и – сосал бы, сосал, сосал! Но вместо этого, перебирая коленями, Марат неожиданно подался вперёд, и – Артём не успел ещё осмыслить это передвижение, как напряженный, хищно залупившийся член возбуждённого парня оказался практически у его лица – у самых губ... член был так близко, и близость была такой неожиданной, что Артём, жаждавший другого продолжения, невольно растерялся.

– Возьми... – донесся до Артёма голос Марата.

Губы Артёма невольно шевельнулись... легко, блин, сказать – "возьми"! А если... если ни разу этого не делал – никогда в рот не брал, и даже более того, никогда о таком не думал? Артём, дёрнувшись глазами вверх, уперся взглядом во взгляд Марата, – парень смотрел на Артёма уверенно, ободряюще, и во взгляде его не было ни малейшего сомнения, что Артём это сделает – в рот возьмёт... то есть, он, Артём, сейчас будет сосать – как педик... ну, как педик – и что с того?"Педик" – всего лишь слово... но ведь можно же взять просто – без всяких слов... просто взять – попробовать... да, просто попробовать... что – общага провалится сквозь землю?

– Ну... – настойчиво проговорил Марат, и член его сам собой конвульсивно вздрогнул, дёрнулся вверх – вниз. – Бери... не бойся!

Ну... а чего бояться? Никто никуда не провалится, – в теле Артёма бушевал пожар, тело распирало от наслаждения, и хотелось... хотелось секса!"Педик", "не педик"... хрень это всё – фигня! Можно, закрыв глаза, ласкать губами очищенный банан, мысленно представляя, что сосешь чей – то желаемый член, а можно, закрыв глаза, в реале сосать член, думая при этом, что сосёшь банан, и ещё неизвестно, кто при таких раскладах будет педиком в большей степени, – Артём, опустив глаза, вновь посмотрел на член...

Марат пальцами правой руки перехватил член у самого основания, чуть вдавив пальцы в живот, так что член показался Артёму ещё длиннее, – толстый, чуть изогнутый ствол сочной головкой был нацелен Артёму прямо в рот, так что Артёму оставалось рот лишь открыть, и... обнаженная головка, налитая соком возбуждения, в полумраке комнаты маслянисто блестела – и оттого казалась словно отполированной... ну!

Артём, делая над собой усилие и вместе с тем подчиняясь необъяснимому, изнутри идущему желанию, открыл рот, непроизвольно вытянул округлившиеся губы, голова его качнулась вперёд, и... губы Артёма прикоснулись к горячей нежной коже, – словно не веря в то, что он делает это, Артём на секунду замер, но уже в следующую секунду губы скользнули по головке дальше – и головка члена, словно большущая виноградина, оказалась полностью во рту... взял... взял член Марата в рот!

Секунду – другую Артём вообще ничего не делал – просто держал головку члена во рту, осознавая произошедшее... ну, то есть, произошедшее с ним – с Артёмом! На вкус головка была немного солоноватой, но именно немного – ровно настолько, чтобы вкус этот ощущался как специфический, ни с чем не сравнимый вкус члена, а не какого – то безымянного предмета, неизвестно для чего взятого в рот... никакого отторжения у Артёма не возникло – не появилось, и Артём, шевельнув губами, осторожно двинул головой дальше, вперёд, без подсказки и принуждения насаживая свой округлившийся рот на колом торчащий член стоящего перед ним Марата, – губы медленно, влажно скользнули вдоль горячего ствола сантиметра на два или даже на три, Артём снова замер – и снова он не почувствовал, не услышал внутри себя хоть какого – то неприятия... всё было ok!

Ну, а что? Во рту у Артёма был жаром налитый член, а вещи с полок не падали, посуда не дребезжала, общага... общага была на месте! Разве всё это было не ok? Машинально подняв, вскинув вверх руки – обхватив ладонями бёдра Марата, Артём неумело, но старательно, с чувством задвигал, заколыхал головой, скользя обжимающими губами по бархатисто – нежной коже члена – испытывая необъяснимое, но вполне ощутимое удовольствие...

Хотя... что значит – необъяснимое? Если удовольствие и было необъяснимым, то необъяснимым оно было лишь для Артёма – по причине его персонального сексуального невежества... удовольствие было ощутимым, а это было куда важнее, – Артём, двигая головой, сосал член – пока не устали скулы... потом у Артёма снова сосал Марат, и Артём едва не стонал от удовольствия, конвульсивно вздрагивая всем телом... потом Марат снова сосал Артёма в губы – и первокурсник Артём уже не лежал в постели бревном, как это было в самом начале пробуждения сексуального желания, а, безоглядно отдавшись сложившимся обстоятельствам, в ответ сладострастно ласкал, обнимал и тискал Марата, изнемогая от неизбывного наслаждения...

Впрочем, лаская Марата – делая это руками и губами, Артём испытывал удовольствие вовсе не потому, что Марат был парнем, а испытывал он удовольствие потому, что горячее, гибкое, возбуждающе подвижное тело Марата, пышущее жаром неудержимой страсти, было живым, реальным, ощущаемым и осязаемым, а не застывшим в формате статичной графики на мониторе компа, – по сути, в сексуальном удовольствии Артёма не было ничего "голубого" – наслаждение Артёма не увязывалась с полом партнёра, а было шире, универсальнее, да только, всецело отдавшись накрывшей его страсти, Артём об этом уже не раздумывал – Артём от души кайфовал...

А ведь прояви он в самом начале чуть больше глупости – окажись он решительнее в своём утверждении, что он не педик, и ничего этого не было б... вот уж действительно иной раз не знаешь, где потеряешь, а где обретёшь! Можно, ни разу не испытав, с чужих слов рассуждать о том, что это нехорошо, что делать так стыдно, даже позорно, а можно – попробовать самому... что, собственно, и случилось с Артёмом, – он и Марат, два парня – студента, волею случая оказавшиеся вместе для проживания в одной комнате, снова сосали друг друга в губы, снова, изнемогая от наслаждения, брали один у другого в рот – одновременно сосали друг другу, ложась "валетом"... это был кайф!

Марат был старше Артёма, Марат имел сексуальный опыт – и потому в постели он был ведущим; а неофит Артём, весь предыдущий опыт которого сводился к рукоделию, был, соответственно, ведомым; это было логично. Но то ли потому, что разница в возрасте как – то естественно и незаметно сделалась малосущественной, то ли потому, что накал страсти у неофита Артёма оказался ничуть не меньше, чем у опытного Марата, а только, ломая стереотипы – изнемогая от нетерпения, не Марат, а Артём предложил знакомство углубить – "познакомиться" ещё ближе.

– Давай... – возбуждённо, нетерпеливо выдохнул Артём, оторвав свои губы от члена Марата.