У меня глаза все больше на лоб вылезали. Так это, оказывается, он меня любит, а я его – нет! Как много нового узнаю о себе! Я – то всю дорогу думал, что наоборот!

Андрей вскочил с полки, опустился передо мной на колени и схватил за руки.

– Женечка, пожалуйста, выслушай меня. Я знаю, ты любишь Митьку. И: он классный парень, я не спорю, он этого заслуживает. Но послушай меня. Он ведь не голубой, пойми. Ты для него только эпизод. Потом он женится, нарожает детишек и тому подобное. А что будет с тобой?

Так, теперь я, значит, ещё и Митьку люблю, а не этого зеленоглазого сукиного сына! Ну, по – о – олный копец! Я открыл было рот, чтобы вставить несколько тёплых слов, но Андрей накрыл мои губы своей ладонью.

– Только не перебивай меня, малыш, пожалуйста. Выслушай меня, только выслушай, ладно?. . Я знаю, что я тебе не нравлюсь. Конечно, сердцу не прикажешь. Но пойми, я очень люблю тебя. Очень – очень сильно. Я всё для тебя сделаю, только б тебе было хорошо со мной. И, может быть, со временем ты сможешь меня полюбить. Я из кожи вон лезть буду, чтобы ты был счастлив! Пожалуйста, выбери меня. Не спи больше ни с кем, умоляю! Будь моим парнем. А я изменюсь, я стану таким, как ты хочешь! Буду читать больше, стану таким же умным, как Митяй, тоже выберусь в старшие научные. Что ещё надо сделать? Я сделаю. Только будь со мной, пожалуйста! – и Андрей стал целовать мне руки, а потом еле слышно добавил: – Ну, чем я тебе так неприятен? Вроде бы, не урод:

"Это уж точно", – шепнул я без звука одними губами. Всё! Дальше этот бред слушать я был не в состоянии. И решил озвучить ту единственную мысль, которая на тот момент оказалась в моей голове:

– Дурдом на выезде!!!

Андрей, услышав это, весь сразу как – то сник и пробормотал:

– Значит, нет?

Потом отошёл и сел на пол у стены напротив с таким видом, что с него в этот момент можно было скульптуру лепить под названием "Бездна отчаяния".

– Андрюша, золотой мой, ответь мне на несколько вопросов, будь столь любезен! – елейным тоном произнёс я. – Вопрос номер раз: слушай, ты всю дорогу вёл себя так, как будто я тебя безумно раздражаю. Скажешь – не было?

– Возможно. Но я не нарочно. Я действительно от ревности просто бесился. Думаешь, легко мне было видеть, как ты им даёшь обоим? Или как ты на Митьку смотришь влюбленными глазами? А со мной даже разговаривать не хочешь:

– Так. Угу. Это понятно. Вопрос номер два: слышь, ты, Отелло хренов, ты же меня сам на троих разложил, не помнишь?

– Да уж как не помнить! Если б ты знал, как я потом об этом жалел! Ты пойми, я ведь тогда ещё не был так в тебя влюблен – я тебя и не знал толком, мы без году неделя как познакомились. Но я на тебя запал, конкретно запал. И ужасно хотел тебя трахнуть. Только я тогда уже видел, что ты в Митяя втюрился, а на меня даже и не смотришь. Я подумал, что это мой единственный шанс – ну, за компанию: На пьяную голову идея казалась хорошей. Потом – то я себе локти кусал, да поздно было.

– Так, ладно, с этим тоже разобрались. И последний на сегодня вопрос. Андрюша, скажи мне, пожалуйста, а с чего ты взял, что я влюблён в Митяя?

Это был первый вопрос, который поставил его в тупик.

– Как "с чего"? – вылупился на меня Андрей.

– Ну, что тебя навело на эту мысль, попробуй припомнить, пожалуйста. Я ему цветы дарил, серенады пел?

– Нет, серенады не пел! Ты спал с ним, помнишь?

– Я спал с вами со всеми. И чаще всего с тобой. Дальше.

– Ты с первого дня смотрел на него влюблёнными глазами.

– Я на всех на вас смотрел влюблёнными глазами ещё до того, как мы познакомились, ты сам мне говорил.

– Но на Митьку:

– Митя – классный парень, умница, интеллигент, образец для подражания. Какими глазами я на него должен был смотреть – ненавидящими? Я им восхищаюсь, но и только. Ты как – то неверно истолковал мой взгляд.

– Постой: Погоди: Ты хочешь сказать, что ты в него не влюблён?

– Ну, по – моему, я это уже сказал, но если нужно повторить, то пожалуйста: да, я в него не влюблён!

– Выходит, зря я ему завидовал: Хотя, может, и не совсем зря – на меня – то ты вообще не смотрел. Даже хуже – шарахался, как чёрт от ладана.

– А знаешь, почему я на тебя не смотрел? Я тебя боялся. И разговаривать с тобой боялся.

– Боялся? Почему?

– Ну, во – первых, с тобой разговаривать – это ж все равно, что по минному полю ходить! От тебя ж неизвестно, чего ждать! Но дело даже не в этом... Влюбляться я в тебя не хотел. Думал, что ты меня презираешь, я тебя раздражаю. Старался держаться подальше, не разговаривать, не смотреть: Я ужасно боялся в тебя влюбиться. Да что толку? Все равно влюбился.

Теперь была очередь Андрея пребывать в шоке. Не буду описывать здесь, как долго он из него выходил, и какое количество открытий мы еще высыпали на головы друг друга в этот вечер. Нам обоим всё происходящее казалось нереальным – уж слишком резко все поменялось. Мы ещё долго перетирали эту тему, пытаясь убедить друг друга. Вспоминали отдельные случаи, которые раньше понимали неверно, и объясняли их друг другу по – новому. Наконец, перешли к тому, что будет дальше. Довольно быстро пришли к консенсусу по всем вопросам. В протоколе нашего заседания в графе "принятые решения" значилось бы следующее:

1. Я с сегодняшнего вечера – парень Андрея (а он, соответственно, мой).

2. В ближайшее время он снимает квартиру, и я переезжаю к нему.

3. С этой минуты я не должен заниматься сексом ни с кем, кроме него.

4. Нам нужно трахнуться прямо сейчас!

Ну, чем мы и занялись, собственно. Он меня на пол завалил и не отпускал до тех пор, пока не слил в меня три раза подряд. Под конец у меня там уже хлюпало всё, но кайф был такой, что я опять чуть сознание не потерял. Потом мы немного отлежались, оделись и выползли из кладовки. Вышли из подвала на первый этаж, коридоры пусты – все давно разошлись, на дворе уже сумерки. Мы забрали в гардеробе свою одежду (единственное, что там оставалось) и растолкали сонного вахтёра. Выпучив на нас удивленные глаза, он проверил пропуска и выпустил нас.

Когда я вдохнул прохладный воздух на дворе комбината, то вдруг понял, что просто обожаю это место. Люблю эти стены, большие окна, лавочки в коридоре. Я люблю всех, кто здесь работает. А дворовая собака Шалка – самое милое животное на свете. Но больше всего я люблю неких трёх парней. А из этих троих особенно сильно – одного!

***

Денис с Митяем были не в восторге от наших новостей. Мы сообщили им на следующий вечер. После работы зашли прогуляться по скверику и оккупировали одну из лавочек для серьёзной беседы. Рассказывал, в основном, Андрей, я только поддакивал.

– Ну, вот, я же тебе говорил! – обернулся Митька к Дэну, когда Андрей закончил свою речь.

– Бля, я ещё и полтинник проспорил плюс ко всему, – расстроено отозвался Денис.

– Проспорил? – удивился Андрей.

– Мы вчера поспорили, когда вы унеслись. Митяй утверждал, что ты всерьёз в Женьку влюбился, а я считал, что у тебя просто очередной приступ гомофобии. Облажался. Но теперь у меня есть только один вопрос: это точно ваше общее решение? Или только твоё?

– Конечно, общее! – взвился Андрей, но тут к Дэну присоединился Митька:

– Андрюх, ты извини, но мы хотели бы от Женьки это услышать.

Прежде, чем я успел ответить, Митяй сделал шаг ко мне, подошёл совсем близко и, нежно обхватив руками мое лицо, заглянул в глаза.

– Женечка, ты действительно этого хочешь?

– Да, – без раздумий ответил я.

– И никакого давления не было?

– Да нет же!

– : Ты счастлив? – чуть помедлив, спросил Митя.

Вместо ответа я лишь улыбнулся ему блаженной улыбкой.

– Ну, вот и хорошо, – он погладил меня по волосам и снова сел на лавку. – Если так: ну, что ж, я поздравляю вас ребята. Всё правильно, всё так и надо, вы молодцы: Совет да любовь. А сейчас вы идите, а мы тут посидим ещё немного, обдумаем услышанное.

– Мужики, но только без обид, ладно? – спросил Андрей.

– Без обид. Идите, идите.

Когда мы отошли немного от скамейки, я услышал, как Денис процедил сквозь зубы: "Чёрт!". Что ему на это ответил Митяй, мне расслышать уже не удалось.

Я бросил вопросительный взгляд на Андрея.

– Что, не думал, что они так сильно расстроятся?

Я кивнул.

– Они ведь тоже немножко в тебя влюблены, – вдруг выдал Андрей, – не так, как я, конечно, но тоже неравнодушны.

После этих слов я обернулся и посмотрел на ребят с таким сожалением, что Андрей взорвался:

– Что, так жалко их?! Может, вернёшься и скажешь, что передумал?! И снова будешь стлаться под них, как шлюха!

– Андрюш, ну не надо так, – тихо попросил я, и он сразу успокоился.

– Ладно, Женёк. Поедем ко мне. Запрёмся в моей комнате, и я тебя оттрахаю за всех троих.

Так он с тех пор и делает. Мы давно уже вместе, но этот балван по – прежнему ревнует меня к каждому фонарному столбу. Устраивает мне бурные сцены ревности (пару раз я даже с фингалами потом ходил), а после сам же вымаливает прощение. И трахает по нескольку раз в день. Откуда у парня столько сил – я не знаю. Мне сначала было тяжеловато, но потом привык. Теперь даже не представляю, как можно уснуть без секса или утром не перепихнуться перед завтраком.

Митька и Дэн, в конце концов, оба женились. Иногда, тайком от Андрея, я им все – таки давал. Правда, после женитьбы Митька перестал ко мне лезть, и мы остались только друзьями. А Денис и сейчас периодически меня затаскивает в какой – нибудь уголок. Да и не только Денис.

Ничего не подумайте, я очень люблю Андрея. Он – мой муж, он всегда будет самым главным человеком для меня, и я ни на кого его не променяю. Но его ревность в определенном смысле оправдана: уж кто – кто, а Андрюха – то знает, что я – не недотрога.