Однажды рано утром я заехал по делам к матери. Занятий у меня на этот день было запланировано много, и поэтому я решил заглянуть к ней перед работой, чтобы не тратить время вечером.

Разобравшись с делами, я собрался уже было уходить. Но мать, одеваясь на работу, начала жаловаться мне на моего младшего брата – вовосемнадцатилетнего студента, который, по её словам, постоянно бездельничал и прогуливал лекции.

– Ты поговорил бы с ним, Денис! А то сил моих нет уже. Он и сейчас вон лежит в кровати у себя, никуда идти не собирается. Заболел, говорит. А я ж знаю – у него каждый день то болезни, то лекции отменили... Ты поговори, а? Ну всё, пока. Я опаздываю уже...

С этими словами мама выскочила за дверь и побежала к лифту.

Разница в возрасте с братом у нас была большая – восемь лет. И поэтому мать частенько перекладывала на меня обязанности по его воспитанию. Но, честно говоря, мне всё это уже порядком надоело. Во18 лет лет уже, сколько можно воспитывать!. .

Войдя в комнату брата, я обнаружил его лежавшим кверху попой, под тонкой простынкой. Дебилоид делал вид, что спит.

– Слышь, Игорёк!

Брат молчал.

– Игорёк! – я потормошил его за ногу, – Слышь, хватит придуриваться, мне на работу пора! Вставай давай!

Я шлёпнул его через простыню по жопе. Братишка что – то там пробурчал, заворочался, и повернул голову:

– Я не пойду в институт, я болею...

– Да чё ты болеешь, б... ! – нервно взглянув на часы, я резко сорвал с него простыню, – Что у тебя, утренний стояк там? Стесняешься, чтоль? Мне нах... твоя пипирка не нужна, вставай!

– Да нет у меня стояка никакого.

– Тем более вставай тогда!

– Не встану я, – уверенно буркнул брат, и снова закрыл глаза.

Такая наглость меня слегка даже рассердила – этот сопляк ко мне жопой поворачиваться будет! Трусами обтянул её, и дразнит как будто... Стоп, о чём это я о таком думаю...

– Игорь, короче, если ты не встанешь сейчас, я... я...

– Ну что? Что – ты? – Игорёк посмотрел на меня иронично – пренебрежительно.

– Да я выпорю тебя щас просто, уродец сопливый! – с этими словами я вытянул из штанов ремень, и с силой хлестанул братишку через трусы по попе.

– Ай!

– Ещё хочешь?

– Хочу! – брат вдруг посмотрел на меня как – то озорно.

– Чего?! Ну сейчас ты узнаешь у меня...

Я стал хлестать ремнём по пухлой заднице, но братишка отреагировал на это неожиданно. Он специально подставлял мне свою попку, и, улыбаясь, ехидно приговаривал:

– Давай! Давай ещё! Так... Теперь вот тааак... А теперь вот так ещё, будьте добры...

Я завёлся, и начал бить изо всех сил.

– Ааааааааа! Слыш, Дэнчик, не надо! Не надо, мне больно уже, серьёзно...

– И хорошо, что больно!

– Ну не надо, ааааа! У меня живот болит, правда. Дэнчик, правда, я отвечаю тебе!

Я остановился.

– Живот, говоришь, болит? Ладно...

Поведение брата меня сильно раззадорило, и я направился в ванную – где, как я помнил, должна была стоять клизма. И точно – она была там! Набрав в ведёрко воды, я вернулся в комнату к брату, и приказал ему:

– Снимай трусы!

– Ты что, не надо!

– Снимай, говорю! – я резко стянул с Игорька трусы до колен, и из них как будто выпрыгнула наружу нежная круглая попка, – Раз живот болит, клизму щас будем тебе делать!

– Не надо!

– Надо!

Сказав это, я полностью стянул с братика трусы, поставил его в коленно – локтевое положение, и, набрав в клизму воды, влил в него первую порцию.

– А! Жопу больно!

– Будешь дёргаться – ещё больнее будет!

– А! Ааааааай!

За первой порцией последовали вторая, третья, и четвёртая... Анальное отверстие у братика было просто прелесть – маленькое, чистенькое и аккуратное, так что втыкать туда клизму было одно сплошное удовольствие!

Я заметил, что сам слегка возбудился. Посмотрев на брата, я понял, что и он возбудился тоже – это было очевидно.

– А говорил – стояка нет! – отметил я.

– Сначала не было. Теперь есть, – кокетливо ответил братик.

– А чё ты разговариваешь так?

– Как?

– Ну как пидор, вот так. Ты чё, пидором может стал?

– Не стал пока...

Это "пока" меня сильно озадачило:

– Что значит пока? Пока не стал, а что, хотел бы?

– Я в туалет хотел бы...

– Не, ты скажи.

– Я правда... я обосрусь сейчас, Дэнчик! – братишка напрягся, и попытался вырваться, но я ловко ухватил его за яйца:

– Колись давай! Хотел или не хотел? Скажешь – отпущу тогда!

– Хотел! – вдруг выпалил брат, и, дёрнувшись, выскочил из постели...

От неожиданности я даже растерялся, и тупо наблюдал, как голый братишка семенит к туалету.

– Не вздумай дрочить там! – крикнул я ему, почему – то, вслед.

И тут я заметил, что мой дружок уже норовит выскочить из штанов. Уж чего – чего, а этого я никак не ожидал!. .

Попердев немного и просравшись, мой братец вышел из туалета.

– Слыш, Игорёк!

– Чё? – обиженно, но в то же время и как – то кротко переспросил меня парнишка.

– Да я сам не знаю, чего. Иди сюда.

Братик подошёл. Я не знал, с чего начать.

– А ты что это... правда, что ли?

– Что – правда?

– Ну, сказал это.

Братишка отвёл глаза в сторону:

– Ну, может, и правда...

На меня накатила волна возбуждения.

– Игорёк...

– Что?

– Ты, это...

– Что – это?. .

Я вдруг, неожиданно для себя, притянул брата к себе обеими руками, и впился губами ему в живот. Начал жадно щупать попу. Потом повалил его на кровать, и грубо навалился сверху...

***

Через пару часов мы уже лежали, измождённые, в обнимку, и жадно курили. Я ещё не совсем понимал, что произошло.

– Дэнчик!

– Чего?

– Тебе ж на работу пора!

– Да ну, какая работа...

Я глубоко затянулся. Странно. Как я – отец двоих детей, вроде натурал... Нет, не так. Почему я – нормальный человек... Нет. Бред какой – то получается...

Братишка прижался ко мне всем телом, и горячо поцеловал меня в губы. "Ну ладно, – улыбнувшись, подумал я, – разберёмся. Дело – то – житейское... "