– Так что тебе сказал дедушка? – переспросила богиня.

– Дедушка сказал, – промямлил мальчик, – чтобы я оживил его: и ещё раз послушал, как бьётся ваше сердце, тётя!

– Дедушка у нас вообще молодец! – охотно согласилась с племянником девушка. – Так что же мы стоим? Вперёд – и с песней!

Асклепий тяжело вздохнул, подошёл к больному (вернее, уже мёртвому), сделал ему инъекцию из стеклянного шприца (одноразовых шприцов древнегреческая промышленность тогда ещё не выпускала), после чего принялся делать ему искусственное дыхание и непрямой массаж сердца. Тогда этим умением не обладали даже боги! Это сейчас любая работница на любом производстве прекрасно знает, как это делается, и на ежегодном экзамене бодро и без запинки докладывает главному инженеру цеха:

– Три раза – в рот, пять раз – на грудь!. .

Вот бы посмотреть хотя бы одним глазком, как она это будет делать, так сказать, в натуре! Полжизни бы отдал!. . Гм – м – м!. . Да!. . Мечты, мечты, где ваша сладость?. . Но вернёмся к нашим героям!. .

Мало помалу, Ипполит ожил! У него появилось дыхание, начали розоветь щёки... Только Эскулап – Асклепий начал писать рецепт (на латыни, разумеется!) и заполнять больничный лист, как в дом без стука вошёл Артемидин папа, то есть, сам Зевс!

– Я ведь говорил тебе, остолоп, – в гневе закричал он на Асклепия, – что оживлять мёртвых у нас, в Древней Греции, запрещено! Тем более, без лицензии! Сам подумай, что получится, если все, кому не лень, начнут оживлять мертвецов?! Какая путаница возникнет в налоговой инспекции, в паспортном столе, в ГИБДД?! Бардак, никакого порядка, понимаешь!

– Тётя попросила! – пролепетал бедный юноша.

– Ох уж эта мне тётя! – с досадой крякнул владыка. – Разберусь я с этой тётей, крепко разберусь! Но и у тебя самого голова на плечах должна быть!. . Так вот: за то, что ты ослушался меня, отправляю тебя в подземное царство Аида! В командировку, так сказать! – рассмеялся Зевс над своей шуткой.

Тут же он треснул юношу по голове посохом, и Асклепий в мгновенье ока перенёсся на берег реки Стикс, где его уже поджидал Харон. Усадив пассажира в лодку, Харон шустро заработал вёслами и повёз его в царство теней.

– У тебя опохмелиться ничего нет? – на всякий случай спросил старик у пассажира.

Тот молча достал из кармана пузырёк медицинского спирта.

– Ништяк! – обрадовался тот. – Знаешь, – доверительно продолжал Харон, опрокинув в себя содержимое пузырька и вытерев губы, – тащат всякую гадость! То палёную водку, то, вообще, технический спирт!. . А закурить не будет?

– Курить вредно! – машинально ответил Асклепий, думая о чём – то о своём.

– Эт точно! – охотно согласился с ним Харон. – Жить, вообще – то, тоже вредно – от этого помирают!. . Я убью тебя, лодочник, – неожиданно затянул он, – я убью тебя, лодочник, я убью тебя, лодочник, я убью тебя, лодочни – и – ик!. . Ну вот, парень, как говорится, и приплыли! Счастливого тебе пути и долгих лет жизни! – рассмеялся Харон.

– Пошёл ты, знаешь куда!? – мрачно ответил ему Асклепий и, не попрощавшись, побрёл в царство теней:

Но вернёмся к Зевсу и Артемиде.

– А ты, извращенка, – повернулся владыка к дочери, – как ты меня уже достала! Тебе, что, богов мало – со смертными мужиками путаешься? Или тебе, может, ещё и жеребца захотелось?. .

Ну, тут уж и Артемида не выдержала – взыграла родительская кровь (вспомним, кем были её папа с мамой) !

– Да, захотелось! – с вызовом произнесла она, бесстрашно глядя на отца. – Да, жеребца! Тебе – то какое дело? Ты, что ли, его заменишь? – она с насмешкой оглядела старческую, согбенную фигуру. – Ни за что не подумала бы!. . Старый козёл! – тихонько добавила она в сторону, но отец всё равно расслышал.

Уж тут – то он разгневался вообще не на шутку!

– Вон из моего царства! – закричал Зевс в гневе. – Вон отсюда! Шлюха! Проститутка! Глаза бы мои тебя больше не видели!. .

Артемида, гордо подняв голову, спускалась с Олимпа с драгоценной ношей на руках, а вслед ей доносились страшные оскорбления, высказанные отцом, конечно же, не от сердца, а всего лишь от жгучей обиды на дочь и на весь этот несовершенный (увы!) мир, которым ему суждено править веки вечные: До тех пор, пока его не сменит на этом нелёгком посту божественный Апполон: Увы! Этому не суждено было случиться!. .

– Отец! Зевушка! Зевунчик, хороший мой! – ломая руки, рыдала мать – старушка Гера. – Прости её, отец! Не гони девочку! Да ещё с ребёночком малым на руках! Она, конечно, мне не родная дочь, но всё же люблю я её!. .

– Нет! Молчи, мать! Я сказал – значит, точка! Моё слово – кремень! – сурово, твёрдо и решительно (как и подобает мужчине!) заявил Зевс. Понятное дело, потом – то они, мужчины, одумаются, уступят своим мудрым жёнам, ещё и прощения у них будет просить! Ну, а пока что лучше не попадаться мужику под горячую руку! Гера это очень хорошо знала (поживи – ка с супругом не одну тысячу лет – ещё и не то узнаешь!) и потому отступилась от мужа. А Артемида тем временем вспорхнула в небо (богиня, как – никак!) и тут же очутилась на Аппениннском полуострове, или в солнечной Италии, где тогда правил родной брат её отца Юпитер. Облюбовала она один райский уголок с роскошным дворцом и сделала так, что она стала его владычицей, и никто этому не удивился.

Впрочем, и в наше время такое бывает! Сегодня, скажем, заводом владеет некий Каха, а завтра, глядишь, уже Баха. И чем один из них отличается от другого, совершенно непонятно! Оба – чёрненькие, оба говорят по – русски из рук вон плохо!. . Но такие вопросы решаются отнюдь не на грешной земле, а где – то там, на Олимпе! Наше же дело маленькое: лишь бы этот Каха (или теперь уже Баха) зарплату вовремя платил!. .

Забегая наперёд, скажу, что Артемида при первой же возможности посетила великосветский раут, на котором произвела собой настоящий фурор! Мужчины были просто без ума от неё! А старенький губернатор (Юпитером звать) – тот вообще распустил на неё слюнки! И, чтобы отбить всякую охоту у остальных претендентов на её руку и сердце и рассеять все сомнения, Юпитер девушку: удочерил! Вот так вот! И перед женой потом очень легко будет оправдаться – типа, пообщался с дочкой немного тет – а – тет, и что в этом зазорного?!. . И назвалась Артемида Дианой – вроде как принцесса, на пароходе из Англии приехала, с братишкой на лечение. И даже на личной жизни она поставила крест – ну, ни дать ни взять, сестра милосердия! Тут всё общество Артемиду – Диану весьма зауважало!. .

Но вернёмся к Ипполиту! Едва Артемида бережно уложила его тело на диван, поручик Ржевский (Ипполит, то есть) открыл глаза.

– Где я? – слабым голосом произнёс он.

– Ты – у меня в плену! В сладком плену! – жарким шёпотом ответила ему Артемида, с любовью глядя на прекрасного юношу и нежно целуя его в губы. – И никуда я тебя от себя не выпущу, понял?! Ты – целиком в моей власти, и посмей только меня ослушаться! И ни на каких лошадях ты у меня больше не будешь кататься! Хватит! Я не разрешаю!. .

: В отсутствие Асклепия лечение существенно затянулось, но всё же, мало – помалу, Ипполит начал поправляться. Опираясь о палочку, он выходил в сад и долго – предолго бродил по нему, с тоской глядя за ограду забора, за который ступить ему было категорически запрещено... По мере выздоровления юноша всё больше тосковал, ворочался, вздыхал по ночам:

– Ты чего это не спишь? – сердито выговаривала ему Артемида. – Сам не спишь, и мне не даёшь!. . И кушаешь ты плохо! Открой ротик, солнышко!

Ипполит послушно открывал рот, и богиня совала ему полную ложку чёрной икры:

Нужно сказать, что Артемида, как и подобает скромной девушке, поселилась в соседней с Ипполитом комнате. Каждый вечер она с затаённой надеждой ожидала визита юноши, и каждый же вечер разочарованно засыпала одна. В конце концов, богине это надоело – не для того она оживила парня, чтобы спать в разных с ним комнатах и в разных постелях!

Однажды вечером, приняв ванную, она отправила туда же и Ипполита. Пока тот купался, Артемида успела высушить волосы и нанести макияж. А после ванны этот олух царя небесного вновь скрылся в своей комнате! Вот остолоп!

– Ипполит! – строгим голосом окликнула его девушка. – Можно тебя на секундочку?

Тот появился в дверях и выжидательно уставился на богиню.

– Ты, когда бреешься, – холодным тоном осведомилась богиня, – чем губы подпираешь?

– Языком, а что? – удивлённо ответил тот.

– Я как раз собралась бриться! Поможешь мне?

Ипполит, открыв рот, изумлённо уставился на Артемиду. Его враз поглупевшее лицо выглядело таким комичным, что та весело расхохоталась.

– Шутка! – призналась она. – Ну, подойди же поближе! Я не кусаюсь! А если серьёзно, почему ты меня избегаешь?

Ипполит стоял у кровати, потупив взор.

– Может, у тебя другая девушка есть? – участливо расспрашивала его богиня. – Да садись ты! Чего стоишь, как истукан?!. . Скажи мне, мой милый, не стесняйся! Я не могу, когда ты так мучаешься! Открой мне свою тайну! Я – не ревнива! Лишь бы тебе было хорошо, мой любимый!

Говоря так, Артемида и сама поверила в то, что где – то на свете существуют неревнивые женщины, пусть даже и богини!

– Можно, я за тебя скажу, раз ты стесняешься? – продолжала она. – Ты любишь лошадей – в этом всё и дело! Ведь так?

Юноша вновь опустил голову и ужасно покраснел от смущения, отчего показался девушке ещё более любимым и желанным!

– А чем я тебе не кобылка? – лукаво спросила Артемида.

Тут же девушка проворно опрокинулась на спину, увлекая за собой юношу, и развела в стороны свои прекрасные, нежные ножки с чудесным, девственным пушком между ними.

– Вскакивай на меня, мой милый! Отныне я – твоя лошадушка!

Ипполит с сомнением заглянул ей вниз – выдержит ли она эти страшные, нечеловеческие мучения?!. . Ему представились разорванные внутренности богини, потоки крови: Бр – р – р! Ужас какой!

– Давай, давай, не бойся! – с улыбкой подбодрила юношу богиня. – Посмотрим, кто кого из нас перескачет!

– Я, действительно, боюсь, – признался Ипполит, – что сделаю тебе больно! Если честно, поэтому у меня и девушки никогда не было!

– И ты ни разу не целовался? – поразилась Артемида.

– Да: целовал одну: в губы:

– Какой ты у меня смелый! – похвалила его девушка. – И что она тебе сказала?

– Да я не слышал! – смутился юноша. – Она мне уши бёдрами зажимала!. . После этого я и сделал операцию по укорачиванию:

– Ну, и что?

– Ну, вот, сама оцени. ., если не стесняешься!

Девушка ухватила своей прелестной ручкой предмет любви и с любопытством осмотрела его.

– Вот это да! – восхитилась она. – Это я понимаю!. . Да, кстати, а что это за слог "ин" на нём?

– Видишь ли, Артемида... Когда – то, в молодости, по пьянке: ну, глупый я был! ты уж прости меня! – выколол я там: Одним словом, наколол: "Пламенный привет мужественным защитникам Спарты от братьев по оружию – воинов Афин"!. . Теперь вот, после операции, только "ин" и осталось!. .

– Какой ты у меня смешной! – рассмеялась Диана – Артемида. – Нашёл, чем испугать девушку! Ну же, давай! Не заставляй меня, богиню, себя упрашивать!

Ну, тут уж Ипполита долго и уговаривать не пришлось – до того он настрадался без лошадей, бедняга! Да так в: л (ну, это – нехорошее слово!), одним словом, ввёл несчастной девчушке, что у той прямо глаза на лоб полезли!

– Ещё! – едва живая от счастья, потребовала она. – Ещё! О – о – о! Хуатыт! (хватит, то есть!)

Долго ли, коротко наслаждались они жизнью – нам неведомо. Только, в конце концов, состарился Ипполит и умер со временем. А безутешная Артемида вознеслась вслед за ним на небеса: И поныне мы можем увидеть её согнутые божественные ножки – в виде ковшичков – и как раз между ними сияет яркая Полярная звезда!

Так они и скачут до сих пор на небесах – прелестная богиня Артемида и не менее прекрасный юноша Ипполит!

И с тех пор – во все времена, у всех племён и народов – и стар, и млад поклоняются этой необыкновенной звезде и молят божественную Артемиду даровать им любовь и счастье!

А русские – те так до сих пор и называют это заманчивое местечко у девушки, откуда после любви появляются ребятишки – звезда (или что – то в этом роде, похожее) !

Тут и сказке конец, а кто слушал, тот молодец!