Кожа была гладкой и, насколько я мог разглядеть, очень упругой. Это напоминало мне её груди. Различие было лишь в том, что эти булочки не имели сосков. Похоть вдруг овладела мной, и я напряг все свои силы, дабы не вскочить и не броситься руками ощупывать её сексуальный зад. Я начал гадать, была ли прошлая ночь просто случайностью или это было началом наших новых жизней.

– Доброе утро, Кенни, – сказала Мама, подавая завтрак. Она сделала это так же, как делала всего пару недель назад, наклонившись над столом, чтобы поставить тарелку передо мной. Мои глаза автоматически уставились на её грудь, т. к. топ приоткрылся и позволил мне свободно увидеть ей обнажённую грудь. – Надеюсь, Тебе спалось хорошо.

Я уверен, что должен был что – нибудь ответить, но мой рот меня не слушался. Мой взгляд был прикован к её обнажённым грудям, покачивающимся в её кукольном топе. Мы ели молча. Я всё время косился на её груди, колышущиеся при каждом движении. Как мне казалось, большую часть времени её соски были напряжены, т. к. они заметно выделялись спереди. Наконец, с завтраком было покончено, и я уже собирался уходить, чтобы быть подальше от неё. Мне было стыдно.

– Подожди, Кенни, – мягко попросила Мама. Я сел на место и посмотрел на неё.

– То, что случилось прошлой ночью, было очень странным, – начала она, пристально глядя мне в глаза. – Мне должно было бы быть стыдно, за то, что мы сделали, но нет, я не стыжусь этого. С того первого раза, когда ты кончил, и я почувствовала твоё горячее семя на своём теле, я думала о кое – чём большем. Зная, что ты начал мастурбировать, я решила что хочу, чтобы ты кончил от моих рук, а не от своих. Мне понравилось довести тебя до оргазма так же, как ты довёл меня до оргазма. Я не знаю как ты, но я не хочу нас останавливать.

Я потерял дар речи. Передо мной была моя Мать, которая говорила, что ей понравилось то, как мы ласкали друг друга и что она хочет ещё. Она закрыла глаза и опустила голову. Мама не услышала, как я поднялся со своего стула и бесшумно подошёл к ней сзади. Она, должно быть, почувствовала, потому что её голова поднялась, в то время как руки оставались сложенными на столе. Глядя через её плечо, я чуть не задохнулся от вида в вырезе её кукольного топа. Мои руки мягко легли на её плечи и она, вздохнув, слегка запрокинула голову назад. Я приблизил губы к её губами, и они открылись, чтобы принять мой высунутый язык.

Её женственный аромат розы заполнил мои ноздри, и это вызвало новую, ещё большую волную наслаждения внутри меня. Это был запах женщин, желавшей и желанной. Я глубоко вдохнул аромат её тела, всего лишь час назад пробудившегося ото сна. Он был сладострастный и я не чувствовал ничего кроме него. Мама почистила уже зубы, потому что от неё веяло такой сладостью и свежестью даже сейчас, утром. Я наслаждался горячим дыханием, срывавшимся с её губ и наполнявшим мой рот. Наши языки неистово боролись друг с другом. Мамино дыхание учащалось, т. к. я прямо видел, как вздымались её большие упругие наполненные молоком груди. Мои руки скользнули у неё спереди и снизу забрались под её топ, накрыв и аккуратно оценив их пышность. Мои ладони увлажнились, т. к. началось выделение молока. На самом деле это был первый раз, когда я по – настоящему дотрагивался до её груди и я хотел ещё и ещё. Продолжая страстно целоваться, я помог ей подняться, затем нам пришлось разъединить наши рты.

Взявшись за руки, мы направились в её спальню, не говоря ни слова, т. к. мы продолжили страстно целоваться. Когда мои руки вернулись на её налитые молоком груди, я почувствовал, как её руки щупали меня спереди через пижаму. Я был возбуждён, и она быстро нашла то, что искала. Чуть потянув за край, я освободил её от топа, а затем обнял теперь уже полностью обнаженное тело, увлекая за собой. Через мгновение мы лежали на кровати. Мои губы, оставив её губы, нашли её набухший, сочащийся сосок и начали его сосать. Мамины руки проскользнули в мои штаны для того, чтобы обхватить кулачком мой ноющий орган. Она двигала им медленно и аккуратно, в то время как моя рука легла между её приоткрытых ног, чтобы найти тёплую и влажную киску. Я закончил опустошать одну грудь и переключился на другую, пока мы продолжали ласкать друг друга. Когда я заканчивал обрабатывать вторую грудь моей Мамы, её тело напряглось, и она кончила. Её молоко закончилось, и меня сразу накрыл оргазм. Я выплеснул горячую сперму на её тело. После мы лежали, отдыхая и восстанавливая дыхание.

– Мама, это было даже лучше, чем прошлой ночью, – отметил я, как только моё дыхание начало выравниваться.

– Ты даже не можешь представить, как это замечательно, – ответила Мама. – Почти также хорошо, как по – настоящему.

Я задумался на секунду, чтобы переварить её слова. Не осознавая, я поднял руку, один из пальцев которой только что был в ней, и начал лизать и сосать её. Я впервые попробовал вкус женщины, и он был великолепный. После того, как я закончил со своими пальцами, мы легли ближе и я начал медленно поглаживать и ласкать её большие мягкие груди. В свою очередь, Мама нежно накрыла мои яички и стала их перебирать. Через некоторое время, у меня начал снова вставать. Мы посмотрели друг другу в глаза и единственным, что мы могли в них увидеть, была похоть.

Не говоря ни слова, да они и не нужны были, Мама легла на спину. Она подняла ноги, как бы приглашая. Я опустился между ними на колени. Опустив глаза вниз, я увидел, что она была влажная и готова, влага блестела на губах её вагины. Она легонько взяла мой орган и направила в себя. Я видел, как толстая головка проскользнула между её горячих, влажных губ и погрузилась в сладострастие. Никогда я не чувствовал такого жара, а узость отверстия была больше, чем можно было мечтать. Медленно, очень медленно я погружался всё глубже и глубже в тело моей Мамы. Я хотел её до конца, вкусить её обжигающее нутро, которое поглощало меня. Казалось, что это погружение будет продолжаться бесконечно. Наконец, я почувствовал, что наши лобковые волосы соприкоснулись. Я был полностью в ней. Так мы пролежали довольно долгое время, просто наслаждаясь этим ощущением. Оперевшись на руки, я приподнялся, чтобы посмотреть на нас внизу. Увиденное и то, что мы были спарены, чуть не вызвало у меня оргазм, но я справился с этим чувством. Мои глаза поднялись, и я увидел мамины большие груди, которые под своим весом немножко расплющились, но всё ещё сохраняли свою отменную выпуклость. Видеть её лицо было верхом наслаждения. По нему блуждало выражение похоти распутной женщины. Её губы были приоткрыты, её глаза прикрыты, но всё же улыбались мне.

– А сейчас, мой дорогой сладенький Кенни... Возьми меня!. . Ты так глубоко во мне и я хочу почувствовать, как ты берёшь меня. Ты заставил меня ощущать такое, что я раньше никогда не ощущала. Я просто хочу почувствовать твоё горячее семя внутри себя. Пожалуйста, мой дорого сладенький сынок, возьми меня жёстко и быстро и заставь меня вновь почувствовать себя женщиной.

Мы начали медленно, наслаждаясь нашими ощущениями. Затем я начал почти полностью выходить из неё и снова глубоко входить. Вскоре Мама подняла бёдра и обхватила ими меня. Наша страсть нарастала вместе с нашей скоростью движений до тех пор, пока мы не достигли крайней степени возбуждения. Мы хрипели и стонали, наши тела слились, издавая громкие развратные шлёпающие звуки. Так продолжалось пока мы оба не достигли вершины, не слились в едином оргазме.

Я уже был готов выйти и не кончить в неё, но Мама прижала меня крепко к себе. Её слова любви и желания наполнили мои уши, она просила меня заполнить её горячим семенем. Меня ничего уже не могло остановить. Мой орган набух и затвердел. Яйца подтянулись, подгоняя мою сперму вверх и она с силой начала выплескиваться, наполняя её обжигающее лоно. Никогда в своей жизни я не слышал, чтобы моя Мама кричала, но в ту ночь она кричала. Продолжительно и громко, и я был очень удивлён тому, что Джек не проснулся.

Остаток дня прошёл как обычно. Я работал во дворе, пока Мама убирала дом и стирала. После ужина сели рядом смотреть телевизор. Потом пора было уже идти спать. Я уже поплёлся спать, когда Мама зашла ко мне в комнату. Её ночнушка упала на пол, она стояла полностью обнажённая около моей кровати. Она ничего не сказала, только поманила меня знаком. Я наблюдал, открыв рот, как её крепкие обнажённые ягодицы покачивались, манили в сторону её спальни. И я последовал за ними. На следующий день я полностью переехал в спальню моей возлюбленной. Я продолжал называть её Мамой, но только тогда, когда мы были на людях.