В Москве стояла пасмурная февральская погода. Я ехала в своей машине по Кутузовскому проспекту, и машины окружали меня со всех сторон. Глядя на них, я думала о том, что вот так же и проблемы живут вокруг нас, то расступаясь, давая немного пройти вперёд, то резко сужая круг, отчего становится трудно дышать. В машине играло радио, и настроение у меня было превосходным. Очень скоро я подпишу важный контракт, отчего состояние моей фирмы возрастёт примерно вдвое! Кто сказал, что женщины не могут заниматься бизнесом? По моему, ни у одного мужчины не возникнет столько идей, чтобы сделать бизнес прибыльным. С возрастом мужикам всё меньше хочется куда – то рваться, чего – то добиваться. После тридцати они оседают с газетами по диванам вокруг телевизоров, и ничего их уже не инетресует кроме футбола и политики. У женского пола всё наоборот! С возрастом активность только возрастает, и женщина за тридцать в бизнесе это настоящий дизель!

Мимо меня проносились дома – громады; я пролетела мост и свернула направо. Здесь, на тихой улочке и расположена моя фирма. Уже с улицы посетителей привлекают яркие витрины и сотни маленьких огоньков рекламы. Всё здесь создано моими руками! Я останавливаю машину во дворе и вхожу в приёмную со двора. Здесь за компьютерами сидят три девушки – менеджеры, которых я наняла, Вася – системный администратор, который сразу же сворачивает окно ICQ, стоит мне войти в офис, и Лёля, моя секретарша и давняя подруга, с которой нас связывают давние и тёплые отношения. Я прохожу в свой кабинет, где окна по – утреннему прикрыты жалюзями, Лёля встаёт и заходит вслед за мной, прикрывая дверь.

– Сегодня с утра было три человека, – начинает она говорить с порога, – двое хотят заказать дизайн кухни, и один художник, ему нужен дизайн студии:

Я вешаю пальто в шкаф и оборачиваюсь. Лёля улыбается, она уже соскучилась. Я делаю шаг ей навстречу и тоже улыбаюсь. Она смотрит немного смущённо и первая обнимает меня. От её длинных светлых локонов всегда приятно пахнет, и вся она такая нежная и ласковая. Я провожу носом по её волосам сначала в одну сторону, потом в другую, нежно целую её.

В её глазах нежность и некоторая подобострастность. Наши лица придвигаются совсем близко, я слышу как часто и глубоко она дышит: Я целую её в губы сначала просто намечаю поцелуй, потом слегка раздвигаю их язычком, проникая внутрь, чувствуя на языке вкус её помады. Она дышит ещё чаще, и в её поцелуе столько покорности и трепета: Я завожу руку ей под блузку, и провожу рукой по её шёлковой спинке. Лёля тихонько постанывает, невольно сдвигая вместе колени. Она целует меня в шею, её ласковый язычок так и скользит по ней. Я откидываю голову назад, и наслаждаюсь этой долгой минутой: (Виртуальный секс реален! Попробуй сам! Заведи себе русскую виртуальную любовницу – давалку! – добрый совет)

В дверь постучали. Лёля медленно отпрянула и села на стул напротив меня, тяжело дыша.

– Да: – бодро сказала я.

– Алёна Игоревна, вот договора на подпись, – в кабинет вошла полная Маша, старший менеджер и делопроизводитель. Я сажусь за стол, беру печать и свою элитную перьевую ручку. Начинается рабочий день:

С Лёлькой мы знакомы с раннего детства – жили в одном дворе, и познакомились когда ещё не умели говорить. Потом вместе ходили в детский сад и школу. Как – то раз много лет назад, в десятом классе мы обе попали в очень неприятную ситуацию, которая круто изменила нашу жизнь. В один из воскресных сентябрьских дней мы поехали к одной нашей подруг в Щёлковский район Подмосковья. День был удивительно солнечный, и окна электрички, в которой мы ехали заливало яркое солнце. На нас были джинсовые курточки по моде того времени и очень коротенькие юбочки в сборочку. Мы сидели с Лёлькой друг напротив дружки и беспрерывно хохотали.

– Я вижу твои трусики, – хихикала она.

– А я твои, – отвечала я. Шутя я стала к ней приставать. Народу было немного, и я совершенно не стеснялась. Я стала водить рукой по её голой коленке, каждый раз заводя её всё дальше, а Лёлька делала вид, что её это очень заводит. Тогда мы ещё не думали о том, чтобы спать вместе, и это было не больше, чем дурь двух девчонок, которые не знают о сексе почти ничего. Некоторый опыт у нас всё же был. Лёлька отдалась какому – то мальчику в деревне на сеновале, который был такой неопытный, что почти сразу кончил, едва лишив Лёльку девственности, причём в саму Лёльку.

Наверное, это у него тоже был первый раз. Мой опыт был не лучше. И сейчас, мы как будто прикасались к чему – то запретному и таинственному, отчего по телу шёл приятный холодок:

Весь день мы провели с нашей подругой Любой – гуляли, ходили на речку Клязьму, а вечером сели в маршрутку и поехали в Щёлково на дискотеку. Надо сказать, что места там довольно мрачные – бесконечные заборы каких – то таможенных складов, заводские трубы и практически никакой инфраструктуры.

Придя на дискотеку, мы немножко перетрухали. Там были в основном парни, причём старше нас, но раз уж пришли – не уходить же! Мы от души позажигали под популярные тогда "Руки вверх" и Роберта Майлса, а когда вышли на улицу, оказалось, что маршрутки уже не ходят. Чёртова деревня!

– Оп – с. Чё делать будем? – спросила Лёлька, испуганно глядя на меня. Во все стороны в темноте расходились толпы народа, и ярко горели фонари. Здесь было совсем не страшно.

– Ну пошли пешком к Любке, это ближе, чем в Москву, – решила я. На маршруктке это было каких – то двадцать минут, пешком все полтора часа. Но делать нечего, и мы отправились в посёлок пешком. Сначала мы шли по самому Щёлково – опустевшим улочкам посёлка городского типа, где ещё светили витрины магазинов и жилых домов. Но очень скоро и они кончились.

Нам предстояло пройти узкую, как труба улицу, по обе стороны которой шли бесконечные заборы. Мы остановились перед ней в нерешительности. Фонарей там не было, и она напоминала страшный черный тонель, почти, как в метро, откуда нет выхода ни вправо, ни влево.

– Может такси поймаем? – предложила Лёлька. Её голос задрожал.

– А раплачиваться чем, попой? – спросила я. Лёлька невольно засмеялась.

– Разве что. Знаешь анекдот – девушка останавливает такси и спрашивает таксиста: "За минет подвезёшь?", таксист не в теме, спрашивает: "а это куда?". Я прыснула. Когда смешно, то уже не так страшно. Мы взялись за руки и шагнули в пугающую темноту: (По этой ссылке смотрите видео того, что было с главными героями! – прим. ред. )

Вопреки ожиданиям, полной темноты не было. Дорогу постоянно освещали огни проносящихся мимо машин, а из – за заборов светили прожектора заброшенных заводов. Мы шли по слякотной грязи, и часто проносящиеся мимо машины обдавали нас леденящими брызгами бурых луж. Постепенно нам стало весело, мы толкались в шутку, и не заметили, как рядом с нами остановилась машина. Из машины вышло двое парней.

– Подвезти, девушки? – спросила один. Их лиц было не разглядеть из – за света фар, который бил нам прямо в лицо.

– Спасибо, почти дошли уже, – ответила я как можно более нелюбезно.

– Давай, чего самим – то идти! – обрадовалась Лёлька такой возможности.

Мы сели к ним в машину... Дальше было всё, как в плохом детективе, только вот весь этот жестокий сценарий был про нас: Лёльку и меня завезли в заброшенный домик стрелочника, где кроме пола ничего не было. Там было темно, а на полу лежали битые кирпичи. Парни предложили нам отдаться добровольно, чем сэкономить время, после чего нас сразу отпустят. Лёлька была так напугана, что сразу же согласилась. Она покорно подняла юбочку и стянула вниз дрожащими руками трусики, после чего опустилась на корточки. Один парень расстегнул брюки и шагнул к ней. Я увидела, как Лёлька берёт его у него в рот и начинает сосать. Она помогала себе рукой, а её щёки то втягивались, то расширялись. Иногда член попадал ей за щеку, отчего та сильно увеличивалась в размере...

– Ну а ты чего? – спросил меня второй парень, делая ко мне шаг.

– Только подойди, сука! – сказала я и взяла в руку кирпич. Он ловко выбил его у меня и шарахнул головой о стену, отчего я отключилась... Когда я очнулась, то лежала на полу ничком. Голова шумела, а во рту был неприятный привкус крови. Я увидела Лёльку. Она стояла на четвереньках, и они трахали её вдовем. Один сзади, другой в рот. Юбочка была задрана на попе, а трусики они ей порвали. Лёлька жалобно стонала от каждого нового толчка. Тушь на её лице потекла, размазалась по щекам, а коленки были разбиты о колючий пол. Те двое негромко переговаривались, бодро подгоняя её. Один время от времени шлёпал её по голой попе, другой задавал темп, сжимая её волосы и заталкивая ей в рот свой член. Лёлька тихонько стонала и жалобно попискивала. Я же не могла шевельнуться. Каждое движение отдавалось болью в разбитую голову.