В непролазных дебрях джунглей жило племя амазонок. Мужчин у них не было, а дети рождались от кентавров, с которыми амазонки вели постоянную войну. Мальчиков переправляли на другую сторону реки, и если новорожденный выживал, его принимали к себе кентавры.

В тот вечер Лилия и Джама охотились вдвоем. Они постреляли розовых уток, напились ледяной воды из ручья и теперь ехали домой с добычей. Всю дорогу Джама рассказывала Лилии о том, как лучше держать лук, прицеливаться и убивать дичь, вобщем, обо всех примудростях охотничьего дела. (На втором видеоролике сверху настоящие лесби – амазонки показывают настоящие африканские страсти – прим. ред. )

Хотя они были одного возраста, Джама многому научилась, пока была в плену у кентавров и считалась среди амазонок лучшей лучницей. Обманчиво хрупкое тело этой девушки на самом деле обладало недюжинной силой и выносливостью. Кроме того, она знала, как утолить свою страсть. Ночью, оставшись одна в своей хижине, Джама удовлетворяла себя куском рогожи или пальцами и пыталась громко не стонать, но это у неё выходило плохо (ведь она не могла забыть десять конских членов, долбящих её втечение суток, после которых стала просто помешанной на сексе). Да, плен кентавров закалил её! Она и сейчас во время скачки терлась о седло, доводя себя до исступления, уединялась, якобы для тренировки, в чаще с боевым посохом и мастурбировала им, пока не оставалась совсем без сил.

Однако ничто не могло заменить Джаме нежных случайных прикосновений её подруги, её трепетного дыхания, её объятий во сне сырой ночью, о которых сама Лилия даже не подозревала. Ещё бы! Она же спала. И не помнила утром, как прижималась, под властью сладких грез, к телу Джамы, как ласкала гладкие волны её темных волос, как шептала во сне её имя.

И сейчас Лилия доверчиво и наивно смотрела в темные глаза Джамы, она тонула в них, между тем отвечая на её шутки разными колкостями, даже провоцируя подругу. По дороге с охоты они всегда громко ругались, выставляя этим протест в адрес старших амазонок, которые запрещали молодым девушкам сквернословить, а то боги обидятся, и вы попадете к кентаврам. Ха! Да что им за дело было до всех этих богов! А попасть к кентаврам, после сокровенных рассказов Джамы, Лилия бы тоже не отказалась. И даже их жестокость не смущала, а наоборот восхищала маленькую девочку. "Маленькой" её называли потому, что ростом она, прямо скажем, не вышла. Ей на всех приходилось смотреть снизу вверх, и это обычно раздражало Лилию, но только не тогда, когда они были вдвоём с Джамой. Лилии нравилось чувство своей защищенности, непоколебимой уверенности в том, что ее есть кому защитить, что Джама, высокая и сильная, всегда заслонит ее от стрелы, подхватит на лету бумеранг, закроет собой в случае опасности.

И вот, они подъехали к дому. Там все было готово для жертвоприношения. Убитую дичь сложили на костер, когда ночь опустила шторы на небо, и, вместе со всеми пропев хвалу богам, Лили и Джама принялись за праздничный ужин на траве под раскидистым дубом.

Пьяные амазонки горланили песни, болтали на тему: вот бы сюда сейчас одного – двух кентавров без оружия и шлемов, а подруги, в стороне от всех, лежали и считали звезды. Вдруг Джама увидела, как маленькая рука Лилии, звеня браслетами, потянулась к её шее и почувствовала, как та гладит её. Она взглянула на горячее от хмеля лицо подруги и поняла: что – то сейчас будет. Она вся переполнилась нежностью к этому преданному существу, и решив, что малышка просто немного пьяна, тихо сказала: Давай спать, милая.

– Только с тобой – ответила Лилия и поцелуем впилась в ее алые губы. Тут Джама не сдержалась и начала расстегивать кожаное платье изнывающей от страсти девушки. Она прошлась по ее телу своими чуткими губами, уловила дрожь точеной фигурки, лежащей под ней, неистовый блеск голубых глаз в каждом взмахе пушистых ресниц. Она добралась до лобка и ввела туда пальцы до упора, Лилия чуть слышно крикнула от боли что – то вроде даааааа и, не обращая внимания на текущую оттуда кровь, целовала розовые соски амазонки. Вскоре Джама погрузила в нее уже руку до запястья и над уснувшей деревней слышались хрипы, приглушенные стоны и сладострастные крики Лилии.

Когда тела были уже измучены, девушки заснули, удовлетворенные, обнявшись так, как обычно спят влюбленные, а с утра им предстояло идти вместе со всеми в наступление. По ту сторону чащи к обороне готовились кентавры, узнавшие об их плане. Разведчик, прятавшийся за соседним деревом, видел все, что происходило с ними, поэтому он даже не смог вспомнить, зачем его туда послали. Но было ясно одно – завтра победят амазонки во главе с Лилией и Джамой.