Глава 1. Я и папа.

Нашим с братом половым воспитанием занимался отец, с тех пор как от нас ушла мама. Мне было n лет, мой брат Антон был на год младше меня. Мы с ним были наверно озабоченными детьми, потому что уже лет с 10 – 11 нас жутко интересовало все, что связано с сексом, мы разглядывали половые органы друг друга, трогали их руками. Антошка запихивал ручки, карандаши и фломастеры мне во влагалище, и в задний проход, я делала тоже самое с его задним проходом. Однажды за этим занятием нас застукал отец, который вернулся с работы раньше времени. У нас был очень красивый папа, не знаю как Антошка, но я всегда это замечала, я была в него влюблена. Он был довольно высокого роста, крепкого телосложения, у нас с ним были красивые голубые глаза, у Антошки глаза были карие, такие же, как и у матери, и вообще я была больше похоже на папу, а Антон на маму. С мамой получилась скверная история, она убежала от нас с каким – то богатым хачиком, после того, как папа застал ее сосущим его член. Мы с отцом никогда не обсуждали эту тему, просто однажды он сказал, что мама нас больше не любит, что она ушла, и что теперь мы остались втроем. После этого бы с братом стали еще ближе, и как раз тогда начался наш неудержимый интерес к половому вопросу.

Так вот нас застукал папа, в этот момент мы с Антоном были голые на полу, я держала его вялый еще недоразвитый членик рукой, а он всовывал мне фломастер в попу. Папа минуту стоял как вкопанный. А потом как ни в чем не бывало, сказал: "Одевайтесь и пойдемте ужинать".

За ужином я не могла смотреть папе в глаза. А он вел себя непринужденно. Антон тоже был скован. Потом я помылась и легла спать. Когда я пришла из ванной Антон уже спал, а может и притворялся, он очень часто так делал, надеясь увидеть, как я ковыряюсь в своей писе. Мне было не уснуть, я чувствовала возбуждение оттого, что папа видел меня голой, его удивленное лицо стояло у меня перед глазами. Я сама не заметила, как начала гладить свои еще не оформившиеся сиськи. Мне это очень нравилось и другой рукой я стала трогать свою писю. Я еще не знала что такое клитор, но трогать и тереть маленький выпирающий бугорок мне очень нравилось. В этот момент в комнату зашел отец, я отдернула руку, но он понял, что я делала:

– Не спиться? – спросил он.

Я кивнула.

– Я полежу с тобой, можно?

И не дожидаясь ответа, он залез ко мне под одеяло. Я была голая, так как собиралась надеть рубашку только тогда когда закончила бы свои ласки.

– Ты становишься взрослой девушкой, хотя тебе всего 12. Скажи, у тебя уже бывают месячные? – спросил он.

– Да – краснея, ответила я – уже были 4 раза.

– Что с тобой еще происходит, я же твой папа ты можешь мне все рассказать?

– Еще у меня бывает твердая грудь – выпалила я.

Папа дотронулся до моей груди, и тихонько сжал мой сосок.

– Тебе нравиться, когда я делаю так?

– Да.

– А что ты еще чувствуешь? – папа прерывисто дышал мне в шею.

– А еще, почему – то у меня становиться мокро – я совсем смутилась.

– Мокро где? В писе? Пися намокает?

Я кивнула.

– А еще что ты чувствуешь – он сдавил мой второй сосок, а первый стал облизывать.

Моя пися не просто намокла, но я почувствовала, как между ног стало все тяжелым, почувствовала, как там все набухло, клитор сал поддергиваться. Я сказала об этом папе.

– А у тебя чешется твоя дырочка?

– Да – я совсем смутилась и уткнулась папе в подмышку, от его запаха меня начало трясти. Папины пальцы проскользнули между моих ног. И он стал трогать меня, но не так как трогал меня Антон или я сама, мы скорее ковырялись, тыкая пальцами куда попало, а папа прошелся пальчиком по половым губкам, дотронулся до клитора, потом подошел к дырочке, почерпнул там немного влаги и снова стал массировать клитор. Через несколько минут, я почувствовала, как у меня все закрутилось в животе, меня как будто куда то подняли высоко – высоко, а потом сбросили вниз. Если бы папина ладонь не прикрывала мне рот, то я бы закричала, а так это было просто тихое мычание. Папа еще не долго погладил мою грудь, поцеловал меня в лоб и, пожелав мне спокойной ночи, вышел из комнаты. Я лежала счастливая. Я чувствовала себя взрослой. Полежав минут 5, я почувствовала, что хочу писать. Я пошла в туалет, дверь в ванну была приоткрыта. Я заглянула. Папа стоял ко мне в пол оборота, и дергал рукой у себя внизу живота. Я не очень понимала, что он делает, но каким то инстинктом понимала, что это как – то связано с тем возбужденным состоянием, в котором прибывала я, и что это похоже на то, что папа только что делал со мной. Через несколько секунд он стал дергать рукой еще быстрее, тихонько застонал и я увидела, как на кафельную стенку брызнули какие то белые капли. Я тихонько прошмыгнула в туалет:

Следующим вечером, когда Антон уже спал, папа позвал меня в свою комнату. Я зашла, он сидел в одних трусах.

– Сними свою рубашку.

Я сняла и осталась голой. Папа начал целовать мою шею, посасывать мои соски. Я легла на диван, и он стал массировать мою писю так же как вчера. Потом он широко раздвинул мои ноги. Я попыталась их свести. Но папа сказал, что бы я не стеснялась. Он стал лизать мою писю языком. Это было еще более приятно чем, когда он гладил рукой. И через несколько минут я почувствовала тоже, что и вчера только с большей силой. Когда папа отстранился от меня, я увидела, что его трусы оттопырены. Он заметил мой взгляд.

– Хочешь посмотреть на мою писю? Я знаю, что ты трогала писю Антона.

Я сказала что хочу. Он снял трусы. И я ужаснулась, когда увидела, какой у него большой член.

– Ну как? – спросил папа.

– У тебя такая большая, длинная, толстая пися – сказала я.

Папа довольно погладил свою елду.

– Не пися, а член – поправил он меня. – Потрогай его, пожалуйста.

Я осторожно обхватила ствол рукой.

– Можешь сжать по сильнее.

Я сжала, папа обхватил мою руку своей и стал поддергивать. На бордовой толстой головке появилась капелька.

– Странно, – сказала я, – а у Антона он такой маленький и не торчит так. Правда он иногда у него становиться потолще и поддергивается, но капелек никаких не выходит. Я пробовала ему вот так же сжимать и дергать, а он говорит, что ему больно.

– Ну, Антоша маленький еще, подрастет немного, и мы ему обо всем расскажем, и он будет тоже делать с нами, а пока не говори ему. Хорошо?

Я стала надрачивать папин член. Он показал мне, что еще нужно гладить яйца, они были таким большими в мешочке из толстой грубой кожи. Не такие как у Антона. Папе эти прикосновения были приятны, у Антона же они кроме щекотки ничего не вызывали.

– Попробуй, полижи его языком, сделай так же как я тебе.

Я аккуратно лизнула выступающую капельку, она была слегка соленой, но в общем, то вполне приятной. Я стала лизать головку и ствол. Так же коснулась языком яичек.

– Пососи его – папа был уж в экстазе.

– Как? – спросила я.

– Открой рот, сунь его туда и соси как чупа – чупс.

Я засунула его член себе в рот. Папа стал проталкивать его мне в горло, я стала кашлять и давиться.

– Да ты е еще маленькая, извини – папа ослабил давление. И стал придерживать член рукой, так что у меня во рту оставалась одна головка. Я старательно ее сосала и полизывала, я так хотела, чтобы ему было хорошо. Папин член стал раздуваться.

– Сейчас из меня выльется жидкость, ты не бойся – это не моча, проглоти ее.

Я стала лизать еще сильнее, папа застонал, и я почувствовала, как в мой рот толчками стала выливаться густая жидкость.

Папа с довольным видом вытащил член у меня изо рта, я сидела на коленях с полным ртом спермы и сжимала губы.

– Давай, давай, глотай.

Я проглотила, сперма пролилась мне в желудок, во рту оставался терпкий привкус.

– Иди запей компотом – умница моя. Папа поцеловал меня в лоб:.

Продолжение следует...