Все было хорошо, пока... Пока не появились ОНИ. Шестеро бритых парней на двух машинах... С того дня, с той ночи Ленка стала другой... Мы никогда не говорили о том, что произошло... Но она стала другой...

Мы, выбравшись вдвоем на природу, жарили шашлыки, пели песни, пока...

Ленке особенно нравилась песня Никитиных про арбу. Как супруги, вроде нас, путешествовали по Чинганским горам... На осле со звездою во лбу. Мы – на машине, на девятке... Да и поехали не к горам – просто в лес, на шашлыки... Переночевать, подышать осенней свежестью, послушать, может быть курлыканье журавлей... Ленка почему – то думала, что обязательно услышит улетающих журавлей... Но услышала другое... Мат... Разговор "по фене"... Наслушалась... И не только... Проишедшее в тот вечер и ночь, трудно передать словами. Как рассказать о своих чувствах, когда я понял, что то, за чем ОНИ подошли обязательно произойдет?.. Что есть только два пути – геройски погибнуть или смириться, даже сделать вид, что тебе все равно... Что это для нас – обычное дело. Свинг и все такое...

Были ли у Ленки мужчины помимо меня? Или ТЕ, кто лихо подрулил к нашему костру на двух иномарках – это первая измена в ее жизни? Да и можно ли назвать изменой то, что произошло?

Иногда мне казалось, что у красавицы – жены кто – то есть... Задержки на работе, запах легкого вина, нежелание заниматься любовью после "подготовки отчета". Но ведь, черт возми, главный бухгалтер довольно крупной фирмы, действительно вынужден часто задерживаться на работе!.. Отчеты – их никто не отменял...

Слишком часто? И круги под глазами, и загадочный, томный, взгляд пресытившейся женщины... Хотелось думать, что мельтешение цифр перед глазами действительно могут настолько утомить человека, что после долгого трудового дня нужно полтора часа отмокать в ванной...

Это ее нежелание рассказывать о начальнике и сослуживцах... Загадочные упоминания о неких бабьих сплетнях... Срочные вызовы на работу в выходные... Поздние приезды на машине шефа, запах коньяка, лекгих сигарет и чего – то еще – чужого и знакомого...

Нет, я не хотел ничего знать! Мой сокурсник, старый приятель, работающий в той же фирме, хотел что – то рассказать и не решался... Я старался сделать так, чтобы он и не решился... Зачем мне слушать "бабьи сплетни"? Ведь я так любил свою маленькую, стройненькую Ленуську! Любил ее загадочные темные глаза, ее маленькие груди, ничуть не отвисшие после рождения ребенка, ее крепкую, округлую попку... Однажды я заметил на ней – на правой и левой ягодицах – небольшие синяки... Ленка смутилась, долго вертелась перед зеркалом, затем рассказала, как подвернулся под ней старый стул...

Я боролся с желанием, сколько мог. Дал возможноть дорассказать сказочку... Эрекция вызывала боль... Смущение, почти девический стыд, явно наспех придуманный, по – детски наивный рассказ... Такого наслаждения я не испытывал давно! Похоже было, что и ее возбудила собственная ложь. А, скорее, даже не ложь, а то, что я все понял...

Да, моя идеальная жена – не была скромницей. Но, ведь и я, бывало, пошаливал на стороне... Ирина, Анна, Маринка... Была даже пожилая, но из – зо всех сил молодяшаяся особа – Людмида Борисовна – подруга моей начальныцы. До сих пор помню запах ее пота и крепких духов. Ленка тогда долго принюхивалась, но ничего не сказала... Мой поздний приход восприняла, как нечто само собой разумеющиеся. Мы выпили кофе и спокойно пошли спать. Эти ее любимые чашечки кофе перед сном!..

Мне пришлось имитировать страшную усталость. Впрочем, я действительно устал тогда... Людмила Борисовна оказалась такой выдумщицей...

После того уикенда начальница – Светлана – стала посматривать на меня с интересом. Известное дело – подруги деляться впечатлениями, а я в тот вечер постарался! Светлана – именно так, без отчества, по – американски, как она требовала ее называть – однажды решилась и мы... Впрочем, мой рассказ не об этом...

Подсознательно я пытаюсь отвлечся, уйти на другую тему. Мы все о многом пытаемся умолчать... Или рассказываем друг другу сказочки... Боимся снять розовые очки?

Почему Ленка не устроила мне скандал, когда учуяла запах пота активно совокупляющейся женщины?! Почему я послушно проглотил сказочку о сломанном стуле – только неимоверно возбудился? Что заставляет людей прибегать ко лжи даже тогда, когда точно известно, что никто не поверит? Определенный ритуал отношений? Манера поведения, появившаяся еще в каменном веке – люди не говорили правду, иначе просто не смогли бы жить в стае?.. А без стаи – смерть.

Начни мы с Ленкой в те времена выяснять отношения – куда привел бы нас стереотип? К разводу после взоимных обвинений, криков и истерик? Нет, нет... ложь во спасение... это придумано не зря.

Бритоголовые нахально расселись у нашего костра. Были они почти все молодые – не более двадцати пяти. С высоты моих тридцати семи и Ленкиных тридцати двух – пацаны. Вожак, правда, был старше. Пожалуй, мой ровестник. Худой, с острым, волчьим взглядом, похоже, туберкулезник... Все время покашливал... Остальные пятеро – просто бычары с мощными загривками и наглыми глазками.

– Отдыхаем? – спросил вожак, охватив нас быстрым взором, – не возражаете, если мы присоеденимся?

Возражать было бессмысленно. Они уже присоединились. Все шестеро в свободныз позах расселись вокруг. Один небрежным движением подтолкнул к себе топорик – единственное наше оружие...

– Я на Генерала отзываюсь, – покашливая продолжал бандит, – а это, – он стал тыкать пальцем, – Стас, Мешок, Дрын... – какие – то еще клички...

Ленкины зрачки были во всю радужку – сплошная чернота. Она растерянно смотрела на меня, тогда как бритоголовые быки откровенно раздевали ее взглядами. Она не могла этого не замечать... Не могла не догадываться о намерениях бандитов...

– Меня Алексеем зовут, – как можно спокойнее сказал я, – это моя жена Лена.

На миг в злых глазах вожака промелькнула веселая искорка.

– Жена, значит?.. – подал голос один из быков. Затем, уловив потяжелевший взгляд Генерала, замолчал и стал сосредоточенно открывать бутылки.

Они вывалили на нашу импровизированную скатерть целую кучу бутылок. Водка, коньяк, вино... Вторая куча – закуска... импортные, дорогие консервы, копченая колбаса, буженина, окорока... все это в аккуратной упоковке.

Я тупо смотрел, как быки "накрывают на стол". У каждого слева оттопыривалась кожанная куртка... Мелькнула коричневая рукоятка "макара"...

Умереть, но не позволить?.. Так ведь, они все равно... потом, после моей смерти ее... Просить, умолять? Смешно и бессмысленно. Попытаться выхватить у одного из них пистолет, как это делают герои в кино? Сломают руку шутя...

Генерал, пристально глядя на мою жену, протягивал полный стакан коньяка. Повисла неловкая пауза.

– Да я... столько не выпью... – жалобно сказала Ленка, – мне... чуть – чуть...

Но главарь продолжал держать стакан. Молча. Быки так же затихли.

– Да она почти не пьет, – попытался я разрядить атмосферу, – вот я могу хлопнуть и стакан!