Довольно трудно одной рукой печатать этот рассказ, который я пережил позовчера, а другой бередить свой орган размножения в расстёгнутых штанах, но тот мужик так повлиял на меня, так наполнил мою сексуальную жизнь, что даже с моим другом – мужем мне снова интересно выполнять свои брачные обязанности. И я не могу постичь, что на следующей неделе мы снова встретимся. На этот момент я хочу наконец состричь свои волосы на голове ежом, совсем коротко. И, главное, не переборщить. Здесь, в Германии, тоже не всё так просто, но куда легче устроить свою жизнь так, чтобы исполнить почти все свои безузданные фантазии. Не хочется больше великой любви, когда она уже нашлась, хочется расширения, дополнения и разнообразия в сексе. С Э К С – это звучит уже зажигающе, когда я вспоминаю его, моего героя прошлой недели, полчаса до прихода моего любящего с работы. Кроме того, если он меня вздумает бросить, на примете у меня уже двое, которые хотят со мной "надолго" и "счастливо". Вот такой я хамелеон. Я служу своим прихотям и не испытываю больше безответной любви, бессмысленного союза непонимающих друг друга жизней, чужих амбиций или, хуже того, эгоизма. Ах, неужели ОН приводит меня на такие философствования, мой безымянный, толсточленный соблазнитель?

Н – да, дело было дальше так: он говорил, чтобы я крутил его соски, работал пальцами, дрочил его член, говорил с ним развязанно, сосал его твёрдую, жирную колбасу (только не смейтесь, представляя лионскую), он даже спросил, не люблю ли я глотать. Не, при всей симпатии, я не дам себя заразить каким – нибудь СПИДом! Но в то же время подсознательно я верил, что он "чист".

Я ласкал его туловище, любил его великанскую грудь, его широкие плечи. Он вдыхал попперс, смотрел на меня в упор, ласкал мою также лёгкую щетину и бородку, мои вздыбленные соски. И говорил пару фраз, так что я практически терял контроль над своими границами.

Потом он повёл меня прямо на одну веранду, в трёх шагах от кустов, и скрытую от всевозможных взглядов запущенной растительностью, деревьями.

– Давай кончим с тобой на стол, – предложил он.

– Нет, – сказал я в ответ. – Я хочу, чтоб твоя сперма по моей бородке текла, чтоб ты залил мне пол – лица и размазал её по мне!

– Нет, я хочу видеть твой член, когда ты кончишь, на стол! – настаивал он.

Возражать дальше было бесполезно.

– Работай лучше руками на моей груди, – приговаривал он. Я был готов взорваться и без того бесконечно офигительной ситуацией всем обилием белого сока из моего запаса. Я пытался сдержать себя, но это был непредотвратительный финал. Онанируя друг другу горячие стволы, обнимая за руки и плечи, я начал первым спускать на стол – раз, два, три – и он тоже, добротными порциями. Я стонал – он почти рычал, изливая семенные шматки через мой конец, который я пригинал ладонью для напора.

Будучи в мыслях в тот момент, вспоминаю, что по сравнению с его инструментом, мой здоровый хер кажется недорослым, тонковатым изделием игрушек для взрослых.

Несмотря на всё, он остался весьма доволен. Спросил, знаю ли я "друзей", кто хотел бы вместе подрочить и вообще. Понятное дело, знаю пару, но он затмевал мой разум. И обещал на следущей неделе приехать и оттянуться на полную. В том смысле, естественно.

Ему позвонили на мобильный телефон с фирмы, было уже впритык, как у него, так и у меня. Мы были и есть похожи – ну разве не подарок неба?

Прибежав домой, я врубил мой эйфоричный музон и представлял его в своих объятиях. Я был счастлив.

Мой друг приехал на четверть часа позже, мне было почти всё равно. Ещё слегка одуревая под влиянием попперс и произошедшим, наполнил и его моей страстью. Мой избранный был тоже на седьмом небе. И так я сиял энергией, универсальной любовью и мог соединять сердца и души всех безграничных любовников, если сказать высоко. Мерно.

P. S. : История не заканчивается, а продолжается, мои заинтересованные читатели. И ни одного слова не выдумано, я действительно передал мои мысли и дела так, как было. И приятного ожидания Фиррехорнский и других и историй! Ваш "Дирфгис" из Гейдельберга.