Трудно описать тот взгляд которым Аня буквально съедала каждое движение Саши. У нее задрожали коленки и по телу прошла томная дрожь. Сашины брюки упали перед лавкой. Из трусов выпирал огромный орган. Он и их спустил. Аня впервые в жизни видела парня голого, да еще и возбужденного.

Д: А тебя заводит то что она тебя видит. – Про хихикал дед, с ехидной улыбкой.

Саша посмотрел на Анну. Она стояла не подвижно с слегка приоткрытым ротиком, ее пухленькие бантиковидные губки были влажными, щеки пунцовыми, она тяжело дышала, от чего ее ямочка на шейке билась как у птички загнанной в угол. Встретившись с Сашей взглядом, она тут же опустила глаза, похлопывая своими длильными слегка загнутыми ресничками, смутившись еще больше прежнего. Она стояла перед ним словно ковыряя носочком туфельки пол согнувши ножку в коленке, сведя руки спереди в замочек и похотливо улыбаясь посмотрела на него из – под черной пряди волос свисавшей челки. Саша лег на лавку. Дед выбрал прут. Посвистел им в воздухе проверяя на гибкость. Сашины ягодицы напряглись и рослабились в такт этому свисту. Аня улыбнулась и подумала: "Точно как у меня в таких случаях". Затем она затаила дыхание, словно это не Сашу будут пороть, а ее.

Д: Ну что готов? – Спросил дед, взглянувши на Анну, котороя наблюдала происходящие во все глаза, словно боясь пропустить малейшею мелочь. Саша лишь кивнул головой в ответ. Дед еще несколько раз проверил прутик в воздухе на гибкость, и начал пороть. Первых пять ударов Саша выдержал молча, лишь свист прута розсекавшего воздух комнаты нарушал тишину и скрип лавочки от легкого вздрагивание Саши всем телом, при каждом новом ударе, оставляющим розовую полосу на белой попке, которая быстро краснела. Анна стоя рядом, при каждом ударе по Сашеной попке, слегка жмурилась незаметно вздрагивая сжимая и раслобляя ягодицы, словно второй не видимый прутик полосует и ее попку вместе с Сашиной. Затем Сашка начел издавать легкие стоны.

После двадцатого удара он уже не контролировал себя и громко вскрикивал после каждого удара. Его попка была все иссечена красными полосами, и каждый новый удар был как прикосновение раскольонного железа. Внезапно для него самого все закончилось, когда казалось что конца не будет вообще. Он встал и с трудом натянул трусы с брюками. Развернулся застегивая ремень и взглянул на Аньку.

Еще не когда до этого она не казалась ему более прекрасней чем сейчас. Именно такая: смущенная с растрепанными волосами, с похотливым взглядом, ее глаза просто искрились от желание и возбуждение. Но была ее очередь и она была явно смущена и ей было стыдно, что сейчас придется заголятся перед любимым парнем, но как не странно именно это ее так возбуждало, что ее пробирала дрожь, и она поняла, что кончит еще задолго до конца порки, так как так сильно ей еще не хотелось не когда ранее.

Она и раньше кончала под розгой, но всегда считала это каким то пороком и старалась об этом не думать. Но это происходило редко и под конец особенно суровой порки. После подобных случаев подушечка на которой она лежала была вся мокрая и дед стыдя ее добавлял десяток горячих. Меньше всего она хотела что б это случилось сегодня, но поняла, что это неизбежно, уж слишком сильно она была возбуждена. Ее соски настолько набухли, что топик уже вовсе не скрывал девичьих прелестей, а лишь предавал сексуальности. Трусики, так те вообще хоть выкручивай. Именно в этот момент Аня поняла, что хочет быть высечена перед своим парнем, это действует сильнее секса, это не передать словами. Ей не было так сильно сладко, когда она наблюдала порку Саши, как сейчас, осознавая то, что должно произойти. Именно в этот момент она поняла, что для девушки естественное желание быть выпоротой своим любимым, ощущать стыд и боль одновременно, которые отдаются внизу живота чувством сильнее всякого множественного оргазма, который она неоднократно испытывала лаская себя в одинокой постели. Она наконец поняла, что нету не "нормальных", не "мазахисток", просто это естественное желание для каждой девушки. Просто не каждая этот дар успела в себе открыть. Даже природа и та позаботилась о том, что б женская попка лучше всего подходила для порки по своему строению и сексуальности, без которой нельзя открыть ее полной красоты. До нее дошло, что девушка создана для послушания, а мужик для ее воспитание. Все это промелькнуло в ее голове за считанные секунды. После этого, холодный пот отошел от ее лба и она лукаво улыбнулась взглянув на Сашину гримасу, затем не спеша, сексуальной походкой покачивая бедрами, как модель на подиуме, направилась к лавке, не дожидаясь дедавого приглашения. Аня подошла к лавке и взялась за подол своей коротенькой юбочки. Саше казалось что его сердце вот – вот остановилось, а в груди что – то волнительно – сладко за щекотало. Он почувствовал как его брюки просто трещат от давления его члена изнутри.

Д: Погоди Анна! Нечего своим задом перед парнями светить. Этот молодой человек доказал что любит тебя, а теперь я считаю что ему стоит пожалеть твою девичью стыдливость, и подождать за дверью. Саша обломано развернулся и не довольно поплел к двери в коридор с мыслями, что если не увидит то хотя бы услышит как будет петь это милое создание под розгой. Но тут его остановила Аня.

А: Саша постой. – С этими словами она развернулась к нему всем телом, сделав поворот таким быстрым, что ее юбка слегка взлетела в воздух, показав ее деду пикантность белья, которое одела девушка ради такого случая. Дед понял все без слов, так что Аня могла и не продолжать. Аня же в свою очередь заметила, как сильно оттопырились Сашины брюки, и лишь кокетливо улыбнулась ему, поправляя волосики со своих румянцев на щеках.

А: Это не справедливо с твоей стороны! Я ведь видела Сашину порку, почему он не может посмотреть как будут сечь меня?! – Бросила Анна раздраженным голосом деду.

Д: Перебьется, нечего до свадьбы на твои прелести заглядываться, если любит по настоящему то еще успеет, так что и надоест. С этими словами Саша не согласился, так как не мог понять как такое тело может надоесть, но решил промолчать.

А: Да я согласна, но ты знаешь что мне будет ужасно стыдно при его присутствии во время порки, а ты сам говорил, что стыд это неотьемлимая часть наказания!

Д: Да это так, но ведь дело не в этом, правда! Посмотри на себя, ты ведь уже вся дрожишь от возбуждения. Скажи просто, что хочешь похвастаться своею сексуальною фигуркою, да еще и в такой пикантной ситуации, когда твою юную девичью попку секут розгой.

С: Да это так, и что! Да я хочу что б ты меня высек перед ним, да меня это возбуждает, и я от одной мысли об этом уже вся мокрая еще со вчерашнего вечера.

Д: Заткнитесь, сучка, что ты себе позволяешь!

А: А что, деду, ты меня сечешь в 19 лет, да еще и в присутствии моего парня, не важно в комнате он или все слушает под дверью, и хочешь что б я не кончила под розгой от возбуждения?! Извини но я не фригидная!

Д: Ну что ж раз так, то будь по твоему, пускай смотрит! Но учти, пороть я буду с оттяжкой, и попробуй тока хоть раз прикрыться руками или вильнуть задом! Начну пороть заново, с первого удара, поняла?! Ты меня знаешь! – Ворчливо пробурчал недовольным голосом дед.

А: Да, и еще одно, пусть меня высечет Саша, раз он уже остался. Не волнуйся он знает как пороть и что такое порка с оттяжкой я ему лично поведала на кануне. Ему осталось лишь опробовать свои теоретические знания на практике.

Д: Ну ты малая вовсе оборзела, наверное барзометр вовсе со строя вышел! Ну да ладно, коль уж остался пускай и сечет. Только при одном условии, что раз он не опытен, то ты получишь на десяток прутьев больше назначенного, согласна?

А: Хорошо. – Тихо выдохнув, сказала еле слышно Аня, понимая что это будет не легко.