Понедельник

Сегодня с утра я заглянул к Алисе. "Жоржик, привет: я тебя всё утро жду" – пропела она тут же скидывая с себя короткий халатик. Я молча сбрасываю куртку, скидываю с плеч подтяжки. Алиса стоит в нерешительности. "И что ты на меня так смотришь? Ну – ка сосать быстро, шлюшка маленькая" – рявкнул я недовольно. Она послушно встает на колени, расстегивает брюки и делает великолепный миньет. Это, конечно приятно, но унизить эту маленькую блядь на порядок приятнее. "Ничего – то ты, сучка, не умеешь!" – уже доброжелательно говорю я. Потом беру Алису за уши и просто трахаю в рот. Она изо всех сил старается мне помогать и языком, и губами. Я выбрасываю ёй в рот все то, что скопилось за неделю полового воздержания. "Милый, спасибо! Очень – очень вкусно" – говорит она. Я со шлепком по заднице отправляю её сварить мне кофе. "И побыстрее" – бросаю я ей вслед.

Через пять минут я уже пью крепкий кофе, а она стоит рядом и восторженно смотрит. "Ну и что уставилась опять?" – говорю я – "знаешь же что делать". Она ещё раз делает миньет даже лучше чем в первый раз. Мне стало уже значительно лучше: и ниже пояса не давит и голова помаленьку варить начала. "Ну всё, сука. Хватит с тебя на сегодня. Пороть, так уж и быть не буду: нет желания, знаешь ли" – резюмирую я. "Жоржичек, милый, останься пожалуйста, возьми меня:" – она умоляюше на меня смотрит. А я ничего не отвечаю и иду на кухню. Сейчас бы чего – нибудь холодненького, от кофе с миньетом жарковато стало. А она ползет за мной на четвереньках попутно хватая меня за ноги, за висящие подтяжки, я не обращаю внимаеия. Под Алисины слезные просьбы остаться беру бутылу колы, открываю, делаю пару глотков: сладко сильно, черт возьми. Не долго думая опрокидваю бутылку на стоящую на четвереньках Алису. Она не отворачивается, только зажмуривает глазки. Теперь она вся сладкая и липкая. "Не трогай мои брюки" – строго говорю я ей. Она с надеждой смотрит на меня. Сейчас она готова чтобы я облил её чем угодно только бы остался и поимел. "Оближи" – я протягиваю ей горлышко бутылки. Она сильно слюнявит его: наверное поняла, что я задумал. Я резко засовываю ей в попу горлышко бутылки. Поворачиваю её на спину, а она раскидывает ножки в разные стороны. "Жоржик, я тебя умоляю:" захлебывается Алиса, а сама уже трахает бутылкой свою попку. Размечталась, дурочка. Я сажусь на стул протягиваю обутую ногу (я никогда не разуваюсь у Алисы) к её мокрым губкам её влагалища и начинаю осторожно двигать по ним подошвой. Теперь она уже сама начала тереться об мой ботинок. А я тем временем достаю из кармана рубашки сигару и закуриваю. Она дергается ещё минуты три и бурно кончает. Алиса лешит всё также с бутылкой в попе. "спасибо, Жорж, милый, мне было очень сладко" – она любовно смотрит на меня.

"Хватит уже на сегодня" – говорю я бросая окурок на пол. Алиса вытаскивает бутылку, быстро облизывает голышко и ползет к сигарному окурку. На этот раз я много ей оставил. Она жадно хватает окурок губами и начинает жевать. "приятного аппетита, сучка" – нежно говорю я Алисе и глажу её по слипшимся от колы волосам. Смотрю на часы – скоро одиннадцать. Ни слова ни говоря вытираю об Алисин халатик запачканные колой руки, набрасываю на плечи подтяжки, хватаю куртку и ухожу хлопнув дверью и не попрощавшись.

Вторник

Дело идет к вечеру, а я двигаюсь в направлении злоебучей квартиры, которую мы с корешем снимаем для всяких "полезных" дел. Открываю дверь своим ключем. "Ёбаный бастон" – невольно вырывается у меня непечатная фраза. Опять у него тут массовое гульбище. "Валера, сраный козел!" – ору я. Откуда – то из дымовой завесы вываливается бухущая рожа моего кореша. "Жорж, какого хрена:" – он не успеват договорить – я его уже отшвырнул в сторону. За столом (и не только за, но и на, и под ним) располагается разношерстная компания: подонки общества вроде нас с Валеркой, Размалеванные до неприличия полураздетые лярвы, зачуханные наркоты(хорошо от бомжей сюда не притащил), В сторонке стоят изрядно напитые парень с девушкой – он ей что – то объясняет. "Вечерика, окончена, господа" – во всё горл ору я. Слышат далеко не все. Двое знакомых пацанов берут в охапку по девке убираются при этом нехило матюгаясь. Оставшихся гостей о одному – двое я всё – таки выпихиваю. Ну наконец – то хаза очищена от этого сраного сброда. Валера моего поступка не понял и ушел с кем – то из так называемых гостей

За слоем дымя я сразу не разглядел молоденькую девочку, сидящую в самом дальнем углу на маленькой подушечке. Как это создание затесалось в эту компанию одному Богу известно. Она сидела обнявши коленки и тихо плакала. Я присел рядом, но не стал её как – то утешать или что – то спрашивать, а просто предложил кофе. Она подняла заплаканное лицо взглянула на меня и кивнула ни слова ни говоря. Открыв кухонную дверь (мы специально сделали её очень толстой звуконепроницаемой, потому, что Валера любит гулянки, а я люблю просто отдохнуть в спокойной обстановке. И кухня как раз предназаначена для меня. ) я увидел омерзительную картину. На моем диване один пидор отсасывает у другого. И тот, что со свободным ртом ещё набрался наглости мне сказать: "чего пялишься? Вали отсюда". Ну я и разозлился тогда. Достаю дубинку ментовскую (оставил на память о работе в охранке) из куртки. И со всей мочи врезал этому сосуну по дыне сверху. Потом второму по глазам. Тот первый упал на пол, а второй корчился на диване. Я поднял первого за шиворот, прислонил к стене и пару раз зарядил дубинкой в пах, потом вырубаю его ударом по шее чтоб наверняка. Второй уже в себя приходить начал. Беру его за шкирку и выкидываю в комнату. А там девочки уже немного успокоившись сидит кофе ждет. Она безразлично смотрит на вылетевшее из кухни тело.