Дивным приключением ознаменовала я пришествие "Бабьего лета", которое в этом году было воистину великолепно.

Закончился рабочий день, и я вышла на улицу, как всегда направившись к автобусной остановке, но вечер был так прекрасен, что я, не смотря на усталость, решила пройтись пешком, чтобы насладиться нежным теплом осеннего вечера. Много ли таких вечеров осталось в этом году?

Медленно брела я по улицам города, с удовольствием вдыхая осенний ароматный воздух, сворачивала в переулки и улочки, пока, наконец, не добралась до сада "Паука", золотистое великолепие которого и вовсе очаровало меня. Еще на работе я почувствовала легкие позывы мочевого пузыря, но в туалет не пошла, рассчитывая сделать это дома. Но за время получасового путешествия по городу мое желание пописать усилилось настолько, что первые капельки уже просочились сквозь трусики. Но я не собиралась судорожно искать кустики или какое – нибудь другое укромное место, чтобы освободиться, я целиком находилась во власти осенней сказки и решила отважиться на волшебное приключение. Не зря говорят, что преступника всегда тянет на место своего былого преступления. Вот и я оказалась там, где когда – то уже творила свои "мокрые" дела:

И тогда был сентябрь. Я возвращалась домой из музыкальной школы. Время где – то половина седьмого вечера. Мой путь лежал как раз через этот парк. До дома было не далеко, но так хотелось в туалет, что я невольно стала подыскивать местечко, где смогла бы пописать. Несмотря наличие прохожих в парке, сделать это было несложно, так как, уже несколько стемнело, и, кроме того, в парке было достаточное количество густых еще не опавших кустиков. Но внезапно я передумала и, подыскав подходящую укромную скамеечку, уселась на нее. Выбрав из – под себя подол платья, я, оглядевшись вокруг, пустила в трусики тоненькую робкую струйку, но проходившая мимо влюбленная парочка заставила меня прервать мои упражнения, для чего моя рука сильно вцепилась в промежность. И тут я почувствовала приближение оргазма. И уже не обращая никакого внимания на окружающее, я засунула руку в уже намокшие трусики, расслабилась и почувствовала, как мощный горячий поток рванул сквозь пальцы. Струя, встретившись с неожиданной преградой, обильно стала заливать влагалище и слегка давить на клитор. Мой пальчик бросился на помощь и от двойного давления клитор выбросил такую мощную волну оргазма, что в ту же секунду у меня померкло в глазах. Уж и не знаю, видел ли кто меня или нет, но когда я очнулась – вокруг не было ни души. Я встала, оправилась и поспешила домой, счастливая и удовлетворенная.

Не дожидаясь, когда из меня ринется бурный поток, я стремглав направилась в самое романтическое место парка: к "Пауку" – "хозяину парка". "Паук" – древний огромный развесистый тополь, причудливые ветви которого напоминали лапы гигантского насекомого. Вот, наконец, и он – алтарь всех влюбленных нашего города, вот он – в золотом оре – оле. О! Как прекрасен он в своем могуществе, как таинственен и непреклонен. Скольким людям подарил он счастья, на веки соединив их судьбы, сколько пылких слов признания выслушал он за сотни лет своего владычества. О! Какое счастье, что сейчас возле него ни души! Я робко подошла к нему и, прижавшись к его огромному корявому стволу щекой и обхватив его руками, прикрыла глаза. Чудная музыка возникла в моей голове, я стала что – то толи шептать, толи напевать, будто бы подчиняясь какому – то таинственному языческому ритуалу, возносить молитву его величию. Но вот мой "религиозный" экстаз был прерван отчаянными позывами моего мочевого пузыря, который уже не молил, а кричал, прося пощады.

"Надеюсь, что не оскверню я твоего величия. Ибо то – не моча, а нектар моей одинокой и не разделенной страсти".

Произнеся эти слова, я сделала шаг назад и, широко расставив ноги, склонилась перед ним в "полу реверансе". Блаженство не заставило себя ждать: сильный обжигающий поток, стремительно набирая скорость и мощь, рванул сквозь трусы и колготки в брюки и захлебнулся, ударившись о плотную ткань брюк, ворвался во влагалище и оттуда мощным водопадом рухнул вниз, оставляя мокрое русло на ногах, колготках, брючинах. Пока поток не иссяк, я засунула руку в мокрые трусы и, задыхаясь от волнения и трепеща от страсти, лихорадочно вошла в себя. Мой клитор, не выдержав двойного натиска, моментально сдался на милость победителя, обрушив на меня мощные бушующие потоки оргазма.

Придя в чувства, я накинула свой легкий длинный плащ, который до того находился в пакете, застегнулась, чтобы не было видно моих мокрых брюк, и минут через десять была дома.

Вот такой был этот сказочный, осенний вечер, один среди прочих вечеров этого "Бабьего лета". Все так и было, здесь нет и тени фантазии. Просто, чем дальше от меня это событие, тем в больших романтических красках предстает оно в моих сладостных воспоминаниях. Поэтому и спешу поделиться, пока оно совсем не превратилось в просто красивую легенду.