В один из ближайших дней у тебя, может быть, день рождения. Каждый раз при его приближении где – то в глубине души мы желаем, чтобы он был необычным и запомнился надолго. В этот день рождения у тебя будет такой шанс.

Подарок, вот что делает этот день особенным. Я подарю тебе подарок, которого ты еще никогда не получал и вряд ли получишь. Это мой сон, познай его до конца, ибо это твой лучший в жизни подарок. Итак, пора узнать, что это?

Я проснулась от того что мне было трудно дышать, мое сердце билось так часто. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, отчего мне так томительно хорошо. Я проснулась от того что испытала обжигающий оргазм. Я протянула руку вниз... Там было так влажно. Что это было? Неужели это только приснилось? А все было так осязаемо:

Это была пятница, когда каждый из нас ждет чего – то необычного, предвкушает. Странно, но почему – то именно сегодня она решила надеть свое самое сексуальное белье, которое дико ее заводило. Она шла в нем по улице и представляла, как кто – нибудь будет раздевать ее, дерзко, яростно. День пролетел незаметно и вот уже настал вечер.

Этот замечательный вечер пятницы. Она всегда доверяла своей интуиции, а сегодня ей было отчего – то особенно томительно. Она приехала в центр, посидела в своем любимом кафе. Предвкушение отчего – то не пропадало, а только усиливалось. Она уже чувствовала, как внизу становиться тяжелее, что – то начинает, как маленькое жало, сверлить изнутри. Все, пора на улицу, а то щеки начинают предательски гореть, и взгляды мужчины напротив становятся все откровеннее, – решила она и как – то слишком поспешно вышла на улицу. В дверях в кафе она налетела на кого – то. Прошу проще... Она подняла голову, и ничего не могла сказать. Это был ты. Здравствуй, – слегка запинаясь сказал ты. Она не знала, что отвечать. Так не бывает, – подумала она про себя. Она смотрела на тебя, ее щеки горели все сильнее, в глазах желание, и это невозможно скрыть от тебя, ведь ты так хорошо знаешь этот взгляд. И теперь вы оба знаете, что последует за этим взглядом. Ну не стоять же нам в тамбуре кафе, – приходит тебе в голову. Ты берешь ее за руку и, ничего не говоря, ведешь к своей машине. Этого не может быть, ведь между нами ничего быть не может, – подумала она, садясь в машину.

Все, сил сдерживаться больше нет, вы целуетесь. Нет, это даже нельзя назвать поцелуем. Вы впиваетесь друг в друга, ведь вы оба так давно ждали этого, и от этого желание становится еще сильнее. Кажется, что этот поцелуй длиться бесконечно. Что я делаю? – в ужасе думала она. Надо остановиться, срочно остановиться! Но это лишь голос разума, то, что она чувствовала, начисто лишало ее способности соображать. Она все сильнее и сильнее чувствовала, как внизу живота сладко заныло, стало тяжело. Она протянула к нему свою руку, пробралась под свитер и слегка сдавила его соски, потом сильнее. Я хочу его, хочу, чтобы он взял меня, – она думала только об этом. А ее рука спускалась все ниже. Он не мог сдерживать себя: он взял ее руку и положил ее на ширинку брюк. О, ты хочешь этого не меньше меня! – сказала она хриплым голосом. Поехали ко мне, – и вы уже в движении.

Сколько они ехали, сказать трудно. Она закрыла глаза, ты трогал ее груди, почти до боли сжимал соски. Ты знал, что каждое прикосновение отзывается новым пожаром в ее киске. Ее рука трогала через ткань брюк твой член. Я знаю, тебе хочется, чтобы я достала его, – подумала она, но не сделала этого, ведь тогда ты бы просто не смог сдерживаться. Она и так слишком рисковала, лаская тебя, ведь ты мог взорваться гораздо раньше. Нет, этого я не допущу, ты войдешь в меня с силой, до конца, чтобы было почти больно, – подумала она и с вызовом улыбнулась ему.

Они приехали, обоим хотелось быстрее завладеть друг другом, но в то же время хотелось, чтобы это длилось бесконечно. Как только он закрыл дверь в квартиру, он сразу же снял так мешавшую ему ее блузку и с такой силой впился в ее грудь, что она слегка вскрикнула. У нее внизу все горело, каждый его укус заставлял ее глухо стонать и повторять: Еще, еще... ооо...

Теперь настал ее черед мучить его, она потянула вверх его голову за волосы, повернула голову и сначала слегка, а потом все настойчивее стала облизывать его ухо, иногда покусывая его. Теперь стонал уже ты. Ее руки освободили, наконец, его уже каменный ствол. Очень нежно указательным пальцем она потрогала самую головку, она была такой приятно влажной. Потом обвела несколько раз вокруг и спустилась к яичкам, нежно взяла их в ладонь, слегка сжав. Эти пытки становились невыносимыми. Ты силой заставил ее убрать руку: Остановись, я больше не в силах себя сдерживать. После этих слов вы оба, как по команде, сняли с себя одежду, и совершенно обнаженные упали на кровать, не выпуская друг друга, продолжая яростно целоваться.

Она легла на спину, а он снова стал впиваться в ее груди. Ну, когда же он войдет в меня, – молила она про себя. Все внизу у нее горело и ныло, а он, словно, желая продлить ее муку, еще ни разу не дотронулся до ее киски. Пожалуйста, возьми меня, я больше не могу терпеть, – просила она и протянула, было, руку вниз, чтобы начать ласкать себя, но он не дал ей этого сделать. Вместо этого он завел ее руки за голову, одной рукой соединил их, а второй дотронулся до ее пульсирующего бугорка, нежно, едва касаясь провел по нему влажными пальцами, сначала с одной стороны, потом с другой. О..., как хорошо, как это обжигает, у меня все горит, – буквально прохрипела она. Он продолжал также нежно, с едва ощутимым нажимом ласкать ее клитор пальцами, как будто знал, что такую пытку она обожает больше всего. Она не знала, сколько времени это продолжалось, но чувствовала, что внутри все пульсирует сильнее и сильнее: Еще чуть – чуть и я кончу, войди в меня, – взмолилась она. Его не нужно было долго упрашивать. Он с силой перевернул ее и поставил на колени и, наконец, сделал то, чего они оба так давно вожделели. Он мощно, резко, почти больно вошел в нее. Какое это было потрясающее ощущение. Как давно она мечтала о таком отменном члене, как долго он рисовал в своем воображении эту картину, представлял, как врывается в ее горячие внутренности.

Он продолжал рукой мучить ее бугорок, двигая внутри своим мощным членом. Их стоны слились в один, и их сладким мучениям пришел конец...

Она проснулась, ей было тяжело дышать, этот сон. Это был сон, – как будто убеждала она себя. А так отчетливо она помнила каждую мелочь, каждое прикосновение. Пусть все прекрасное так и останется сном. Ведь все прекрасное прекрасно до тех пор, пока мы не обладаем им.

Ну, как, понравился подарок?

Жду откликов на jlow@mail. ru